– Ты все-таки безнадежный идиот… – Джиа подошла ближе и сжала куртку Сонмина. – Я пойду за тобой, – отчеканила она. – Но не потому, что хочу где-то спрятаться… А потому, что хочу выяснить, кому ты перешел дорогу. И так как ты защищаешь меня, я хочу защитить тебя. Ты понял?

– Не вздумай в это вмешиваться, Джиа, – строго проговорил он.

– Поздно, – отрезала Ю. – Мы начинаем игру заново, Чон Сонмин. Я позволю тебе спасти меня, но потом мой черед.

– Это до тех пор, пока мы с Муном не завершим расследование. – Сонмин чувствовал себя ребенком, вымаливающим у отца щенка за прилежное поведение. Вот только Чон давно не был ребенком, а Хаджун не был его отцом, оттого и сложилась неловкая ситуация.

Председатель выглядел растерянным, он пытался держать лицо и при этом улыбаться, но все смешалось и выглядело так, словно мужчину бьет током. Чхве посмотрел сквозь стеклянную перегородку на зал ожидания в центре холла «Чхве компани». Держа на коленях спортивную сумку, Джиа внимательно изучала помещение компании и, перехватив взгляд Хаджуна, вежливо поклонилась. Председатель улыбнулся и кивнул ей в ответ, а после перевел взгляд на Сонмина:

– Ты рассказал ей что-то, о чем не следует знать простой смертной?

– Ничего такого, – признался Сонмин. – Она ничего не знает ни обо мне, ни о Вечном департаменте. Я всего лишь прошу спрятать ее здесь, в «Чхве компани». Здание оберегает кёнгвисок, вряд ли квемули сунутся сюда, зная, что под землей штаб-квартира жнецов.

– Вижу, эта девушка очень дорога тебе, раз ты привел ее сюда. – Хаджун по-отцовски улыбнулся и похлопал Сонмина по плечу.

Слова председателя полоснули по свежим ранам. Чон поджал губы и вынужденно улыбнулся. Джиа рядом ровно до тех пор, пока пропасть между ними не станет бездонной. Сонмин дал ей обещание и не хотел, чтобы Ю рисковала своей жизнью ради него. Это слишком опасно для нее. Пока дело похитителя не завершено, пусть Джиа думает, что ведет собственную игру. Все это лишь иллюзия, а иллюзии имеют свойство испаряться.

– Не волнуйся, пусть остается столько, сколько потребуется. – Хаджун уверенно кивнул.

– Я ваш должник. – Сонмин поклонился председателю и, прежде чем уйти, вновь обратился к Чхве. – Девушка очень… любопытная, с этим нужно быть осторожнее. Если в «Чхве компани» есть вакансия, загрузите Джиа работой. Главное, чтобы она оставалась здесь.

– Что-нибудь найдется, – обнадежил Хаджун и вышел к Джиа. Они заговорили, а Сонмин воспользовался моментом и ушел к служебному лифту.

Оказавшись в Вечном департаменте, Сонмин первым делом доковылял до помещения с душевыми и смыл с себя грязь, кровь и воспоминания о встрече с Чансанбомом. Выбравшись в коридор, ведущий к жилому сектору, Чон опустил руку на стену для равновесия и сделал несколько неровных шагов, когда навстречу вышел Пан и еще несколько жнецов из отдела по контролю душ.

Перехватив острый взгляд главы отдела, Сонмин покачал головой.

– Ничего не говори, – грубо осадил он.

К удивлению, Пан промолчал.

Добравшись до комнаты, Чон тихо открыл дверь и увидел спящего Муна в обнимку с подушкой-ромашкой. В памяти вспыхнул рассказ напарника о его сестре. К горлу Сонмина подступил ком. Сейчас Мун выглядел умиротворенным и расслабленным, но совсем недавно Чон видел другую его сторону, покрытую кровоточащими шрамами и слезами. Мун был покалеченным ребенком, которому рано пришлось столкнуться с большим горем.

Тяжело вздохнув, Чон отвел взгляд и посмотрел на лесенку на второй ярус кровати. Его койка была так близко и так далеко одновременно. Сонмину стало смешно и горько от понимания, что он просто не сможет забраться наверх. Сил не было. Стянув сверху подушку и одеяло, Чон лег прямо на пол, закрыв весь проход.

