Леди с опущенными головами начали выходить из столовой. Я пыталась скрыть улыбку. Её светлость подошла ко мне и похлопала меня по руке.

— Сочувствую твоей потере, моя дорогая. Ужасное горе. Но я рада, что с тобой и ребенком все хорошо.

Надеюсь, она говорила это искренне. Но эрлорд был расслаблен, я надеялась, что он бы почувствовал ложь и хотя бы наградил родственницу холодным взглядом. Но нет, он оставался спокоен.

— Благодарю, эрледи.

Увидимся позже, — ответила она и вышла.

Как только мы остались втроем в разрушенной гостиной, её озарил дружный смех. Наш с Аиром дружный смех, потому что Анвэйм стоял злой до чертиков.

— Ваша светлость, как же я счастлив, что у меня есть истинная пара и мне не придется созывать отбор, — произнес Хассаир с улыбкой.

— Кто знает, Хассаир, кто знает. Может, ты окажешься в таком же положении?

Делорд фыркнул, а я улыбнулась, встретившись взглядом с Анвэймом.

— Тебе тоже смешно? — спросил светлый.

— Разумеется, ваша светлость! Могу я узнать, какая из девушек вам понравилась особенно? Могу предложить кандидатуру Жатенны: чудесная девушка, а какой бюст! Вы уже представили постельные игры с участием взбитых сливок?

Аир хохотнул. Зрачки эрлорда сузились, повеяло холодом. Но я стойко встретила мороз, лишь улыбнулась еще шире.

— А ты хочешь выбрать мне жену? — спросил он, и я пожала плечами.

— Разумеется, ваша светлость! Выберу лучшую!

— Что-то меня не очень впечатляет твой выбор, — произнес он и сделал шаг в мою сторону.

— Очень жаль! У нас с вами видимо совершенно разные вкусы!

— О, ну в одном они сходятся, — произнес он и наклонился ко мне ниже, — взбитые сливки. Обязательно попробую их в постели. Как только представится возможность с выбранной мной девушкой.

И так проникновенно это было произнесено, что у меня невольно вспыхнули щеки. Мы с Анвэймом неотрывно смотрели друг другу в глаза. Не знаю, что именно я в тот момент испытывала и чем бы это закончилось, если бы не раздавшееся рядом “мрр”. Мы с Анвэймом опомнились и отскочили друг от друга, а я перевела взгляд на Вэйма.

— Как же я рад его видеть, пусть и его кличка мне и не нравится, — произнес Аир, поморщившись. Наша близость с эрлордом его не впечатлила, и я почувствовала укол вины. — Сейчас мы можем вернуться в Темный дворец и продолжить?

— Думаю, лучше перенести на завтра, — ответил Анвэйм. — Аламинта еще не обедала, а мне необходимо время на восстановление защиты замка.

— Как скажете, — отозвался Аир. — Я могу остаться на обед? У нас, правда, уже ужин, но я согласен заменить одно другим. Вы же не против?

— Против.

— Разумеется, нет!

Мы с эрлордом откликнулись одновременно. Как можно догадаться, последняя реплика принадлежала мне. Я продолжила:

— Я бы хотела провести обед с тобой, Аир.

— Тогда я прикажу накрыть в Рассветной столовой, — откликнулся Анвэйм и подал мне руку.

Принимать его помощь после того, как увидела целое сборище его невест? Не дождется! Сделала вид, что не заметила приглашения, развернулась и быстрым шагом направилась к выходу, к тому же за мной бежал счастливый рыфенок. Думаю, в следующий раз его стоит взять с собой в Фарахейм, раз уж он мой защитник, пусть пока и маленький.

За обедом мужчины не могли удержаться от колкостей. Я не узнавала обоих: обычно милый и улыбчивый Хассаир вел себя слишком озлобленно, а безэмоциональный Анвэйм слишком остро реагировал на выпады делорда. В итоге, устав от всего этого, я отправилась в свои комнаты, сказав, что очень устала. Ни один из мужчин не стал меня задерживать.

В комнате меня ждали новые наряды, сшитые по местной моде, обувь и аксессуары. Последние особенно удивили. Три набора: бриллиантовый, изумрудный и рубиновый. Даже боялась подумать, сколько все это стоит денег.

— Они прекрасны, — произнесла Авина. — Не правда ли, леди?

— Да, ты права.

