- Ну да, ты прав. А кто не согласен, тому госпожа Зенгер пропишет прочищающую мозги клизму.

Воротынский хохотнул. Стоявшие рядом с ним бойцы старательно спрятали ухмылки – не по чину рядовым ржать в присутствии начальства.

- А ведь я тебя, лейтенант вспомнил, - улыбнулся Женя. – Ты из потеряшек, в конце прошлого лета в Сибирь попал. С группой курсантов из военного училища.

- Ага!

Юное лицо с едва пробившимися усиками осветилось улыбкой.

- Так все и было. Мы тогда, конечно, перепугались, особенно, когда в тайге вдруг эфиопов встретили.

- Ну да, а потом я вас у них выкупал. Лично ты обошелся форту Сибирь в полсотни картечных патронов двенадцатого калибра.

- Да, недешево, - оценил лейтенант.

- Ладно, - прервал ностальгические настроения Женя, - будет еще время повспоминать. Давай о деле. Ты как, с эфиопами справился?

- Ну да. Спасибо вам за предупреждение, оно очень вовремя подоспело. Я только успел развернуть людей, огневые позиции расставить да сектора обстрела распределить, как явились, голубчики. Вон стоят.

Он указал куда-то назад. Женя всмотрелся. В направлении, указанном тезкой, в тени деревьев под охраной одного из бойцов уныло сидели четверо эфиопов.

- А сколько их всего было?

- Шестеро. Они думали нас врасплох застать. Да так и было бы, если б не вы. Ан все наоборот повернулось. С двух сторон по ним полоснули. Двое сразу с копыт долой, а остальные винтовки побросали и руки вверх тянут. Лопочут что-то, поминают какого-то Юджина.

- Это интересно. Пойдем-ка с ними поболтаем.

Женя в сопровождении лейтенанта подошел к пленным. Эти эфиопы были одеты куда как скромнее, чем группа того же Тэсэммы. Да и выглядели они более хилыми и заморенными. Нет, не бывают такие люди хорошими солдатами. А солдаты ли они вообще?

Увидев приближающееся начальство, эфиопы поднялись.

- Селам, - начал Женя по-амхарски. – Отвечайте, кто вы такие, из каких племен, кто вас сюда послал.

И, зачем-то, добавил:

- От вашей откровенности будет зависеть ваша жизнь.

Пленные загомонили, перебивая друг друга, так что в итоге понять хоть что-то было решительно невозможно.

- Тихо!

Пленные замолчали, испуганно глядя на незнакомого белого человека. Изо всех них Женя выделил одного, выглядевшего более уверенно, нежели другие, и указал на него.

- Ты говори.

- Мы не хотели воевать, нас послал сюда человек со шрамом.

- Он просто послал и вы пошли?

- Мы не смели ослушаться. Все знают - он страшный человек. Все, кто хоть раз осмеливались ему возразить, просто исчезали. Несколько дней назад он пришел в нашу деревню, с ним были солдаты. Он забрал половину мужчин на войну.

- Так вы все из одного племени?

- Да, так и есть. Нас было пятеро, все из одной деревни.

- А мне сказали, что вас было шестеро.

- Это был не наш! - замахал руками эфиоп. – Его прислал человек со шрамом. Он приказывал нам и говорил, что нужно делать.

- И вы так просто слушались? Вас пятеро, он один. Удавили бы ночью по-тихому, и ушли.

- Нельзя, это слуга человека со шрамом!

- Ну и что?

- Человек со шрамом – сильный колдун, это все знают. Когда он пришел в нашу деревню, вождь выстрелил в него из ружья, и не смог убить.

«Интересно, - подумал Женя, - это какого же уровня должен быть броник, чтобы выдержать пулю из дробовика без вреда для человека?»

- Ну а сейчас – продолжал он расспросы – слуга человека со шрамом умер, и никто больше не может вам приказывать. Так чего же вы ждете? Идите обратно, откуда пришли.

- Мы уйдем, но прежде хотим поговорить с Юджином.

- А зачем вам Юджин?

- Человек со шрамом хочет напасть на крепость и убить Юджина. Но Юджин хитрее и сильнее, его удача больше. Когда он убьет человека со шрамом, мы хотим прийти сюда и жить здесь. Мы знаем, Юджин всегда держит свое слово.

- Ты понимаешь Амхара? – спросил Женя лейтенанта.

- Нет, разве что пару слов.