– Если утром я наступлю на тебя, не обижайся… – в полудреме пробубнил Мун. Сонмин устало усмехнулся.

– Я думал, ты спишь.

– Не-а. – Мун надолго замолчал. Сонмин подумал было, что наконец Те уснул, но внезапно напарник снова заговорил: – Спасибо, что выслушал меня, старичок.

– Спасибо, что поделился.

Истории вроде той, что у Муна, не рассказываются всем подряд. Это те самые тайны, которые оседают в глубине души и кровоточат, подобно никогда не заживающим ранам, они сводят с ума, ими не хочется ни с кем делиться. Чон был искренне благодарен напарнику, что он облегчил свою участь и все рассказал. Теперь тяжесть вины должна уменьшиться.

– Прости, что чуть не задушил тебя, – негромко проговорил Сонмин, вспоминая случай в лифте.

– И ты прости меня, – хмыкнул Мун. – За то, что выкинул нас из лифта под ноги Сындже.

Сонмин беззвучно рассмеялся.

Скоро Мун действительно уснул. Сонмин еще ворочался какое-то время, но потом провалился в глубокий сон до самого утра.

Случайно или нет, но во время подъема Те наступил Чону на руку. После этого Сонмин быстро проснулся. Удивительно, но он чувствовал себя достаточно отдохнувшим и готовым продолжить расследование.

Быстро собравшись, напарники покинули комнату и отправились в рабочий кабинет с пробковой доской и столом, заваленным данными по расследованию. Завербованные смертные предоставили Сонмину и Муну последние новости, информационные сводки и ориентировки на беглых духов.

Ю Джиа временно определили в отдел безопасности «Чхве компани». Хаджун сказал, что девушка довольно бойкая и наблюдательная, коллегам с ней будет нелегко, но зато ей есть чему поучить остальных. Позже Чхве сообщил, что Ю почти сразу забралась в базу данных и начала выискивать файлы по репортажам, что снимались на местах преступлений.

Хаджун по-доброму посмеялся и заверил: пусть ищет сколько заблагорассудится, все настоящие секреты в действительности хранятся под «Чхве компани», там, куда непосвященным проход закрыт.

– Зато теперь можно будет по утрам пить с Джиа кофе в столовой компании, – мечтательно протянул Мун, закинув руки за голову.

– Она любит холодный чай, – сделав пометку в записной книге, вставил Сонмин.

– Кстати! А она не спрашивала, какое мы имеем отношение к «Чхве компани»?

– Спрашивала, – одновременно с Хаджуном ответил Чон.

– Я сказал, что вы из отдела аналитики, занимаетесь сбором и обработкой информации, – пояснил председатель.

«Галлопер» Муна загнали в мастерскую, но шансов на восстановление было ничтожно мало. Это известие сильно ударило по Те, но он делал вид, что с ним все в порядке. Однако было очевидно: это не так.

Положив ручку на стол, Сонмин задумчиво подпер подбородок рукой. Дело, которое в прошлом вел отец, насчитывало двадцать семь пропавших; дело, за которое взялись Чон и Те, – девяносто семь. Разница в семьдесят человек, схожесть в характеристиках – все пропавшие женщины разного возраста и статуса.

– Ублюдку осталось похитить еще троих. – Мун расхаживал из угла в угол, бренча цепочками на ремне.

– В лучшем случае у нас три дня, в худшем – два или вовсе один. – Сонмин откинулся на спинку стула и накрыл ладонью дневник отца. Потертая обложка скрывала под собой блок новеньких листов, которые Сонмин заполнил заметками по расследованию. В прошлом то же самое делал отец. Но как бы Чон ни изучал его записи, ответов не находил. Что произошло с отцом? Загадка, одна из многих.

– Остается проверить твою безумную теорию, старичок. – Мун постучал кулаком по столу, привлекая внимание Сонмина. – Обожаю безумие! – Те громко воскликнул и сорвал красную куртку со спинки стула. Накинув ее, он вприпрыжку направился к выходу из кабинета, но вдруг лихо развернулся на месте и задумчиво почесал затылок. – Но, Хаджун… Разве на острове нет жнецов из отдела по контролю преступности?

Председатель помрачнел:

– На Чеджу не осталось охотников, их истребили…