Огляделся по сторонам: вроде нигде ни горы большой нет, типа вулканической кальдеры, ни дымок не курится. Сейчас-то нет, а может? А пёс его знает, всего ожидать приходится… Ладно б у нас на аналоге равнины Русской платформы меня выкинуло, где жил и примерно представляю, что и как, а тут… Явно ж южные широты какие-то! А там, и тут тоже, стало быть, как и на Земле, сплошные геологические разломы и активная вулканическая деятельность, формирование коры и всякое такое безрадостное прочее. Хотя…

Судя по безмятежной тишине вокруг, ничего такого пока не предвидится, и зря я себя излишне накручиваю. Топнул — плотно, пустот подо мной не слышно. Для успокоения ещё в разных местах железкой постучал. Пойдёт. Это только у Жюль Верна в «Таинственном острове» в предпоследней главе остров вдруг! резко погружаетс. Там же, на последней странице подплывает кораблик доблестных спасателей и героически достаёт из воды кого ни попадя. Кстати, в стратегических книгах было и что мысли людские порой сбывались. Буду думать о хорошем и позитивном, вот. Как там пелось? «Только о хорошем, о хорошем помни..»

Глянул из-под руки на море, посмотрел влево-вправо — нет, не плывут Спасатели, не горят желанием осчастливить одинокого Робинзона. Ну да, вот он я и есть «Роби-Роби-Робинзон», как в песне. И попал я сюда, буду думать в понедельник. Он же первый, он же тяжёлый. Как-то же считать надо? Пойду свою Пятницу искать. Потому как совершенно до неё, до её здесь появления, свободен. И тут, да и вообще.

Куда идут все классические попаданцы первым делом? К людям, логично. Как быть — если их нет и неизвестно, в какой стороны они находятся? Искать? Или сами меня найдут? Да ну… Да, кстати, они-то тут точно есть? Могут быть, но не факт что уже есть — всяко может быть.

Ещё можно идти к Реке. Все ж так делают! Правда, с этим облом — реки тут не может быть в принципе, просто взяться ей неоткуда. Особенно большой реки. Размеры у острова явно не те. Ну вот — сразу и не повезло. Разве что ручей какой невеликий найдётся или родник, потому-то и идти мне предстоит в противоположную сторону. От берега — вглубь. И, судя по всему, ещё и вверх. А родник-ручеёк, источник-чешмелэ, если и есть тут такой, буду потом искать. Всё равно придётся это сделать, без еды я ещё сколько-то протяну, а без воды в таком климате, ну никак. Вот и надо узнать побольше, пока силы ещё есть. Всё ещё… Если ничего не добуду — вряд ли потом уже снова захочется куда-то тащиться. Да и просто сил не будет, на такой жаре-то как-то слишком быстро они теряются.

Как правило, это я читал, да и некоторое общее представление имею, выходить надо туда, где можно и самому быть замеченным, или туда, где есть какие-то естественные высоты.

Вот, в поисках такой господствующей высоты я и отправился вглубь острова. А что, берег я и так вблизи увижу, вон он, куда он от меня денется-то? Точно не «убежит»! Есть там что-то полезное на берегу, нет ли — мимо не пройду. Если мне тут жить предстоит, изучу и излажу всё и везде: и берег, и окрестные отмели. Там, кстати, и добыть что-то возможно. Из морепродуктов. Пусть я их толком-то и не знаю — разберусь. А так и пройдусь, и осмотрюсь — хоть размеры своего местопребывания точнее определить смогу. «Клетку изучу». Чему равна, так сказать, площадь моей здесь личной Свободы. Лично шагами её измерю. Если и не точно, так хоть приблизительно, на первый раз. Может для общего представления, даже что-то и зарисую схематично.

Иду и размышляю.

Раз через «Симу» мне было указано, что я нахожусь в «локации», то… Кстати, что это такое — локация? Вероятно, на их языке или сленге какое-то место. Большая она, огромная или малая — никто точно не знает, но явно имеет и какие-то свои границы и берега. Чем-то таким особым отличается от прочих. Хорошо это или плохо — «вашпе» неизвестно. Это Джамшут «заслуженный строитель в первом поколении» из «Нашей Раши» так говорил. И я так скажу! Зато, хоть что-то. Раз есть такая — могут быть и другие.

