— Ну что, девочка, — спрашиваю у пилота, уже закончившего свои дела, — как тебе первый дальний вылет в этом мире?
— Знаете, вот честно — небо что там, что тут, совершенно одинаково. Да и море, за одним только отличием, такое же. Полностью.
— А что за разницу ты заметила?
— Там, дома — такого количества скал в воде нет, нигде. Вообще. По крайней мере, на Средиземноморье, точно не наблюдала. И скоплений мелких островков — тоже.
— А вообще — впечатления?
— Шикарные! И это нужно учесть, что расстояние-то маленькое, что тут — километров двести, может чуть больше, если лететь, ориентируясь прямо на радиосигнал. Сразу, пока не забыла, скажу — если пользоваться авиацией, хоть и такой простой, как моя «Муха», нужно обязательно занятся установкой хоть пяти-семи радиомаяков.
— Так неудобно, просто по компасу?
— Еще бы. Ведь автожир свеженький, совсем, ему явно года жизни нет. А в моделях последних лет основной упор в навигации отдан позиционированию именно через спутники. Ну а нам придётся приспосабливаться к старой практике — тем же маякам, но только радио.
— Ну это все хорошо, а поподробнее можно? Ведь это первый в нашей с тобой истории целевой вылет.
— А если все это, но только в кабинете?
— Есть в этом необходимость?
— Не уверена точно. Но, вроде бы, да.
— Тогда приглашаю к себе на променад.
— И Машу позовите. А если Василий Федорович тут, то и его тоже.
— «Хмык»! Неужели нужно?
— Считаю, что да…
— Ну и как вам всё это? — вопрос был явно чисто риторический. И задал я его своим ближайшим помощникам, ну и заодно Злате — так как именно она всё это видела своими глазами.
— Ну что? Как мое мнение, авиаразведке — быть, — первым был Дед в высказывании своего мнения.
— Федорович, — а это уже неугомонная Маша, — не просто разведке, а именно аэрофотосъемке. Так как вот это, — ткнула она пальчиком в экран ноута, — именно карта, и не просто…
— Да я, Машунька, всё это понимаю. Но всё же это именно ближе к разведке.
— Да не спорте вы, Начальники, — не выдержала пререканий уже сама Златка, — как его, этот результат, не назови, но в итоге он всё равно выглядит как карта, только не на бумаге, а электронная.
— А вот именно на бумаге её совсем не прочь было бы поизучать, и, как можно подробнее — тут ведь сразу видно, что неизученных нами мест предостаточно, — ответил той.
— Бумажные вам завтра привезет хозяйка соседей — сама мне об этом сказала. Распечатают, и себе и нам. Но, даже, в этом виде она не менее интересна — а если её ещё масштабировать, как она мне показывала, так тем более, — услышали мы очень интересный ответ. Явно нужно последовать чужому примеру, и самим тем же занятся. Но пока…
— Злата, а ты своим взглядом ничего интересного там не заметила? Ну, какие-то признаки жилья, или там присутствия человека? Дымы, расчистки деревьев… Может быть что водоплавающее где промелькнуло?
— К сожалению. Хоть и шла не высоко — больше шестисот–семисот метров не поднималась. Но на скорости? Крутя–вертя головой во все стороны? Просто нереально. Вот если бы в кабине был второй человек, оператор–наблюдатель, то тогда б и ему больше времени на осмотр было. Да и я, как пилот, могла в свободные минутки посмотреть на пробегающие подо мной островки и скалы.
— Рано пока о таком речь вести, очень даже рано. Пополнять запас топлива мы можем только через терминал, а на нем — где сел, там и встал — больше разрешенного веса не взять. Так что, пока мы сильно не размахиваемся на авиаперелеты с картографированием. Вот как сегодня, срочный вызов помощи, и попутно с ним… Так что, моё мнение, узнать у наших домашних спецов, есть ли варианты цифровиков с покадровой съемкой раз в десять–тридцать секунд, или даже минуты. И взяв его, на всякий, повторяю — на всякий случай установить на нашу Муху. Будет нужда — будет вылет, и одновременно…
— А с этим, что перед нами, что будем делать? — снова не выдержала Маша.
