- Ну и как техника, - спрашивают парни у Деда, - много топлива жрет? А как она с удобствами?
Ну, он и развернулся:
- Удобства? Примерно так, как и в консервной банке по стиральной доске спускаться. Это же армейская техника, а им такая роскошь противопоказана, только и того, что полноприводный вездеход, с высоким клиренсом, то есть расстоянием от дороги до мостов, и весом всего до тонны. Но впятером, приподнимая зад-перед, по очереди, вполне можно вытащить её из промоины или болотца. Ну, вообще-то, у неё есть лебедка с приводом от коробки, так что самое главное, это найти за что зацепить её крюк. Мы в свое время сменили тут родные сидения на "оппелевские", поклеили шумку, обработали хорошо - и бегает уже сорок семь лет как новенькая.
Сколько жрет? Ну, в базовом-то варианте, когда стоял ещё первый движок, тридцатка запоровская, то от десяти литров и выше на сотку шло. Когда начали на заводе комплектовать сороковкой-сорокопяткой - от одиннадцати-двенадцати и более, а вот когда в болото рухнешь, то и двадцать-тридцать литров в час съедало, пока выкарабкаешься. Ну а мы, хрен знает когда сюда сунули дизелёк, один и четыре литра, и резко стало выходить всего пять-семь на соточку. Примерно такой, как завод в свое время опытную партию выпустил, но её-то в серию не запустили, решили что воякам и родного всего на несколько выездов хватит. Это же одноразовая тачанка, приблизится она к врагу - может, а уже убежать, увы, но далеко не всегда. Я ещё встречал комплектацию с пятидесяти семи миллиметровой безоткаткой, нам на одну операцию придали три таких. Так они подползли на триста метров, влупили три или четыре залпа, и экипажи сразу драпать стали, видать опытные уже были. Туда сразу ответка прилетела, вот один металлолом и остался.
А сейчас, зарывшись в песок по самое дно, включаешь первую, пониженную, и оба моста - и выбираешься даже груженым.
- А как это она у вас уже сорок семь лет? - раздался вдруг вопрос, - ведь права можно иметь с восемнадцати, а вам шестидесяти пяти нет в упор.
- Мне тогда, в семьдесят втором, очень повезло. Я-то мелким был, одиннадцать лет всего, но о технике на колесах не просто мечтал, бредил ею. Вот мне на день рождения, как вы сейчас говорите, "на днюху", старшого брата одноклассник, он прапором в автобате был, списал разбитую в хлам эту машинку, и задарил просто тонной металлолома. Там места живого не было, мы все деньги, что ухитрялись собрать, или летом заработать, в неё вкладывали. Семь лет приводили в такой вид, сами всё почти делали, только батя немного при нужде помогал. Я ведь из-за неё и ступень мопед-мотоцикл проскочил, зато уже в шестнадцать рулил по поселку, на зависть всем пацанам. И опыт этого восстановления привил мне любовь делать что-нибудь своими руками на всю жизнь. Так что помогла старушка. Теперь и здесь она нам послужит-побегает.
Тут он увидел девчат, которые с полными тазами шмоток топали вниз, вдоль ручья ближе к морю, они на общую стирку собрались.
- Глава, ты не против, если к тебе так обращаться? Потому что я заметил - когда говорят "Шеф", тебя это коробит.
- А почему не просто - Стас?
- Ну, хотя бы потому, что ты среди всех тех, которые тут живут, пользуешься самым большим авторитетом - потом уделишь нам внимание, и расскажешь, как вы в свое время так организовывались. И обращаться по имени к руководителю неприлично - это просто подрывает его авторитет.
- Ну если так, то называйте Головой! - смеюсь сам над собой.
- Не Головой, ты ж не председатель колхоза, а Главой Общества. Есть тут у меня одна придумка, я её делал себе для двойного применения, это бак-барабан из нержавейки. Я его сначала сделал как емкость под воду, из двух сваренных бачков от старых круглых стиралок. А когда в первую же осень надоело очищать картошку от земли - перед закладкой в подвал на зиму, подварил небольшие ребра, и вышел галтовочный барабан. Предлагаю вам его взять напрокат - и сделать стиральную машинку, такого себе самопального типа.
- И как же её смастерить без электроники?
