Вот и ещё более хорошие вести начали до нас по радио добираться. Имир на связь вдруг вышел, да ещё с какими классными новостями-то! Обалдеть, не встать! Везет же некоторым! Есть чему позавидовать. И, хотя, явно расстояние между нами ещё большое, слышно нас с ним друг другу неплохо.

Поначалу-то сильно я колебался, как быть: сказать ему — не сказать… Предполагал чуть отложить, напустив начальственного туману и отделавшись лишь дежурным: «Ну а у нас для тебя тоже сюрприз немалый приготовлен. Поспешай!» Ну так мы ж тут не персонажи уважаемого мной пана Анджея Сапковского с его знаменитым ведьмаком Геральтом и его законным «правом неожиданности». Типа, «у нас есть то, и те, про что ты еще не знаешь».

(кто тут у нас на Доме «Ведьмак» уж вы, как-нибудь сами решайте, а вопрос мне явно наш Имир задаёт…)

Да-да… Вот так и рассуждай — насколько реальность здешняя от его «срендивековой» фантастики отличается, когда все так и происходит. Или сбрендивековой… Ладно, как ни крути — всё, в конечном итоге, к людям сводится. Да каким!

Они-то есть, да, ну так живые ж люди — его семья, они и так в полном «оББалдении» от того, что тут, на Платформе всей кучей вдруг оказались. В общем, чтоб не ходить вокруг да около — сразу же и скажу. Пока я его краткий доклад выслушал, да переспрашивал, уточняя, порой, некоторые важные для понимания сути моменты и подробности, да ещё ТЗ и ЦУ выдавал, они всей стайкой и подтянулись поближе. Как почувствовали, что с их мужем и отцом говорю.

Там-то, в прежнем нашем лагере «деревня Котовка» на берегу Бухты Свиней у нас ведь как было? Переговоры по радиосвязи отдельно, плита терминала и поставка отдельно, жилые палатки, баня и кухня-столовая под навесом — тоже. Хотя все они и неподалёку друг от друга расположены, но это, всё ж таки, несколько разные места. Относительно. Да, в пределах нескольких десятков метров, особо-то не разбежишься, остров же, как-никак, и в шагово-голосовой доступности каждого из наших со-островитян, но всё же.

Не принято у нас было вмешиваться в переговоры Главы с кем-то. Говорит и говорит глава, мало ли какие вопросы и с кем там решает? Нужно будет — сам и расскажу. В части касающейся, как говорят на казенном канцелярите. Кого нужно и так бы вызвали — «к аппарату». Обычно там, ранее, так мы и делали — вопрос нескольких минут любому или любой добежать. Ну или, как у меня, переключили б на носимую постоянно при себе мою рацию. И всё. Всех делов-то, где б я не находился. Мощности и рации и антен на самом Доме это позволяли. Да, собственно, и на Зеланде и на Дороге уже тоже добивают — недавно сам в этом и убедился.

Тут же — в вынужденно временном лагере на склонах Дальней Горки все мы и всё рядом, на приватный разговор не укроешься. Вот и услышали… Представляю как Вовке-Имиру там вдруг стало… Даже слов не подберу. Кого хочешь ТАКОЕ впечатлит!

Светлана встала рядом, смотрит на меня так… ну как микрофон ей не передать? Вы бы отказали? Вот и я не смог.

— Вова, ты? Точно ты? А мы теперь тоже тут всей семьей очутились! Что, думал тут скрыться от нас? Не выйдет! Да-да, все дети тут рядом. Когда тут будешь? Очень скучаем по тебе…

Тёма Белов

Говорят — все мечты сбываются. Не-а! Врут! Это у кого уж как выходит… Во всяком случае, не у меня, уж точно. И, ещё и явно, не все. Ну вот никак я себя на малообитаемых островах, да ещё и другой планеты не представлял. Да никогда и не за что! Я вообще всё про свое будущее там, на Земле не так мыслил. Да, считай, всю мою жизнь был реалистом. И остаюсь им же и тут тоже. Как Отец с Мамой научили. Реально на мир смотрел, без всякого преклонения и восхищения перед забугорным «Западом». Да и перед всем прочим остальным миром тоже.

