– Начни с самого начала. Постарайся ничего не забыть. – Гас сложил два кусочка пиццы на манер сэндвича сырной стороной друг к другу.

Тео все ему рассказала: как обедала с Маком, как Пони вырвался на свободу через распахнутую калитку, потом пришел Берт Уинслоу и отдал письмо, а потом соседская девочка нашла его тело и оказалось, что в доме номер 277 по их улице живут Нгуены.

Гас спросил, о чем ее допрашивали в участке. Тео рассказала все, что вспомнила.

Он протянул ей ломтик пиццы.

– Ешь. Очевидно, смерть Уинслоу расценили как подозрительную. А тебе не говорили, как он умер и примерно во сколько?

Тео покачала головой.

Гас посмотрел на часы.

– Не переживай, Мак наверняка уже все выяснил.

– Его тоже пригласили на допрос.

– Его всегда приглашают на допрос. Полицейские уже давно мечтают что-нибудь на него повесить.

– На Мака? Но почему?

Гас скривил губы и задумался.

– Наверное, из-за его семьи.

– А что не так с его семьей?

– Ну, по сравнению с Этериджами мы, Бентоны, – довольно скучная семейка.

Тео откусила кусочек пиццы. Она была заинтригована, но старалась этого не показывать.

– Они выживальщики, – сказал Гас.

– Кто?

– Выживальщики. Готовятся к концу света. Тронутые, в общем. Его родители, братья, дяди и тети… все готовятся к апокалипсису, или даже к нескольким апокалипсисам. Этериджи переживут тараканов. У них больше ружей, чем у всей канзасской полиции.

– И Мак тоже в это верит? – Тео вытаращилась на брата.

– Нет, Мак не такой. – Гас сделал себе еще один пицца-сэндвич. – Он нормальный парень. Думаю, его усыновили, а может, он стал таким после того, как мать его подстрелила.

– Ты с ней знаком? – Тео ощутила нездоровый интерес к этой женщине.

– Да… у них есть бункер на случай конца света возле Лоун-Стар… там у них территория в сорок гектаров. А мамаша его – кремень.

– В каком смысле?

– Ну… когда она подстрелила Мака, заставила братьев его держать, сунула ему в зубы Библию и сама достала пулю, а потом позвонила в скорую.

– О господи! – Тео рефлекторно отпрянула. – Это он тебе рассказал?

– Он был очень пьян и признался. Он в курсе, что у него ненормальная семейка, но все же это его родные. Да и готовиться к концу света кажется не такой уж абсурдной идеей после пандемии. – Гас замолчал и покачал головой. – Хотя нет, даже с учетом пандемии они больные на всю голову. Но Мак их любит и оберегает. Думаю, он чувствует себя единственным нормальным ребенком в семейке тронутых.

– А как он стал…

– Ну мы же с тобой не захотели становиться дикарями, бить в тамбурины и торговать кристаллами в тасманских пабах. Вот и он не захотел. – Гас пожал плечами. – Мак – один из лучших детективов-фрилансеров в своей нише; полиции невдомек, как ему это удается, поэтому его, наверное, и считают кем-то вроде злого гения с армией приспешников.

– А он не такой?

Гас сурово на нее посмотрел.

– А ты как думаешь, Тео?

Она улыбнулась.

– Нет, конечно, он не такой.

Она хотела продолжить расспрашивать Гаса, но пришел Мак Этеридж.

Они с Гасом обменялись теплыми рукопожатиями.

– Я всего на день отлучился, – проворчал Гас.

Мак рассмеялся.

– Ты умеешь уехать вовремя, – ответил он и протянул Тео коробку. – Для твоего тайника.

– Какого тайника? – спросил Гас.

– Если я тебе скажу, это будет уже не тайник. – Тео открыла коробку шоколадных конфет ручной работы. – Завтра пополню запасы… а сегодня всем нужен шоколад.

– Это точно, – согласился Мак. – Похоже, этого Берта Уинслоу убили. Кем бы он ни был на самом деле.

Тео ахнула.

– Как?

– Его застрелили. Видимо, использовали глушитель: выстрела никто не слышал. Орудия убийства тоже не нашли. Из-за снега установить время смерти было очень просто: это случилось в промежутке от двадцати трех пятнадцати до двадцати трех сорока пяти. – Мак повернулся к Тео. – Как мы уже выяснили утром, в том доме он не живет, и полиции о нем ничего не известно.

