Сложный и спорный момент, да и проверить и соотнести стоимость вещей с Земли тут, на этих «Островах» очень трудно, но, будем надеяться, не обманут. Во всяком случае, не столь уж сильно. Нагреть при расчётах попытаются — ну так и нам ушами хлопать не надо: всё будем фиксировать — любой труд на их и нашу взаимную пользу. И всё в итоге «в строку» поставим, когда время окончательного расчёта придёт. Не в их это интересах — совсем нас с первого же раза прокинуть. Когда есть уже почти заключённые договорённости о перемещении от них к нам самых «несговорчивых» и получении взамен кого-то им комплиментарного. Вот разве что после… Но до этого ещё ж дожить надо.
На этом и прощаемся. Лодка с нашими гостями удаляется от берега, сближаясь со своей «охраной». Пора и нам «посты снимать».
— Ребята, всё, уже можно — выходите! Давайте перекусим!
Остров Котелок не велик в размерах — типичная гористая «одиночка». Но даже на нём можно удачно спрятать несколько человек в скрытой засаде. Это тоже часть нашей игры на публику, типа мы не просто так «лаптем щи хлебаем», а всё у нас серьезно. Наташа и Пако встают со своих мест и, не снимая камуфляжных накидок и не пряча стволы, приближаются к месту переговоров. Под накидками «гилли» не видно, что это всего лишь подростки. Да, именно так, воевать здесь всерьёз мы и не собирались, не те это противники, пока, во всяком случае, зато изрядное замешательство у господ европейцев мы вызвали. Обе лодки остановились и принялись внимательно в бинокли оглядывать появившихся «партизан».
Ничего, вам полезно, «господа» европейцы, представьте, что вы все это время находились под прицелом — дольше не будет повода нас в чем-то обмануть. Ну а мы продолжаем игру. Выстраиваю весь личный состав, коротенько благодарю всех за помощь. Жму руки нашим «снайперам», разворачиваем надувнушку, до поры скрытую в большой лодке. Переговоры закончились — нас всех ждёт обратная дорога.
Мумбаи — учитель и ученик, о. Австралия, жестовые разговоры.
— Как они ко мне относятся? Да замечательно! А почему вы так настойчиво про это спрашиваете? У вас разве не так? Какие же всё-таки эти белые разные! Те, с предыдущего острова Лесото, теперь его все наши Зеландом называют — неприветливые были, кроме Никола — он добрый и хороший, как наш наставник-марабу, а те так и норовили стукнуть или задеть, обижали меня, смеялись над моей верой. Вот что я им сделал? Так же с ними рядом работал, и еды получал ровно столько же. И другие тамошние «чёрные» меня били, не меньше чем их. Вот почему они ко мне так плохо относились? Из-за того, что главный у чёрных со мной много общался? Не знаю…
Зато эти — все приветливые и понятные. Молиться нисколько не мешают, вечерами все на равных за одним общим столом собираются, все вопросы опять же — сообща решают. Ну, во всяком случае, и со мной тоже по многим вопросам советуются… Если докажу, что что-то знаю лучше, чем они сами — принимают, хвалят. И главных своих людей они уважают очень, это заметно, а те и сами не гнушаются никакой работой. У нас в Африке уважаемые старики племени вообще ничего не делают, только нас — молодёжь учат, порой и палками лупят глупых и ленивых.
Здесь тоже учат, но все и друг друга, и палками никто никого не бьёт. Много смеются при этом. Как будто наши в родной деревне! Над тем как я пытаюсь русские слова говорить тоже шутят и смеются, но это не обидно — весело, остальные, кто не понимает — ждут, когда и им переведут. Поэтому стараюсь сам их слова запоминать. И постоянно показывают что-то новое — и как еду добывать, и как её готовить, и я ещё видел, что женщина-Доктор учит других как раны перевязывать. И стрелять учат — всех, и мужчин-воинов и женщин! У нас в деревне ружей мало было, это дорого, не каждой семье такое по карману, а детям и подросткам так вообще их в руки не давали до посвящения в воины и охотники. Мы потому-то чаще всего обычно с помощью луков и копий охотились и ловушки ставили. Вы тоже так? И ещё у вас бумеранги есть? А покажете и мне, как с их помощью охотится? Научите даже? Спасибо! Да, мне тоже нужно это уметь — настоящий охотник сам должен в дом и семью добычу приносить. Тогда его семья, его женщина намного больше любит. У вас тоже так? Вот и замечательно!