— Это мы сейчас будем рассматривать да изучать, плохо только что экран мал, а тянуть ноут в столовую к телевизору нет желания. Считаю, что пока всех знакомить с таким очень рано.
Перенесли от продольного стола стулья, расположив их за моей спиной, и все старательно уткнулись в монитор. Приближая изображение, и двигая его в разные стороны, начинаем всё там рассматривать да сопоствлять виденное с тем, что уже знали.
Ну что? Саму нашу Победу, слева внизу, нашли практически сразу — ведь именно отсюда и начался полет Златы. И Базу тоже — так как она, хотя и принимала сигнал станции на горке Большой, что стоит на Ксюшиной Независимости, проявила немного самостоятельности, и пошла к цели не прямо, а длинным зигзагом. То есть — от взлета на запад ко второму нашему острову, потом чуть в сторону, километров на пятьдесят, может даже немного больше, как она сама призналась, и назад на восток.
— Пришлось держать фотоаппарат одной рукой, левой, управляя штурвалом правой — иначе снимать никак не получалось, — так объяснила Злата свои действия в полёте, — зато сняла одновременно и вторую линию, и третью. А уже на обратном пути сделала почти всё тоже самое, но уже на видео. Но тут мне очень сильно помогла пассажирка, как оказалось в разговоре, она дома была совсем не прочь заниматься красивыми пейзажами и многим другим.
Так что мы дружно и вполне нормально рассматриваем вначале те группы островов, которые за последние дни успел прошерстить неплохой такой гребенкой Малой со своей командой. А вот следующие… Вот это да. Вторая состояла, так как и наша первая, из четырнадцати групп микро-архипелагов. А третья уже из шестнадцати. Но было и ещё одно но. К тому же, даже очень паршивенькое но. Если первую линию от Большого моря отделяла скально-рифовая полоса, отстоящая от неё на десяток-полтора километров. И позволявшая нам свободно ходить этим маршрутом. То вот между ней, первой, уже знакомой, и второй, подобное препятствие судоходству шло буквально посредине между обоими. Правда, и в нём смогли разглядеть проходы — напротив Пятерки, или Карели. И чуть дальше, у Восьмёрки — или же Нового Бранденбурга.
Во всех остальных местах пройти через эту естественную защитную линию было невозможно. И оставался только один вариант — заходить для обследований местности с двух сторон, от самой Победы, и от Базы. Проверив силами поисковиков по шесть, максимум семь, это если выйдет, Малому. Так как деятельный Шенкенцлер по любому не оставит своей мечты о расширении подконтрольных территорий. Но, так как у нас намного больше и людей, и средств передвижения, то опередим мы его по любому. Так что нужно парням посоветовать, если годных нам групп будет много, оставить и ему пару возможностей проявить себя.
А вот к третьей линии, хоть она и больше предыдущих на два образования, нам не пробится — рифовая полоса уходит далеко на восток за наш главный остров. И от базы флота вход туда прегражден густым скоплением скал. Но, по любому, даже если немцам и оставим, ну к примеру, всего два таких микро-архипелага, не думаю, что они быстрее нас смогут к ним выбраться. То останется двенадцать. И, даже, если половина из них присоединится да переедет, и то мы получим добавку в сто сорок четыре человека. А это солидно, даже очень…
Хотя реальность оказалась чуть другой, намного симпатичнее. Парни Малого в быстром темпе прошвырнулись по первым шести землям, из которых найденное там население с пяти перебралось к нам, а одно, чисто фермерское, осталось на прежнем месте. Так как главный их остров, за исключением небольших лесных да пальмовых зон, да двухсотметрового холма, был полностью степным, с тремя хорошими родниками. Что, превратившись в крупные ручьи, собирались в одном месте в озеро. И общая площадь этих равнинных просторов, после наших обследований, была практически в два десятка квадратных километров. Со временем выйдет вторая, после Надежды, житница большой общины. То есть, мои приблизительные расчеты были выполнены только в этом месте — полностью.