- А зря, стоит выучить. Сейчас вдоль Сибирки половина населения - эфиопы, а когда эта заварушка закончится, чувствую, их станет намного больше. Вот эти, - Женя кивнул на пленных – хотят переселиться к нам всем племенем. Представляешь, они готовы бросить дома и посевы, чтобы только жить там, где не воюют.

- Да, обстоятельства… - протянул Воротынский.

Женя снова повернулся к эфиопам.

- Сколько людей у человека со шрамом?

- Много. Очень много.

- А где он сейчас?

- Там, в лесу, возле крепости.

- Хорошо, я вас услышал, - важно заявил Женя. – Вы хотите говорить с Юджином?

- Да, да, - закивали пленники.

- Я Юджин!

После этого объявления в глазах суеверных эфиопов появился страх.

- Вы знаете, что я всегда выполняю свои обещания.

Эфиопы закивали еще сильнее.

- Так вот: я обещаю убить человека со шрамом. Неважно, колдун он или нет. Мне известно его настоящее имя, и он не имеет власти надо мной.

Глаза эфиопов размером стали с царскую пятирублевую монету. Теперь можно было не сомневаться: в случае благополучного исхода битвы, они придут сюда жить. В Аддис-Абебе убудет, а здесь, у Жени, прибавится.

- А что будет с нами? – спросил выбранный переговорщиком эфиоп.

- Вы останетесь здесь до утра, - распорядился Женя. Вечером вас накормят, а утром отпустят. Можете идти обратно в свою деревню. И если решите, приходите ко мне, когда прекратится война.

Страх в глазах эфиопов сменился благоговением. Они коротко переговорили между собой, сели и принялись ждать ужина.

- Вот так, тезка, – обратился Женя к лейтенанту, - происходит сбор ополчения в феодальном обществе. Пришел великий шаман, отсчитал нужное количество мужчин, и увел с собой на войну. А тех, кто был против без тени сомнения пристрелил.

- И что, их – Воротынский кивнул на пленников – вот так просто на пинках сюда пригнали?

- Ну, не только. По сути, все их племя сейчас в заложниках. Если они не выполнят приказ здесь, их родных убьют там. Кроме того, они все до единого суеверны, как старые бабки. Один из эфиопских набольших начальников числится в великих колдунах. И через своих прямых порученцев он руководит действиями таких вот мелких групп. Один из тех, кого вы убили, вел их сюда и отдавал им приказы, а они не смели ослушаться. Потому что иначе великий колдун непременно узнает, начнет гневаться и, опять же, всех убьет. Ты их накорми, но, на всякий случай, держи связанными и под присмотром. Не то, чтобы они опасны, но если их отпустить сейчас, их запросто перехватят эфиопы посообразительней, и наш замысел может и не сработать. Утром, когда заварушка закончится, отпусти. Естественно, без оружия. А личные вещи – всякую мелочевку – отдай. Ну и в дорогу им каждому по ИРП выдели. Если с харчами у тебя туго, я сейчас из своих трофеев чего-нибудь подкину. Будет начальство наезжать – ссылайся на меня. Мол, Юджин приказал.

- Так вы и есть Юджин?!

От изумления глаза лейтенанта, и без того не слишком узкие, еще более округлились.

- А ты, типа, еще не сообразил? – прищурился Женя.

- ну, у меня были некоторые подозрения…

- А спросить – язык отвалится?

- Да как-то не решился. Мы-то с парнями думали, что Юджин - это какой-то секретный агент Командора.

- В какой-то мере, так оно и есть. Да не бери в голову. Это эфиопы так меня прозвали. Евгений по-английски как раз звучит как Юджин.

- Я в школе немецкий изучал.

- Ну так немцы меня Ойгеном называли. Да и вообще учи языки, брат, это полезно. Ну так что у тебя с харчами?

- Да есть у нас еда, на всех хватит.

- А что кобуры на боку нет? Не дают пистолета? Это ж самое офицерское оружие.

- Нет, не выдают. Короткоствола на всех не хватает.

- Хм… ну, тогда проводи меня.

Подойдя к броневику, Женя порылся в груде трофеев, вынул «беретту».

- Вот, тезка, держи от меня на память. Кобуру и патроны сам добудешь. Ну ладно, нам пора ехать.

- Удачи вам, Евгений Михайлович! – крикнул до крайности довольный лейтенант и махнул бойцам, чтобы открывали проезд.