Ну да, и то, честно сказать, положа руку на сердце — больше мы-то все тогда вовсе не по сторонам бдительно смотрели, запоминая в подробностях, где тут и что, а задушевные разговоры с союзниками и единомышленниками вели. Отрывались… и скорешились... Как это о чём? Ну вы и спросили! Знакомились… Вот так же, как и мы сейчас с вами. Контуры «проплывающих» мимо островков и скал накидать-то мы примерно для себя успели, примерные расстояния меж ними прикинуть — тоже, да и всё, пожалуй.
Всё ж, как-никак, с нашим сектором эти территории граничат. Граничили… И вообще теперь — это тоже уже часть нашего сектора. Вот вы тут нашлись, и ещё, наверняка, чувствую, хорошие люди будут. Те, кто к нам сами попросятся. Вместе со своими островками. Возьмём, чего ж бы и не взять-то? Лишь бы люди эти новые были дельные и вменяемые. Ну вот, к примеру, такие, как и вы сами.
А с ними тогда, с командой Изабели… ну да. Познакомились и задружились, кстати. Крепко и сразу. Вот это-то у нас, как раз, получилось неплохо. Очень неплохо. Подружились-то мы сходу! А как иначе-то? Одно ж дело делаем. Те, кто нам и им точно враги и недруги — они против нас, а мы с ними, как своими, на одной стороне. Правильной. Уже такое сближает. Согласны с этим? Все согласны? Ну и правильно. Вы ж тоже теперь с этой же, верной стороны. Можете и не сомневаться. Пиратствовать же не собираетесь? Как те дикари, например, что вас самих на абордаж брали? Ну вот, значит верно я про вас всё понял. А с коллегами союзными… Только что на брудершафт с ними там и тогда не выпили. Неплохо было б, подтверждаю, для знакомства, конечно же, но… Вот!
Как говорится в нашем народе, а он-то уж зря не скажет: «бодливой корове Бог рогов-то не даёт!» В данном случае — то про нас… и их команду. Самые мы неспокойные среди своих... А иначе б не мы сейчас вместе с вами радовались. а дикари... Ферштейн? Вот и нам тогда закрепить ту памятную «встречу на Эльбе» не дали.
И доктор Иван меня там же сходу сурово отругал… Это их молодого врача так зовут. Так вот и высказал мне, как наиболее пострадавшему:
— После того, — говорит, — что с тобой и со всеми вами там на этом вашем Варане было, алкоголь какое-то время вам вреден. Противопоказан.
Да ну его… !!! Обломил… Когда это стопочка-другая, с друзьями за знакомство поднятая, и, вдруг, мужикам и их здоровью вредила? Кому и где? Бред! Если это, конечно, не палёнка какая левая, и не суррогат, незнамо из чего сделанный. Пришлось подчиниться, правда. Их кораблик — их и правила на нём. Вроде ж, молодой… Ну, относительно меня, молодой… Зато как настоящий практикующий доктор с настоящей скорой — он реально профи! Да они все, всем экипажем в отношении нас именно Скорой Помощью тогда и оказались!