Гас застонал.

– Тогда зачем они тут все перевернули? Не думают же они, что это сделала Тео. Она никогда даже пушку в руках не держала, не говоря уж о пистолете с глушителем.

– Все дело в письме, – мрачно ответил Мак. – Они думают, что Берт Уинслоу пытался шантажировать Тео и что его убийство как-то связано со смертью Дэна Мердока.

– Конечно, связано, – сердито ответила Тео. – Вот только я тут ни при чем!

– Судя по тому, как они вели допрос, они рассматривают некий абсурдный сценарий, в котором я дал Тео пистолет, а потом его забрал. Сейчас они обыскивают мой дом.

– А что было в письме? – Гас взял сразу три изысканные шоколадные конфеты.

Мак промолчал. Тео вспомнила все, о чем говорилось на второй странице, и рассказала Гасу, что они с Маком уже обсудили: что вместо того, чтобы отправить рукопись знакомому из литературного агентства Сандры Дейкстры, как было сказано в письме, Дэн Мердок отправил ее Веронике Коул из агентства Делоса.

– Это странно, тебе не кажется? – спросил Гас.

– Возможно. – Она свернулась калачиком в углу дивана. – Даже не знаю.

Гас вскинул брови.

– Он мог сделать копию рукописи и отправить ее в оба агентства.

– Легко выяснить, получило ли калифорнийское агентство рукопись Тео, – сказал Мак.

– Она подписана именем Теодосии Бентон, – уточнила Тео, почему-то вспомнив, что полное имя Мака – Кормак.

Он улыбнулся.

– Я это запомню.

Гас потянулся и почесал Пони за ухом.

– Завтра же установлю на дом сигнализацию. Этот предатель мать родную продаст, лишь бы его за ушком почесали.

Мак кивнул.

– Идея хорошая. – Он посмотрел на Тео и заметил промелькнувшую в ее глазах панику. – У Мендеса два убийства за неделю, и он будет хвататься за все соломинки. Но вскоре полицейские наведут справки и поймут, что заблуждаются.

Тео посмотрела на него.

– Я все еще хочу тебя нанять, я не шутила.

– Минуточку, – опешил Гас, – ты хочешь сделать что?

– Нанять Мака, чтобы он выяснил, кто убил Дэна. У меня есть деньги из трастового фонда…

– И ты на это хочешь их потратить?

– Да, – решительно ответила Тео. – Я должна узнать, кто это сделал, Гас.

Мак покачал головой.

– Необязательно меня нанимать, Тео. Я просто займусь этим делом в свободное время.

– Я не могу тебя об этом просить.

– Почему нет? Разве друзья не помогают друг другу?

– Забить гвоздь – да.

Мак встал.

– Мне самому любопытно докопаться до сути. Даже если бы ты велела мне не продолжать расследование, я бы сам разнюхал, что к чему.

– Профдеформация, – с невинным видом пошутила Тео.

Гас улыбнулся.

Мак вздохнул.

– Двое против одного. – Он оглядел беспорядок. – Сейчас вам больше нужна уборщица, чем частный детектив. Давайте помогу вам убраться.

Тео решила поработать в «Кофейне Эйми». Она чувствовала себя предательницей, но ей было невыносимо даже представить, как она придет в «Бендеры» и будет писать там одна. Она неуверенно переступила порог. Как-никак в «Кофейне Эйми» были свои писатели. Что, если появление еще одного нарушит творческий баланс, особенно зимой, когда работать за уличными столиками в украшенном муралами внутреннем дворике было слишком холодно?

В тот день она не взяла с собой ноутбук – полиция его конфисковала, – но захватила большой блокнот, на страницах которого пыталась восстановить заметки, также конфискованные полицией. Гас пообещал сделать все возможное, чтобы их быстро вернули, но пока этого не произошло, и ей пришлось начинать сначала.

Ларри оторвался от экрана, поприветствовал ее улыбкой и снова уткнулся в экран. Тео немного расслабилась: похоже, ей пожаловали статус беженца. Она заказала кофе и буррито.

Ей предстояло вспомнить все, что пришло к ней в порыве спонтанного вдохновения, все ускользающие идеи, которые было так трудно вызвать в памяти и воссоздать, поскольку ее мысли теперь были заняты последующими событиями.