- Ну и чем твои, Лана, размышления окончились?

- Ну неужели это тебе не видно самому? Вот этим и закончились, - ответила наглая и дерзкая девчонка, показывая на две дюжины практически своих одногодок, что споро и ладно собирали в тюки и баулы накопленные за месяц богатства, готовясь к своему будущему переселению на Победу.

- Лана…

- Вообще-то я Светлана. Но так как нас Свет в толпе трое, решили и постановили – что одна Света, вторая Светлана, а я Лана. Да, к тому же, так дома меня и мама с папой, да и братики с самого маленького возраста называли, - перебила та.

- Так как к тебе обращаться?

- Только Лана. Так и при нужде позвать - все мои сразу поймут, кого спрашиваешь.

- Идёт. Тут такой вопрос – а остаться на вашем острове никто не хочет? Больно уж он перспективный у вас, - озвучиваю вот только что и очень неожиданно пришедшую мне в голову идею.

- А можно? А то ты, Генча, вначале так старательно и пылко уговаривал нас на переезд на вашу Великую Метрополию, что мы все дружно не выдержали экспрессии твоих слов.

- Даже так?

- А ты как думал? Учти – среди моих звездочек в семье жило всего четверо, это кроме меня. Все остальные – детдомовские брошенки-оторвы, им в рот палец не ложи. И не клади - тоже. Откусят! Минимум по локоть отхватят своими зубками, а то и у плеча руку отгрызут волчьими клыками. Так что практически все они привыкли к тому, что человек человеку - противник и враг. Особенно мужского пола – учитывая, что, несмотря на свою биографию, кроме меня и моего зама, да ещё трех старших по возрасту, все ещё целки.

- Не стыдно так говорить младшему?

- Тю! Ты дурак? Нет? Ты – мужик! И вот если б попался мне самой, то уже был затрахан самым зверским образом. А то, что тебе ещё нет восемнадцати – не играет совершенно никакой роли. Есть? Есть! Можешь? Можешь! «Работай раб, солнце ещё высоко» – как говаривал иногда мой отец, вспоминая свою бурную молодость. Так нахрен мы вам нужны тут, на Красавице? И она сама зачем вам?

Красавица – так она назвала свой остров ещё в тот, самый первый день, как очутилась на Платформе. Не растерялась девка, не стала при этом рыдать или истерить – приняла всё случившееся как должное.

- То, что я скажу – это мое личное мнение, но оно с гарантией в девяносто пять процентов будет поддержано всеми нашими руководителями.

- Даже так?

- Вот именно. Имею право так думать. Это первый изо всех обследованных нами островов, где есть настолько большой и разнообразный сад. И группа людей, его населяющая, дружная и сработанная, тем более, она полностью девчачья – а это вообще уникальный нонсенс.

- Да, тут ты прав на все сто. Но ты просто не представляешь, сколько озер слез и рек соплей у нас было пролито, пока весь наш «блядский батальон» с сиськами и письками успокоился и пришел в себя. Хорошо, что хоть в первый день перевезли их только со скал, да половина девок была без сознания. А то я рехнулась, честно говорю – это был локальный Армагеддец в наших скромных масштабах.

- Что, и сама успокаивала и сама же всем им сопли вытирала?

- Сдурел? Вначале с Томкой вдвоем, потом, чуть отдохнув, подключилась Алка, а следом и более адекватные и спокойные из новеньких. Одна только дольше всех истнрила – почти полвечера с ней самой пришлось толпе возюкаться. А когда та успокоилась, призналась в причине – беременная она, на третьем месяце. А представив, что с ней и малюткой будет после родов, планка у девки рухнула напрочь, и вышло то, что вышло.

- Ну и чего истерить? У нас есть и больница с кучей врачей и оборудования, и акушеры – врач и медсестра. Даже вроде установка УЗЯ есть – помнится, такая хрень проскакивала в докладах. Так что и на учет поставят, и роды примут, и за дитем приглянут.

- Не УЗЯ, а УЗИ – ультразвуковое исследование. Вы настолько сильно смогли развернуться за столь малый срок?