Обычный русский парень, как все. Учился в школе, техникуме, потом в армии срочную служил… Как и батя мой. У нас в семье — так принято: от службы не бегаем, раз положено — надо выполнить. Отдать долг, так сказать. Отдал — и свободен. Но и лишнего на себя брать ни за что не станем. Зачем? Может кто-то и считает как-то иначе — мне с такими не по пути. Никогда в начальники и лидеры не лез. И лезть сам не стану. Оно мне надо? Нет!

Вернулся. От призыва до дембеля оттоптал берцы столько — сколько положено. Ну разве что, в самые горячие точки не угодил попасть, но не на самой спокойной границе несколько крайних месяцев послужить удалось. В боевых действиях «не замечен», не вели мы со соседними славянскими «недобратьями» никакой войны… напрямую… Это лишь они тогда постоянно упорытыми чёртиками на пружинах по своему майдану скакали, не мы… Так что боевых эпизодов от меня не просите, не расскажу. Подписку давал… Не было их там у меня, так и считайте… Ага! Нет, не было да и… И не надо! Обещал Маме живим и здоровым вернуться — выполнил. И её наказ исполнил, и долг свой Родине отдал. Честно! Как и положено.

Повезло — не повезло, это всё не важно. Зато без травм и больнички обошёлся. Даже запредельно невыносимой дедовщины особо не хлебнул, нормальная у нас часть оказалась. Спасибо и отцам-командирам, и тем, кто перед нами служил. Зато вот бытовухи в армии хватало. За дурдом не скажу, это уж где как прижилось или нет, а вот её — хватило. По гланды. Вот это да — надолго запомнилось. Пересказывать всего… да ничего не буду. Кто служил — и сам про то знает, а многие гражданские, кто не был — меня просто и не поймут. Хвастаться там не чем. Но и нареканий и дисбатов у меня не было.

Ну там-то я обычный призывник был, каких полно вокруг, а тут вот здешний командир сегодня озадачил. Несколько непривычно такое было услышать.

— Быть, — говорит, — тебе, Артём, бригадиром. Ты — свой, наш, российский. Смекалку применишь. И команда-бригада у тебя будет самая-самая молодёжная. Понимаю, ответственно это всё для тебя… И сам ты тут на Островах у нас пока недавно. Всё так. Обвыкнешь. Ну то так, а то больше прямо тут под рукой у меня временно свободных и тех, кому доверяю — нет, и некого мне Старшим команды туда сейчас отправить. Верю: ты — справишься. А там и старшие и более опытные туда же вскоре доберутся и тоже подключатся. Одних вас мы там не оставим. поможем, Но начинать — тебе. Причём, надо сделать там всё максимально быстро и правильно. Чтоб не переделывать и хвосты не подчищать. С первого же разу. Надо! Лады?

— Лады… — отвечаю. Ну а куда мне теперь деваться? Доверяют. Командир уже доверяет, ну и все остальные — тоже. Не на кочке ж здешней сидеть? Кочкой я называю для себя ту Горку, на который сейчас наш временный лагерь расположен. Тут относительно безопасно. Гигантские крокодилы, что на берегу буянят, сюда полезть не должны… Бы… Могут, чисто теоретически, но не их это стихия… Тем более, что, очень на то похоже, наши гранатные «подарки» им не понравились, уходят они. Хорошо бы, чтоб насовсем.

Зато мне понравилось их геноцидить. Поначалу да, чутка страшно было… Не скрываю. Этакая махина злющая с огромными зубищами рядом…, а как вкинутую мной гранатку заглотила — всё, аллес… Пришел ей «песец» и Всё — не грозная тварь — бронированный мешок с мясом. Так им всем и надо! Сам от себя такого не ожидал.

«Трофимов Пал Егорыч…» Во-во, как в песне про правильного ветерана. Дал отпор, что называется, не подкачал. И доверие оправдал.

Зато сразу меня здесь зауважали. Наши, российские, кто тут есть, да прочие иностранцы этой группы… Да фигли там — все они наши тут, свои. Сразу так теперь и считаю — как с Котом поговоил. Он мне и сам при первом же знакомстве понравился. Уверенный дядька. Знает чего хочет. С таким даже на Новой Планете, где мы все теперь находимся, не пропадем. Чем-то на Отца моего похож. Не по виду, нет, тот чуть старше, по характеру.