А по аномалии той локальной, вполне возможно что и магнитной — вот что, пожалуй, сделаем. Надо будет для себя ещё раз карты, хотя бы примерные, нарисовать — где что находится, где срабатывало, а где нет… Хоть как-то локализуем ареал поиска. Знать бы ещё что искать… Но, опять же, точно не в самое ближайшее время этим займёмся. Это всё — явно терпит, пока. Более неотложные дела больше сейчас беспокоят. Зато вот, если подготовиться — да на хорошо оборудованном разными научными приборами судне там плотно походить — может и отыщем причину, как знать? Ладно, идём дальше.
Хотя вот про то, что людей на нашей Дороге опять стало резко больше — тоже уже сообщили. Нашим-то Пилар доложилась по возвращении, а мне потом её слова передали, будить-то вчера меня не стали — мне ж вставать рано, да и сами, пока она возвращалась, кое-что напрямую узнали.
Ну и перед выходом с Зеланда мы ещё раз со здешними «дорожниками» связались — уточнили, чего и сколько брать надо. Люди ж реально изголодались — их откармливать надо. А после перевоза на новое место — когда ещё их собственная плита поставки заработает. Да и не знаем мы толком — останутся ли они потом с нами, или куда-то ещё их переселять предстоит, причём — опять нам же. Раз мы их с того несчастливого для них места сдёрнули. Дорожники-то поделились всем — но там же явно какие-то национальные заморочки в пище найдутся… «То мы едим, а это — нет, харам»… Те ж, новые люди, наверняка принципиальные потомственные «рисоеды». Рис для таких — всему голова, манна небесная, а остальное, как бы, и не столь уж важно. Короче говоря — всю крупу, что была в наличии, с собой на Дорогу мы с Зеланда уже прихватили. Еще и на поставку себе её же и запланировал. Пока мы с Николаем разговариваем — её уже вовсю готовят. Тут, в первые дни они особо возмущаться не будут — кормим же, тем что есть в наличии, а там и риса, ими любимого, столь необходимого, вдоволь подзакажем сколько потребно.
Ну а я внимательно слушаю теперь весь рассказ нашего мичмана-плотогона — подробно и с самого начала. Как они с Варана на Дорогу добирались, и что видели и узнали в пути. Про новых людей, что, как раз, именно они же сюда и доставили уже знал коротко, говорю же — Пилар про это сообщила, когда Джамаля почти к самому отъезду торговой миссии Халила еле-еле успела привезти. Про все подробности их пути — пока ещё нет, не слышал.
… — В общем, считай «повезло», им, ну и нам… — островки те обитаемы оказались. Им, наверное, всё ж таки, больше. Там, как я полагаю, когда-то большой атолл был, или кратер огромный, точно не знаю, в этом я не разбираюсь, вот его части, что сохранились, в ту круглую цепочку островов в сильный прилив и превратились. Низких, и кое-где затопляемых. Во время сильных отливов, раз в несколько дней, можно было почти посуху с одного на соседний перебраться, и так далее. А так, когда прилив — цепочка, «бусинки» — по иному и не скажешь. Ну вот они и собрались со своих «бусинок» все вместе. И, поскольку, всё же, это, практически, один народ — как-то договорились между собой. Как капельки ртути в одну общинку и слились. Хмонги это.
— Кто-кто? Как ты сказал?
— Хмонги, ну или мяо-яо, как их китайцы ещё называют. Сам, кстати, при них так не назови, и других наших, что с тобой прибыли, упреди — обижаются сильно, свою гордость имеют. Хмонги — можно, сами себя так кличут. Их затопляет, того гляди монстры рептьильные выжрут всех поголовно, а они — за своё, про происхождение толкуют. Мяо — вроде как «дикие» в переводе. Точно я не уверен — но лучше не обижать зазря…
И да, я тоже не сразу врубился — кто они такие. Азиаты… Понятно, что какие-то юго-восточные люди, так их там столько всяких населено — любой, самый хитрый черт ногу много раз сломит и бошку набекрень расшибёт. Ты у нас географ, не я — вот сам со всем этим и разбирайся дальше! Нет, доселе-то и не встречал их никогда, хотя пока в дальние моря на Земле ходил — где нам только побывать не довелось… И во Вьетнаме, и в Китае, да и много где ещё. В Лаосе, конечно, не был — нет там моря, ну и мне как-то и не до него было, сам понимаешь, но в Таиланде и Бирме мы были.
