— Удачи! — и, развернувшись, не торопясь пошёл в сторону своего «домика». Дел у меня на сегодня ещё невпроворот впереди, чтоб я свое время на всяких вздорных девиц разбазаривал. Нужно плиту-терминал на новое место приладить, нужно шкаф дотащить-таки до базы, нужно огородик попытаться соорудить… А я тут лясы точу. Не пойми с кем. С какой-то там никчёмой. Всё равно ничего толкового я от неё не добьюсь.

Девица была явно обескуражена моим резким разворотом от столь радостного приветствия, до показательно прохладного прощания. Ведь весь наш с ней разговор и всего-то в пару фраз уместился. Как так-то? Вот только я не видел необходимости в дальнейшем с ней разговоре. Сколько я их таких уже вёл за свою жизнь? Девица-то явно ж привыкла, что всё вокруг вертится вокруг нее. Всё и все. Все её прихоти исполняются, а парни, крутящиеся вокруг её заведомо «драгоценной» персоны, с радостью подхватывают все её предложения. Продолжать сейчас разговор с ней — это заведомо поставить себя в подчинённое положение. Оно мне надо ли? Она просто не признает других вариантов. Она, ж типа, «главная», а мужик, чтоб добиться её благосклонности — из своей шкуры выпрыгивает, чтоб её развлечь и обиходить.

Так что я не стал упражняться в искусстве манипулирования с профессионалом, а перевёл в ту плоскость, где я был неизмеримо сильнее. То бишь, в практическую. Если не получается кого-то убедить словами, то пусть его или её убедит сама жизнь. Метод действенный, проверенный, и не только мною, хотя и весьма не быстрый. Так что, раз мне торопиться некуда — буду воспитывать. Вынужден!

Я же, вернувшись к своему лагерю (девица, всё ж таки, потащилась на сопку. Ну а куда ей тут ещё идти-то?) первым делом пристроил свой терминал. Нашёл ему уютное местечко в местных зарослях. Терновник или можжевельник, чёрт его разберет что это такое. Но жутко колючие заросли, сам весь искололся. Вот в самый их центр, я его и засунул, прорубив узкий проход (скорее даже — пролаз) своей новой лопаткой. И заткнув его (проход, то есть) срубленными ветвями. Получилось очень органично. Со стороны — вообще хрен догадаешься. Это нужно знать куда смотреть и на что обращать внимание. А так, в шаге мимо пройдёшь и ничего не заметишь. Гуд. Очень хорошо. Сам своей работой остался доволен — а это главное, я очень придирчив в таких вещах.

Ну а потом пошёл и, взявшись, уже не торопясь и не поглядывая ежесекундно на часы, всё же, дотащил-таки этот чёртов ящик до своей стоянки. Надо сказать, что наличие где-то тут на острове молодой девицы, одним только фактом фактом своего присутствия придавало мне сил. Вот казалось бы, что мне до той девки? Она мне даже не понравилась! А вот поди ж ты. На каком-то глубинном подсознательном уровне всё равно возникало желание и мышцой сыграть, и устроенным уютом поразить. Так что ящик сразу словно десяток килограмм скинул. Не сказать, что я его теперь играючи дотащил, но он определённо стал легче, чем казался до этого.

Правда, сам ящик, когда я его, всё ж таки, дотащил, был весьма неказист. Выглядел он очень — не очень. Нет, я его не помял (железо там, всё-таки, было хорошее), но вот его окраска… Краску с боков содрало просто немилосердно. Царапины от кустов, сучков, веток, а от камней на земле не то что царапины получились — целые борозды пропаханы. Потрепало его знатно. И это только сейчас они свежо блестят содранным железом. В сыром приморском климате тропиков все эти царапины очень быстро начнут ржаветь, так и глазом не успеешь моргнуть, как противная ржа сожрёт весь ящик.

Так что я вытащил свой блокнотик и там появилась первая запись: Баллончик с краской. Ништяки из дома — это хорошо, это радует, и, даже, жить помогает… наверно. Но вот то, что уже дано, и прямо здесь, рядом — сохранить, как бы, и не важнее даже. Второго такого шкафа я по доставке уж точно не получу. Это ж вес-то какой! Так что сохранить нужно обязательно.