- Ланка, да мы за этот месяц провели две военные кампании, помимо Метрополии у нас уже есть мощная военно-морская База. А ваша Красавица, если примешь мое предложение, станет третьим самостоятельным образованием, с кем мы заключим дипломатический договор, а ещё торговые и оборонные соглашения.

- А сколько тогда у вас людей?

- Взрослых? Или с детьми?

- Так у вас и мелкие уже есть? Давай, сколько тех и сколько тех. Если это не секрет.

- Есть-есть. Только позавчера наша эскадра нашла и привезла четырнадцать человек малых, от семи и до четырнадцати лет возрастом. А всего их сейчас двадцать девять, и почти двести сорок взрослых.

- Ну ни фига себе! Вот вы и раскрутились!

- И это только те, кто сам захотел войти в наш состав. А если учесть отказавшихся..

- Нда! Задачка! Всего с одним известным. Ага! Ты замыливаешь ответ – зачем мы вам нужны именно тут? В чем секрет?

- Ни в чем. Совершенно. Только и того, что некоторое время назад наш Глава высказал свое желание большие и перспективные куски суши без присмотра не оставлять.

- Девочки! – вдруг закричала прелестная и наглая собеседница, - выгружаем все назад. Мы остаемся.

- Почему? Что случилось? Ты посчитала, что нас плохо примут? – раздались от наших судов возгласы части её недоумеваюшей команды.

- Урааа! – завопила другая их половина, - мы так не хотели нашу Красавицу опять бросать без присмотра и ухода.

- Мы остаемся на месте, но входим в состав сообщества гостей, с острова Победа, - встав во весь свой невеликий рост, громко произнесла Лана, - чуть позже мы с Геной вам подробно расскажем о причинах и побуждениях этого решения.

И вся женская команда безпрекословно выполнила её команду – тюки и баулы уже с помощью моего экипажа стали вытаскивать назад, и споро уносить в заросли.

- Кстати. Почему вы за это время не сделали нормальный, открытый проход к своему жилью? И вообще, где оно? Неужели вы в палатках до сих пор живете? Или всё-таки смогли сами построить хоть какое-то, но капитальное?

- Отвечу вначале на вопросы об наших «хоромах». Спустя неделю, как нас сюда забросило, группа девочек, что в тот день собирали созревший урожай на кустарниках сада, пройдя почти километр вглубь от берега, чуть не напоролись на огромную, как будто перекачанную стероидами гориллу. А за её спиной заметили нашу сибирскую, рубленную из бревен постройку. Но вовремя успели от неё убежать – но все равно, к палаткам пришли голыми и с запахом.

- То есть?

- Ну обделались они со страху. Что непонятного-то? Потом сначала в море отстирывали белье с одеждой, а в пресной лагуне уже доводя его до ума, так и бегая голышом до самого вечера. Томка, узнав о находке, тот час собралась, прихватила свою новую подружайку малолетнюю - дочку и внучку потомственных охотников, и они ушли на разведку с двумя дробовиками. А вернувшись к вечеру, все взъерошенные и с круглыми глазищами, доложились - что зверя завалили, но потом все ж сбежали оттуда. Испугались сильно. А уже утром, всей толпой припершись к находке – и обнаружили хороший, капитально срубленный амбар, подобный тем, что стояли у всех на усадьбах в наших сибирских деревнях. А по проходу? Ну да. была и такая мысль. Но.. быстро пропала.

- Почему?

- Да и на наш остров тоже был налет, даже с похищением трех девочек. Ну мы похитителей-то догнать успели и их отбили, даже напавшим пилюлей наваляли. Вот потому вас и обнаружили ещё до того, как вы повернули лицом к нам. Ещё на рейде, как говорят моряки. Посты наблюдения с тех пор у нас постоянно.

- Ты сказала, что у вас и оружие есть? И даже глаза не закрываете, когда гремит выстрел? Точно?

- А то! У всех есть личное оружие - это револьверы. Да ты их и сам уже видел. Я ещё в самом начале посчитала, что их вполне хватит, чтобы иметь возможность отбиться. Вот и брала их в Заказ практически каждый день. И в амбаре немного нашли. Так что стреляем каждый день, и, даже, порой, по два раза в сутки – утром и вечером.