Прекрасны… хотя я Великая леди, разве в сокровищнице лорда де Шалиса нет дорогих украшений? В темном дворце я не носила их из-за беременности — мне просто было некомфортно от утяжеляющего металла, но здесь мне их подарили. К чему бы это?

Эрлорд хочет видеть меня на официальных приемах? И словно в ответ на мои мысли в комнату после приглашения вошла эрледи.

— Вижу, мои подарки уже доставили, — произнесла она и подошла ближе. — Сделаны на заказ. Специально для тебя.

— Вы слишком добры ко мне.

— Пытаюсь загладить свою вину за некоторую. — она пыталась подобрать слово, — отчужденность с моей стороны. Я пересмотрела свои взгляды. Поверь мне, дитя, я умею признавать ошибки.

— Благодарю за чудесный подарок, но правильно ли я понимаю, что вы их подарили мне с каким-то намеком? К чему вы хотите меня подтолкнуть?

— Я хочу, чтобы ты завоевала Анвэйма.

Сказать, что я выпала в осадок, это ничего не сказать.

Простите, я, кажется, ослышалась, — произнесла пораженно.

— Нет, ты не ослышалась, дитя. Я хочу, чтобы ты очаровала Анвэйма настолько, что он бы выделил тебе какой-нибудь загородный домик, где бы ты жила вместе с его наследником. Ребенок бы воспитывался исключительно на светлой стороне в присутствии гувернанток и, разумеется, меня. Я готова посвятить себя правнукам, раз внуку уделяла недостаточное внимание.

Я даже не сразу нашлась с ответом. Некоторое время просто хватала ртом воздух, чтобы сформулировать правильно свое недоумение, но так и не смогла, поэтому у меня просто вырвались вопросы:

— Но почему? Зачем вам это?

Эрледи подошла к окну и задумчиво посмотрела на сад. Она теребила край манжета, погрузившись, видимо, не в самые лучшие воспоминания. Поэтому ответила не сразу, тоже дав себе время на размышления, но потратила это время с большей пользой, чем я.

— Я вижу, как плохо бывает, когда дети растут без материнской любви и заботы, — произнесла она тихо. — Анвэйм прямое тому подтверждение.

— Что случилось с его родителями? — задала я вопрос, волновавший меня очень и очень давно.

В исторических хрониках ничего не было, словно об этом не хотели упоминать лишний раз. Или, по крайней мере, на темной стороне не слишком-то любили затрагивать историю светлых правителей. А до библиотеки Ардахейма я еще не добралась.

— Они погибли, когда ему было около семи лет. В горах. Его тогда спасло чудо. Но он до сих пор не может себе простить, что ничего не смог сделать.

— Он не должен был винить себя, — произнесла я эмоционально и вздохнула. — Поэтому он такой замкнутый, нелюдимый, безэмоциональный?

— Хорошего же ты мнения о моем внуке, — хмыкнула эрледи, обернувшись ко мне. Она покачала головой. — Не только, разумеется. Чтение эмоций накладывает свой отпечаток. Но не будем об этом. Я не желаю, чтобы этот ребенок рос без материнской любви. Сегодня, увидев поведение потенциальных правительниц, я только убедилась, что ребенку придется очень несладко при дворе. А знаешь ли ты, как опасен недолюбленный, озлобленный претендент на престол? К тому же с потенциальной судьбой по уничтожению мира.

Она дала мне время представить масштабы. Думаю, да. Даже история моего мира знает немало случаев борьбы за власть и бунтов. Мне бы не хотелось такой судьбы ни для Ардахейма, ни тем более для моего ребенка.

— Понимаю, — ответила я и присела на софу, вытянув ноги и погладив живот.

— Я забочусь не только о судьбе внука, предлагая тебе очаровать его, но и о судьбе Светлых земель. Этот ребенок, если верить пророчеству, слишком важен. Также важно воспитать его в любви. Быть может, в этом и есть ключ к тому, чтобы избежать пророчества.

— Я тоже думала об этом, — призналась я, — о том, как изменить пророчество. Но то, о чем вы меня просите, просто невозможно. Я не стану добиваться мужчины, тем более для того, чтобы быть его любовницей. Вы предлагаете мне положить свою судьбу на алтарь счастья Ардахейма, но как же я? Я хочу быть любимой, выйти замуж, создать семью. В идеале — сохранив и этого ребенка, которого я уже люблю всем сердцем. Но жить все время в зависимости от Анвэйма?.. Слишком непосильная ноша для моей гордости.