Ну а уже под вечер я, таки, взялся за обустройства своего «огорода». Что сказать? Работа с землей мне никогда не нравилась. Ну не моё оно, нет. Несмотря даже на то, что работать-таки на ней я умел. Всю жизнь в своём доме, считай, прожил. Так что копать и боронить умею. Как трактор. Вот только не люблю. В дилемме «копать или не копать» предпочитаю всегда второе. Но тут — пришлось. Нехотя и скрипя зубами.

Тут, правда, всё осложнялось тем, что почва тут была… Мда… Как бы сказать, не сразу выматерившись? Смерть рукам. Одни камни. Нет, грунт, конечно, здесь был. То-о-онким таким слоем. Вот только при попытке копнуть поглубже, непременно обязательно натыкаешься на различного размера камень. От мелкого щебня, до здоровенных валунов. А основание в яме и вовсе каменное сплошняком. Лучше и на заглубляться вовсе — я ж не перфоратор-отбойник? Так что намучался я знатно. В итоге, после трехчасовой возни у меня получился ровно 1 (один — прописью) квадратный метр огорода, грунт в котором я буквально перетирал пальцами, выискивая малейшие камни и выравнивая и подсыпая его на своём участке. Под конец меня уже жутко всё бесило и я на сто раз проклял саму идею огорода.

Впрочем, на пяток картофелин и рядок лука этого участка мне, всё же, хватило. Ну посмотрим, что взойдёт. Может ещё и не получится ничего из этой затеи? (С какой-то, даже, тайной надеждой подумалось мне). Может стоит всё-таки на рыбалке основные свои усилия сосредоточить? Хотя скоро уже темнеть будет, и вчерашних ошибок я повторять более не собираюсь. Рыбалка — утром! Сейчас же от стоянки никуда не удаляться! Стемнеет-то резко. Так что нужно дров заготовить, да какую-никакую работёнку у костра себе на вечер придумать.

Работёнка, конечно же, нашлась. Своей лопаткой-топориком я срубил ещё пару деревцев толщиной где-то с мою руку. Уже даже не жерди, а, скорее, мелкие брёвнышки. Ветки пойдут на костер, а получившиеся со стволов четыре брёвнышка станут угловыми столбами моего нового, более полноценного дома.

И вот когда я уже начал обрабатывать первое деревце, срубив ветки и сдирая кору, тут-то эта чокнутая на меня и налетела.

— За что? Что они вам сделали?!

— А? Что? — не сразу сообразил я в чём проблема. — Кто что сделал?

— Зачем вы их срубили? Они же были живые! А вы их убили!!! — лицо девчонки, перекошенное гримасой ненависти, уже не казалось таким миловидным. Злоба искажает черты лица, делая женщин злыми и некрасивыми, сколько раз в этом убеждался.

— Ну да. Мне нужны ветки для костра и столбы для дома.

— И вы решили убить два этих дерева ради своих хотелок?

— Именно, — тут главное: не оправдываться, иначе совсем заклюёт. — И ещё не одно «убью», пока дом построю.

— Убийца!!! — брызжа на меня слюной от бешенства, она попыталась вцепиться мне в лицо ногтями. Едва успел перехватить её грабельки за запястья и отвести её когти от своих гляделок. А то точно выцарапала бы.

Впрочем, это не уберегло меня от подлого удара коленом по моим бубенчикам.

— Ах ты ж, су-у-ука! — буквально выдохнул я, складываясь мало не пополам. Но запястья этой гадюки не выпустил. Мне мои глаза дороже. Наоборот, от боли я рефлекторно сжал их и ещё сильнее, заставив уже её закричать от боли, а, когда, чуть пришел в себя, то ещё и добавил, ударив лбом ей в лицо и разбив нос…

Да, женщин быть нельзя. Знаю! Я совершенно согласен с этим постулатом. Но, когда женщина сама отказывается от своей женской роли и пытается решать вопросы мужскими методами, влезая в драку с мужчиной — она перестает быть женщиной и становится противником. Если ты женщина — твое оружие: слезы, улыбки, стрельба глазками, надутые губки… Короче, весь набор манипулирования. Если же ты скатываешься до банальной драки — ты вступаешь на мужскую территорию и будь готова, что тебе ответят тем же. И, в итоге, ты будешь бита. Просто потому, что это — НЕ ТВОЁ!