И Жадэ моя здесь снова весёлая стала, постепенно забывает, что её на том предыдущем острове били и обижали. Не хочу больше вспоминать об этом! Плохо там нам было — всем плохо. А теперь… Нам ведь и палатку отдельную выдали, сказали что хижину пока можно себе отдельную не строить, теперь вместе с нею живем — всё у нас хорошо стало. И одежду новую дали, какую мы с ней попросили. Она и попросила. С самого моего попадания сюда у меня другой одежды не было, та, что из дому — вся пообносилась. А тут только спросили что именно надо и вскоре сами выдали — удивительные люди!
Что делать пришлось? Я у них занимался привычным делом — плёл из прутьев разные постройки, мастерил ловушки для рыбы и крабов. Старший над этими белыми — господин Кот, даже зарисовал зачем-то, как я плету такие полезные вещи. Как я понял — будут оставлять такие рисунки на других островах для тех, кто там окажется. Значит, и это моё умение здесь снова и снова пригождается и я, таким образом, спасу кого-то хорошего от голода. Возможно и не одного! Оказывается, далеко не все белые могут такие ловушки плести, они в городах разучились правильно охотиться, а здесь на островах это нужно, вот им и приходится учиться и этому заново. Так что я тут очень нужен, и мне здесь нравится.
Кормят как? Очень хорошо кормят, сытно, хотя пища порой непривычная, но всё вкусно. А то, что моя Жадэ готовит — так вообще замечательно и понятно.
Зачем к вам сюда привезли? Хотят, чтобы я вам показал как я плету такие ловушки для рыбы, и вас тому же научил. А вы меня своему чему-то научите.
Вот, они уже уезжают, будем теперь только знаками общаться до вечера. Они вечером снова появятся — и заберут меня обратно.
Теперь только показываем, как кто что делает и жестами общаемся. Научил их первым делом как круглую лодочку надувать, что сегодня в подарок привезли — их рыбак Сейша сразу же на ней на рыбалку отправился. Как я понял — с берега и отмели он острогой уже добывал что-то, но очень мало, самых глупых вкусных рыб они уже выловили и съели. А новые «глупые» реже стали попадаться. А далеко от берега по отмели он теперь опасается отходить — там большие рыбы с острыми зубами, и ещё колючие морские ежи встречаются. Показали они мне свои ноги — у всех у них они исколоты. Зато у них целебное дерево растёт — после него, его смолы и листьев на раны, всё быстро проходит! Только следы от уколов игл остаются. А я им показал как из плотной коры и веток кустарника на ноги можно защиту сплести. Очень благодарили. Их старший — очень умный, настоящий Вождь племени, он посмотрел, как я что-то делаю, как и какие прутья подбираю, потом сам попробовал так сделать — и вскоре научился.
А ещё меня в их здешнее племя приняли! И обряд провели. Сказали, что раз я почти такой же, как они, и чёрный — то можно. Белых они к себе не берут и не всё им показывают. Только часть. И только после этого стали учить меня, как правильно бумерангом пользоваться. Удобная вещь! И бесшумная. Зато птицу на лету можно подшибить. А ещё они сами обратно к охотнику возвращаются! Жаль, что я дома на Земле такого не умел — больше бы охотничьей добычи в деревню приносил.
У нас в деревне все хорошо было, сытно, но я слышал, что соседних деревнях и ближе к пустыне в засушливое время еды было меньше, на всех людей не хватало, и младшие дети в самых бедных семьях иногда умирали. У нас в семье при мне только двое маленькими умерли, старшие женщины и Мама за этим строго следили, но вот не уберегли…
У здешних, что из земной Австралии на этот остров всемилостивый Аллах перенес — тоже дома не все дети выживали. У вождя и их женщины — по нескольку детей так умерло. Когда рядом белые были — они как-то лечили, старались выходить, но когда их племена в пустыне были — тоже не всегда еды на всех хватало. Плохо это, когда дети умирают… Всегда и везде плохо!
