— Да. Я помню одно выражение, в свое время вычитанное на просторах инета, что власть, это каторжный труд, сравнимый с работой гребца на галерах. И ты явно по старой памяти подсунула мне такую бяку.

— Серж: если не мы, то кто же тогда?

— Согласен.

— Кстати, ты так и не сказал, Крит-то твой, какого он размера? Хоть примерно?

— Какого? Если судить по отчётам парней, что осматривали его с высоты Митридата в бинокль, взяв на время штатный с танкера… Овал, уже у бухты, там он примерно в четыре километра, а на противоположном конце — почти в шесть. Длина? Десятка, плюс-минус, точно в тот момент и нечем было определять, и не имея необходимости, не было такой нужды. Бухта — от канала и к горке в четыреста метров, а поперек в полтысячи, с входом в неё шириной в полсотни, замкнутым с обоих сторон широкими мысами, со скалистыми внутренними берегами. Вода? Должна быть, так как он зелёный, растительности, самой разной, там валом. Так, навскидку, это и всё, что я узнал о нём.

- И то хорошо…

К моменту, что воспоминания прошлого вечера закончились, «отмерла» и Алиса. Вопросы у ней ко мне были, но все они сводились к одному: откуда я так давно, и, тем более, хорошо, знаю свою Главу. А, так как времени было валом – моторы ведь нам всем выдали нульцевые, обкатку они гарантировано не прошли, и нагружать их совсем не стоило, а в таком разрезе нам в пути быть в общем не менее трёх часов. Так что, резонно решив его подсократить, не стал ломаться, а начал свой рассказ. Слушали его оба, и отец и дочка, очень внимательно. А когда уже дослушали, то так же дружно, на некоторое время, затихли…

Примерно с полчаса Лиска провела молча. А потом её душенька всё равно не выдержала, и она на полном серьезё выдала:

— Ну нихрена у тебя Глава! Строгая, резкая — так и кажется, что стоит только прикоснуться к ней, и сразу порежешься, — помолчав минут пять, и не дождавшись ответа, продолжила, — она у вас всегда такая? Или только иногда?

— Да нет, обычно Командир вполне вменяемая, и, даже, выдержка просто железная, и, как я думаю, основываясь на том, что я знаю о ней и об остальных коренных обитателях Независимости, в вашей ситуации просто вышла непонятка. И всё. Без причины Глава фитиля никому не вставляет.

— Михалыч, да что ты всё выкручиваешься, — Лиса всё никак не угомонится.

— А что ты хочешь услышать?

— Ну, к примеру, чего она вчера так отвязалась? Какие для этого были причины? Или она просто так вспылила?

— Просто так, без нужды, она никогда не станет вставлять фитиля. Там, скорее всего, сложилось несколько факторов — нагрузка в течении всего дня. Ты же не думаешь, что она всё время только штаны просиживает?

— Ну не такая я и дура, чтобы в подобном подозревать, зная сколько у нас хлопот, и понимая, сколько их должно быть там. Кстати. А каков состав этой Независимости? Конечно, в людях?

— С вами — полный, в четыреста шестьдесят четыре. А проживает именно там – триста девяносто два.

- Ну, них… чего себе, — явно она хотела высказать своё мнение матерным словом, но, в присутствии отца, сдержалась, — тогда мне многое становится понятным в её поведении. Некоторые люди — это такие твари, что мёртвого доведут до истерики. На своём опыте знаю. А из чего вы делали те срубы, что стоят шикарной такой улицей? Совсем как в старых-новых деревнях сейчас делают.

— А мы их сами и не делали.

— Как это?

— Ну они — это бонусы от устроителей Эксперимента за взятие очередного рубежа в развитии.

— То есть?

— Неужели ты этого не знаешь?

— Откуда? — прозвучал крик из глубины её души… представленной нам всем на обозрение… шикарными такими глазами… четвертого размера.