Как он верно «диагнозы»-то всем нам поставил… И обматерил всех нас — тоже, верно. Заслуженно, и это признаю. После осмотра. Очень убедительно, и, что важно — нам доходчиво и понятно. Мы на Варане том сразу все и прониклись! Всей командой. Которую потом поделить пришлось…
Варан — это, чтоб вам было понятно, остров. На нем охранником Склада — здоровенная зверюга, как раз, варан и был. Потому-то и назвали мы остров тот так. Мы его победили, да мясом шашлыка из него траванулись. Всей командой домовскихпоисковиков, сколь нас там было. И тем, кто потом с ними на Изабели далее к Изумрудному пошёл, и остальным, кто там из наших вместе с Николаем оставался… Так и сказал:
— Не жрите, — мол, — всё-то подряд… — И ещё, разные слова… В приличных книгах их не пишут. Обычно… И в летописи тоже не заносят. Так там у нас всего подряд и не было — отвечаю! «Варанятина» и всё. Парная… Свежего убоя. В виде шашлыка, ну да… Не сырым же мы то мясо жрали…
(окорочка вараньих «лапок», понимаешь… то, что проще всего поотрубать для шашлыка было…)
Шашлык-машлык, понимаешь… Э-эх! Ну и что, что охранный варан тот невкусный, по итогу-то, оказался… Зверюга хренова! Да что там невкусный — напрочь несъедобный! Как вспомню — так снова кишки выворачивать начинает. Ну так мы много и не успели с него отгрызть… так, слегка… с устатку, и от нервов… После боя-то с ним — все мы там и тогда на адреналине были. Мог и он нас сожрать, а тут вот мы его расстреляли… Ну и… попробовали…
(Шашлык, ёлы-палы… «Вараньи слёзы»…)
И всё! Дегустировали, ага. А последствия его… Доктор Иван так мне чуть позже и объяснил, уже на борту:
— Когда у мужика начинают выходить камни, и из почек, и из мочевого — боли и ощущения точно такие, как когда женщина рожает. Обычно всем им впечатлений хватает на всю оставшуюся… тебе ж сполна хватило? Вот! И, уже после, помня эту боль, они совсем по другому относятся к матерям, и, тем более, своим жёнам, понимая, через ЧТО они все, бедолаги, проходят. Ну, кроме пяти минут взаимного удовольствия в самом начале процесса, для того, чтобы дать жизнь их наследникам, или подарить красавиц-дочек. Так что, уважаемый Имир, никогда об этом не забывайте. Ведь любимую рано или поздно тут себе все равно найдете… Ведь нет пока постоянной? Ну вот, тем более!
Так-то он прав, конечно… Насчёт жутких болей, говорил же уже вам про то. Незабываемо, да. Очень! Ощутил на себе. Полной мерой. А вот насчет любимой… Той самой — единственной… Не хочу! Тут ведь одиноких и, чего уж там скрывать, слегка подрастерявшихся женщин вполне достаточно. Кому как и где, но у нас-то точно... Шутка ли — сменить привычное окружение на вот это вот всё… В одночасье, да без никакой подготовки. Никого ж не предупреждали. Схватили и сюда забросили, кто с чем и в чём был. И нас мужиков, и вас вот, женщин, тоже так же. И, потому, опора и защита каждой из них тут непременно нужна. Каждой! Всем им! И вашим милым дамам — тоже. Согласны с таким молим мнением? Ну так, ещё бы нет-то! Как и нам, мужикам — тоже… Да когда на Дом придём — сами глянете, пообщаетесь, всё вскоре на месте и поймёте.
И да, женщин свободных там больше всего сейчас, насколько я понимаю. И наши, и иностранки, всякие — из тех, что добровольно решили у нас прописаться. В нашем сообществе. Да-да, и такое тут бывает. Не куда-то там к отмороженным гей-европейцам, а с нами. Ну а парни и мужики наши, по большей части, те, кто, не как мы, в поиске и разведке рыщет — они сейчас на Зеланде и Дороге пашут. В прямом и переносном смысле. Самый аврал и разгар работ там у нас сейчас. Увидите — и проникнетесь. Много чего дельного на будущее наше общее задумано. И оно уже то будущее активно делается. И хорошего непременно будет ещё больше! Точно вам говорю! Раз Глава и там и там недавно сам, лично побывал. Обычно так и происходит у нас: как чего задумает — все мы в разгоне… Чего смеётесь-то? И у вас тоже Начальство такое? Но тогда вы меня понимаете.
Но он-то на общее благо, для всех нас старается, себя не бережёт, потому — понимаем и поддерживаем. И пашем. Раз за разом, снова и снова. Такая работа.
Ну вы и спросили! «Как, как»… Всяко!
Ну да, и такое было — правильно понимаете. И с оружием — тоже! Раз при мне один чел, только что прибывший, было попытался его сместить… Какое там! Не вышло ничего! Теперь в другую сторону услан и послан! Полномочным Представителем, во как! Дипломатом, не хала-бола. А вы что подумали? Теперь-то мы ему доверяем и, даже, переговоры с чужими сообществами вести он отправлен — проникся. Теперь — можно. Принял он верное решение. В тот же день. И осознал, что неправ был, поначалу-то. Умерил свои амбиции. И выбрал, и свою судьбу, и сторону.
