- Юрьевич - а как вы пешком могли добираться? А кресло, дыр-дыр машинка? Инструмент с необходимыми лекарствами в конце концов?

- Уважаемый Станислав Иванович, вы даже не представляете, на какие ухищрения мне в свое время пришлось пойти, чтобы заиметь переносную, как вы выразились, дыр-дыр или бор-машину, на них сейчас говорят - установку. Я же первый раз покупал это все довольно давно, уже больше восемнадцати лет назад. Вот тут, в этом достаточно габаритном чемоданчике находятся комплекты стерилизованного инструмента и медикаменты. Их, в принципе, вполне хватит на работу с полутора десятками пациентов. А в моем рюкзаке лежит разобранное на части современное переносное кресло и сама турбинная стоматологическая установка.

- И вы такие тяжести носите на спине?

- Ну не настолько оно все и тяжелое. Сама установка имеет вес в пятнадцать килограмм и кресло тринадцать, мне это нормально - тем более такая хорошая зарядка для спины.

- А сколько лет вы так, пешим ходом, добираетесь?

- Дааа??? Наверное уже пятнадцать, с тех пор как старенькая, ещё отцовская Нива приказала долго жить, буквально рассыпавшись подо мной во время очередной поездки по местным грунтовым автобанам. Ремонтировать там было нечего, вторую покупать, тем более за свои, я не стал. А бить семейную жоповозку банально не позволила супруга. На эту поездку у меня был запланирован финальный разговор с местным старожилом - он собирался отдать мне, просто подарить, легенду - ГАЗ-69, самое то для нашей местности. Но не срослось.

- Какие у вас планы на будущее?

- Станислав, вы банально издеваетесь. Какие в черта лысого планы? Вот выбрался к землякам, и уже хорошо, даже прекрасно. Примете меня к себе? Чуть не забыл - черную плиту поставки я нашел и забрал с собой. Даже додумался спросить у смотрящих за этим переносом, как её правильно брать с места. Перебрав с сотню вопросов, наткнулся на такой:

- Перемещение терминала с целью присоединения к группе - без потери дня поставки.

Вот его я и выбрал.

- А чем вы целые сутки питались? Неужели голодали?

- Почему? Воду я постоянно с собой ношу, да и местная такая вкусная, напиться невозможно. И в боковом кармане рюкзака всегда держу запас пресных галет и резаный твердый сыр. Одного такого бутерброда вполне хватает организму на пять - восемь часов.

- Значит - вы согласны вступить в наше сообщество?

- Естественно.

- А вы только лечите? А удалять умеете? Или делать коронки?

- Во время вызовов на окраины приходится заниматься всем - и лечением, и удалением, и хирургией. И протезированием занимался - это то, что вы назвали 'делать коронки'. Правда только всем процессом подготовки и установки - так как сами мосты с коронками делает зубной техник.

- Жаль. Но у нас такого специалиста нет.

- Да там особого ума и не нужно - только усидчивость и терпение. Если будет в этом нужда, и сам справлюсь - только делать буду медленно, ведь занимался этим процессом уже как лет тридцать назад. А последние пять лет у меня личный техник - невестка.

- Не понял?

- Когда сын выучился, то он во время интернатуры познакомился с хорошей девочкой-техником. Они женились и открыли, с совместной помощью обоих родителей, свой кабинет в соседней области, в районном городе Железногорске. А так как мы к ним каждые выходные ездили в гости, то Маринка для меня все и делала, по-родственному - быстро и дешево.

- Значит, вы сможете обучить этим премудростям нормального подростка?

- Без разговоров.

- Могу вас обрадовать - среди наших медиков вы будете единственным стоматологом.

- А у вас что, так много врачей?

- Ну, для наших условий - не мало.

- И если не секрет, сколько их?

- Четыре врача, уже вы будете пятым. И восемь медсестер разного вида специализации.

- Да. Вы правы. Это даже и на небольшой городок, типа нашего семитысячного Севска вполне хватит. У нас, в единственной поликлинике, объединенной со стационаром, всего шесть настоящих практикующих медиков.