Я к чему все эти страны тебе сейчас назвал — вот там, в основном, их народ-то и живёт. Куда-то ещё они забраться высоко в горы успели, но про куда точно, не всё ведаю. Откуда и такое-то знаю? Ну что ты як маленький заладил — «що» та «звідки»? Выяснил — пока сюда шли. И тут люди помогли «перетолмачить». Но большинство ихнего народу именно в Китае живет. Эти же — как раз, Лаосские и Вьетнамские. Знаешь — пока мы с ними общий язык нашли, чуть не обалдел! Они ж, практически все тут крестьяне остались — откуда им иные языки-то им знать? Нет, не было, да и не надо… Девчушка одна их слега выручила — кой-какие английские слова помнила, в школе их учили чему-то там… Дедок ещё с пятого на десяток что-то по-французски лопочет. И всё! А у меня из нас четверых — итордланский араб-проводник в команде, да два латиноса… испаноязычных. Как хочешь — так и думай. Больше рисовали как смогли, да на пальцах жестами изъяснялись — чтоб хоть как-то друг друга понять. И всё быстро пришлось решать, в темпе. Чуть не поседел заново, по второму кругу!
— А чего вдруг спешка-то у вас была?
— Так я ж тебе так и говорю — острова те, что им «достались» — никакущие… Совсем «Экспериментщики» эти оборзели — сыпят людей куда попало! «Смотрящие» они теперь — говоришь? Да пофигу мне как их называть — только «не смотрели» они там никуда — так только… Типа, издалека глянули и вкинули их. На скалы! Типа «горный народ» — уж точно справятся. Хре-нуш-ки! Хрін городній! Толком-то и не растёт там ничего путного, да вообще мало чего растёт — пальмы, немного, кусты какие-то, что еле-еле над поверхностью моря возвышаются. Из знакомого пригодного им в пищу что? Ну, как уже сказал, пальмы да, были там — кокосовые. Так они с них все орехи махом и оборвали, пока там жили, питаться-то чем-то надо. Ростки ели, листья жевали… А как прилив, да ещё ежели и с ветром вдобавок — вообще тихий ужас, волны там такие, что через редкие вершинки незатопляемой суши перехлестывают кое-где. Камни-то торчат, як «зуби гнилі», что им сделается, ну и песок… Они ж горные, рыбу и всякую морепродуктовую хрень ловить не приучены… Где они — и где-то море…
Вот на эти клочки незатопляемой части стали огромные крокодилы приплывать… Немного, и всего-то несколько штук они вблизи видали, да им и того запредельного ужаса за глаза хватило! Перепугались они очень. Народ-то они работящий, но больше мирный — а тут такое привалило! С зубьями, шипами, гребнями, да в броне… Двоих их мужиков и одну неосторожную бабу так влёгкую и сожрали — те как-то отгонять жердями морских монстров от детей попытались, да сил не рассчитали, вот и поплатились… Лодка у них была какая-то, одна — в щепу им её расколотили. Они уж и помирать собрались, своим Богам молились — всё, думали, край. Вымолили!
А тут-то и мы пожаловали, да ещё с плотом на прицепе… Видел бы ты как они обрадовались! Вплавь некоторые из них готовы были бросится, пока мы причаливали и остатки их имущества к нам перевозили. Только вот не умеют они плавать, не обучены. Знаешь, да я и сам как увидел их, бедолаг — долго не раздумывал, скомандовал к нам грузиться. Вот и стали мы им спасителями и «эвакуаторами». Осуждаешь?
— Да нет — всё ты, Коля, правильно сделал. Так и надо… Люди ж… Разберёмся… Подлечим и определим куда-нибудь. Твои-то парни как к этому отнеслись?
— Ты знаешь, никто из парней против помощи им не был — всё ж и так понятно. Намаялись они в осаде-то… Поделились мы всем, что с собой было — накормили, напоили… И их самих, и свинюшек обоих обустраивали, чтоб не соскочили с плота — забот всем нам хватило. Пока до сюда добрались и в пути были, кое-как про них подробности выяснили, больше знаками и рисунками, чем словом. Чувствую — многое упустил, сам теперь уже с ними разбирайся.