- Ну ты и дал, электронику ему ещё подавай. Стиралку-автомат захотел получить, и ещё, наверное, промышленную, чтобы за раз половину всех вещей в неё всунуть? Не выйдет такое. "Корова дает молоко, а курица не может, как бы она не старалась!" Тут можно только самое простейшее применить. У бачка, кстати - он на восемьдесят литров будет, есть крышка, которая очень плотно закрывается, с защелками, как на армейских ящиках. Я соорудил из двух труб на подшипниках ролики, куда он ложится. Под картошку ставил под углом повыше, и если аккумулятор заряжен, то крутил эту конструкцию двигатель от автомобильных дворников. И ручка там есть, вручную вращать, всё же мне было проще и быстрее покрутить барабан, чем пальцами счищать всё налипшее.
- Ну и как мы из этого сделаем стиралку? Не представляю?
- Если есть такое желание, то пока Саша с тобой поговорит, я и привезу всё. Так как?
- Поможете потом всё запустить - будем благодарны, девочкам уже очень тяжело такую толпу занятых мужиков обстирывать.
Так, через час, мы и обзавелись простейшей стиральной машиной - но пока сам не увидел, даже и не представлял, что это и как. А тут - обычная прямоугольная рамка из брусков, стоит наклонно на невысоких ножках. В опорах, прикрученных сверху и снизу на бруски, запрессованы подшипники в каких вращаются две длинные дюралевые трубы, сантиметров пяти-шести диаметром. Снизу на них приклепаны шайбы-упоры, на которые и ставится упомянутый бак, и надеты резиновые кольца - кстати резина из колес старых детских машинок, это явно чтобы не так сильно гремело и шумело. А сверху на одном валу был закреплен шкив, и рядом с ним небольшой движок.
- Вот и всё - налили пару-тройку ведер воды, кинули стирку, и порошок ну или нарезанное мыло. И включайте, - это он, Дед, нас уже обучает.
От дома уже была протянута переноска низковольтная, от того выхода, что я и освещение подключал, и пробный прогон пошел. Включили, таратайка закрутилась - практически беззвучно, и... больше ничего.
- Пусть минут десять-пятнадцать покрутится, потом открываете крышку, и полощите, можно это и в проточной воде делать. Но лучше выкопать сливную яму для мыльной воды, чтоб она фильтровалась, и не засирать сразу и ручей и море у его устья. Рыбу этим только отпугнем. И еще: для полоскания вручную нужен овальный таз большого размера, или сделать его из дерева, как в старину корыта делали.
Паулус посмотрел на это, подхватил пару своих помощников, и через пятнадцать минут две ночвы, то есть деревянные корыта, стояли рядом с машинкой, на невысокой подставке. Чтобы девчата, что в наряде по хозяйственному отделению по графику ходили, не стояли в "любимой сексуальной позе". Так, в течение часа была успешно разрешена проблема чистых вещей. Вот бы такой бак иметь второй, уже для механического полоскания, но нечего сильно губу раскатывать, и так всё прекрасно, девочки очень довольны.
- Давай, о себе немного расскажу, - это батеня начал разговор, пока Федорович ездил за бачком, - я в прошлом был кадровый военный, в девяносто первом уже капитана получил. Во время выхода первой группы гражданских из Грозного в самом конце декабря, был в составе эвакуаторов архива Северо-Кавказского отдела ГРУ, работавшего по всей забугорной Азии. Моя часть тогда находилась в городе, и мы все срочно вывозили свои семьи. Но не смогли их уберечь от чечен - на выходе трассы из ущелья нас встретили бойцы трех тейпов, самых непримиримых в то время по отношению к русским. Спаслось очень мало, и военных, и гражданских, мы прикрывали отход транспортной колонны с документами до последнего, меня одного, полуживого, Дед на себе полста километров по горам нес, а наши семьи, все там остались. Потом, спустя два года, все эти три тейпа, до последнего младенца, вырезала "Бешеная Гадюка", которая смогла тогда выжить.
- А кто она, эта "Гадюка"?
- Тогда - была молоденькой, девятнадцатилетней девочкой, училась на военке, кто - не знаю, лично не знаком, с ней Дед до сих пор дружит. Она приезжала с детьми к мужу, в гарнизон, это все мои о ней знания. Девочка очень шифрованная, но её позывным до сих пор чечены своих новобранцев пугают. После госпиталя меня комиссовали, по ранению, и я чуть не сошел с ума, живя весь в воспоминаниях о семье. Потом пришел к Богу, окончил семинарию, и получил маленький приход в Алтайском селе, где все эти годы и вел свою жизнь.