- Командир, нам бы Василия Федоровича с его авто транспортером. Можно попросить его приехать? - через время меня дергает командир поста и НП у мыса Хвост, наш Саша Борз.

- Сань, а что такого там у тебя случилось, что нужна машина?

- Только что к нам из леса выбрался чуть ли не ползком раненый военный, и он говорит - что там, совсем недалеко в овражке, примерно в километре от нас, лежит еще пятеро раненых. Мои, все свободные от службы, уже рванули к ним на помощь, но судя по внешнему виду гонца, им обязательно и очень срочно нужно в госпиталь.

- Саша, я уже выезжаю, - вклинился в разговор Дед. А я ещё потом буду выяснять, как он перехватывает и декодирует наши разговоры с использованием скремблера, - куда мне выдвигаться?

- Прямо к бухтам - от них ближе всего к лежке...

- Вань, что с ними? - спрашиваю через час у друга, - они выживут?

- Выжить то выживут, вот только как быстро, не скажу. Но это наши люди, потеряшки. У всех на левой руке закреплены коммы.

- А что такое? Почему не знаешь сроков? - пока пропускаю лишнюю информацию мимо сознания.

- Мы с Мишей и Унге уже их зашили, удалив из тел и пули и осколки. Но у их всех довольно большая кровопотеря, а у нас в наличии нет ни банка крови, ни плазмы. Даже элементарным физраствором не успели запастись. Да и условия хранения самой крови с плазмой напрочь отсутствуют.

- А обычное, прямое переливание? Хоть параметры их крови вы знаете?

- С этим проще всего - уже много лет военным на груди бьют наколку с необходимыми данными. Вот теперь Вика пересматривает карточки наших, чтобы всех даром не дергать...

- Ну что? Справились? - подойдя через время, я спрашиваю у Михаила.

- Ага! Только успели сообщить людям, так сразу, бегом больше чем два десятка человек примчалось на помощь, и нужные нам, и те что решили просто помочь. Так как доноров было много, у каждого брали понемногу, они, по-моему, даже ничего и не заметили, - это мы с Мишей и его сестринским персоналом беседуем после всех нужных переливаний. Пока Изя бегает на свое судно за красным вином, что у него под замком в холодильнике хранилось. Ведь нужно всем добровольцам хоть грамм по "сто писят" налить, так положено для более быстрого восстановления их собственной крови.

- Когда с ними можно будет поговорить?

- Ну ты и быстрый. Чего захотел. С их гонцом - может быть, если повезет, то утром и не более пяти минут. А остальным лежать практически безмолвными дней пять-десять, и это минимум, чтобы не было осложнений. Да ещё двое самых старших и самых "покоцанных" и так в безсознанку каждые пять-десять минут сваливаются, хорошо хоть уже только на секунды.

- А кто они?

- А леший их знает. Документов нет, ни единой бумажки в камуфляже не нашли. Знаки различия, оружие - отсутствуют. Белье, форма и обувь - обычные, установленного образца российской армии. Тем более почти такое-же обмундирование идет в поставках для армий почти всей европы.

- Саша? - после этих его слов уже сам вызываю Борза, - на связи?

- Командир, я слушаю?

- Мы не можем определиться - кого это вы нашли. Нет ни оружия, ни документов, а такого у военных не может быть в принципе. Пошли нескольких парней к их лежке - пусть там все тщательно прочешут. Вдруг вам повезет.

- Есть. Сейчас отправлю.

- Появилась находка, - через время вызвал он меня, - интересная - звиздец!- ,следует от него инфа, - там так намешано - пиии...ц.

- Что такого вы нашли? Ты так сильно реагируешь?

- А ты вот послушай, я буду читать найденные нами чуть в стороне от их лежки, спрятанными под камнем и даже немного замаскированные документы, начиная с самого младшего по званию:

Старлей Павел Ильич Дранкар, военная контрразведка. Подразделение базировалось в Сирии, ему всего двадцать семь лет, это тот 'гонец', что к нам добрался - глядя на фото, я вижу практическое совпадение.