С совершенно другим набором первоначальных условий. Логично? Вполне, что там дальше?

Так, «Затерянные Острова„? Или нет — Забытые. Это Где вообще? Ни разу не слышал.

Есть ли на Земле такие — даже и не представляю.

Хотя и образование у меня самое, что ни на есть, гуманитарное, и, даже, в чём-то сугубо прагматическое, но, хоть убей, такого местного этнонима не вспоминается. Значит это - явно уже здешнее, уже местное «Платформенное». Но и какой-то слишком уж явно человеческий термин…

Значит, что? А вот не знаю, будем думать. Во всяком случае, как бы, намекает, что кому-то из людей что-то другое известно. Зато вот я конкретно нахожусь в таком месте, куда те, кто раздавал наобум здешние «названия» и «имена», взглянут в последнюю очередь. Как там в песне: «А колпак с бубенчиком — ну кому он нужен?» Вот-вот, самое-самое то, вернее и вреднее не придумаешь. Если выбираться — то только самостоятельно, спасателей не будет. А надо ли отсюда выбираться-то? Вот!

Ещё правильная мысль вдогонку: если «Острова» — значит их точно несколько. Не только мой, вот этот вот, а непременно имеются и другие. Так, уже понятнее. Скорее всего какие-то, помимо меня, люди есть ещё. Где-то. На них… Не других островах — как вариант. Может быть мне и надо с ними встретиться?

И это и есть первая «Задача», нет? А может Смотрящие (так в книгах этих Экспериментаторов приличные люди называли, так и мне, наверно, называть их следует) решили провести новый опыт: кто сколько проживет в одиночку? Что это им даст? Да и чего такое проводить-то, ресурсы зря тратить, всё давно проведено до нас и без нас. Уж всяко не ради меня одного это все затеяно!

Тот же, к примеру, основной и единственный прототип романа Даниэля Дэфо Александр Селькирк реально в одиночку «отробинзонил» свои несколько лет на подобном острове у берегов Южной Америки. До тех пор, пока его не спасли и не вытащили оттуда на проходящее мимо судно. Выжил. И не совсем умом от одиночества двинулся.

Не 28 лет, конечно, как подробно и художественно в романе о о нём описано, но и не несколько дней. Если ничего не путаю — где-то года четыре всего. Хватило на его жизнеописание. И другие, да вот хоть те же фанатичные японские солдаты и офицеры, которые десятилетиями вели свою войну против всех на тропических островах в джунглях Филиппин и Индонезии. Ничего, как-то и они выживали. Ну тем-то фанатизм и воинских дух помогали. Так, а мне что может помочь? Если, конечно, людей в ближайшем будущем встретить не предвидится.

Надо точно знать, что здесь находится, и чем я располагаю. Вот этим и занимаюсь. «Правильной дорогой идете, товарищи!» Это и про меня тоже, выходит. Хотя те, кто меня сюда… загнал, так скажем, мне совсем не товарищи. Потому как я для них явно подопытный. Вот это обидно.

Так, за этими рассуждениями я и поднялся на что-то вроде вершины небольшой горушки. С вершины её вид открывался прямо изумительный! Да, я и вправду оказался на острове. Не очень большой, холмистый, вытянутый каким-то странным ятаганом. Или, возможно — в виде следа от большой ступни. Куда не ступала… Никто не ступал, типа, я тут первый. Но это не точно.

Причем, если «острый» его конец (пятка), где я пробудился, утыкался в открытое море, где, кроме ближних скал ничего не просматривалось, то в другую сторону, вдалеке за «пальцами», насколько мне было отсюда видно, имелись и ещё какие-то острова. Ага! Прав я оказался. Не были, где-то и когда-то, а точно и явно заявляли о себе. От одних просматривались только верхушки тамошних горок, вроде той, на которой я находился сейчас, а их побережья сливались в каком-то мареве, то другие, находящиеся чуть ближе, можно было рассмотреть и получше. На некоторых отчётливо видна зелёная растительность, деревья или кустарники — не разобрать, но что-то явно такое. На других — зелёных пятен заметно меньше. Были и совсем желтовато-серые, а встречались, где-то далеко и совсем тёмные. Что там такое — сразу судить не берусь, но, возможно, что и более позднего происхождения. Может вулканического, как всё тут, или ещё что-то. Доберусь — узнаю.