— Ну это не особо такой и секрет, но его разгадку, по словам Оксаны, узнаешь только тогда, когда несколько раз набираешь по сорок восемь человек, — и пересказал им обоим всё то, что узнал вот только что, этой ночью, у самой нашей Ксюшеньки.

— Нда! Права поговорка: «всю жизнь учись, и всё равно дураком помрешь». Так и тут выходит. Это что значит? Если бы в наш, Выборга, состав вошло ещё двадцать четыре человека, то мы бы могли получить подобный ему, шикарный бонус-приз?

— Но не именно такой. Наши первые были совсем другими. Но всё равно, что-нибудь очень ценное в этих условиях, или полезное до не могу, точно получили бы. Да не переживай ты так. При особо большом желании и везении найдешь ещё себе в пополнение «мышек лабораторных», и получишь свой собственный подарок от Небесников.

— А что это за «мышки» такие «лабораторные» ты упомянул?

— Ну это выражение давным давно придумала наша Оксана. Смысл его в том, что если это Эксперимент непонятного вида да смысла, то мы все в нем и есть типа, лабораторные мыши. На которых и ставят всякие опыты.

— Ну. раз так… то она полностью права.

— Есть ещё одна новость для вас. И, по-любому, она должна быть приятной. За то, что было вхождение малого сообщества такого размера, как ваше, в большое, то есть наше – обязательно будет выдан бонус, или подарок. Какой? Можешь и не спрашивать – они к каждом конкретном случае бывают самыми разными. Но, то что он будет. Точнее, уже есть, и это точно.

— Ну и на этом спасибо.

В таком виде и разговорах и прошёл весь наш путь к моему, уже законно моему на долгое время дому. Как только носимая рация поймала сигнал поста наблюдения, а дежурящие там, согласно моему вчерашнему распоряжению, каждые тридцать секунд подавали тональный сигнал, то сразу их и вызвал:

— Смене мой привет, — разговариваем обычным языком, а не кодовыми фразами, так как Кирилл уже давно всем показал, как включать режим скремблера, то есть кодировки, — играйте всем пробудку, мне осталось минут двадцать ходу. А работ с самого утра выше крыши.

— Есть, командир, — прозвучало в ответ, и, пока связь не прервалась, был чётко слышен ревун, что орал в подземелье.

— Ну вот, друзья наши новые, я почти и у цели. Сейчас выгрузим своё – и дальше уже сами. Пока есть время, кое-что расскажу. Вам должны были положить станцию дальней связи из резерва Главы — подключите её уже сами, там сложного нет ничего. И, тем более, должна быть распечатка с пошаговой инструкцией к ней. Там уже забиты частоты связи со мной и основным НП на Независимости — разберётесь, сложного там, вроде, нет ничего. Будет нужна помощь — зовите. Если малая, то прискочат почти сразу отсюда. Ну а вдруг что серьёзное — придёт рейдер из Метрополии, он у них покруче…

Расстались с соседями на рейде Крита ещё до шести утра, выгрузив всё, мною привезенное. И я, даже, успел немного пройтись при нормальном освещении в огромном центральном зале верфи, пока люди управлялись с навалившейся работой. И, как только они её закончили, началась «раздача слонов»:

— У нас, точнее у меня, произошли серьёзные изменения в статусе. По распоряжению Главы Независимости, то есть, нашей Метрополии, было решено Крит оформить как отдельное сообщество, но подчиненное Оксане. Это — первое и основное. Второе. У нас есть две лодки с моторами – вы их уже установили, надеюсь?

— Так точно, — прозвучало в ответ, — но их же три?

— Мне сегодня нужно будет снова идти назад.

— Поняли.

— Значит сами комплектуйтесь в экипажи по три человека, и быстро вперёд за нашими вчерашними гостями, тем более я с ними только что пришёл. Дальше за их подконтрольными островами, можете даже, догнав их, спросить точный маршрут и направление, есть необследованные ими земли. На первые три раскрыли рот они сами, а всё то, что будет дальше – уже полностью наша добыча. Суть задачи ясна?

— Искать людей…

— Да. Но! Желательно только русских, или хоть русскоязычных.