Насчёт принадлежности склада… Да и самого острова в целом — всё не так просто там на месте оказалось! Всё же не совсем так, как мы предполагали и, как нам изначально про него рассказали, с ним произошло. Полагали-то что всё честно и законно, а они нам… «слегка слукавили», так обтекаемо скажу. Наврали — говорить не буду, хотя это ближе к истине. Нда… Мы же, позже, сами этих «мирных албанцев», а потом и захваченных нами же пленных на центрально-базовый остров на своем Флагмане и перевозили. Ну и расспросили, конечно же, их в пути, как оно всё там у них шло изначально. А было-то так: немецко-голландские поисковики пришли на «Лагерхауз», который изначальная базовая тройка албанцев уже успела и «застолбить» за собой и, даже, «окрестить» на свой лад привычным им по Земле Шкодаром.

Кстати, когда будем на свою большую карту переносить эти данные — так и запишем двойным названием. Почему? А чтоб было! Вдруг какую-то закономерность выясним? Так что — пригодится… Потом… В дальнейшем. Мало ли что и где сами найдем? И знать — кто там был первыми хозяевами, надо.

Да-да — и склад и остров первоначально были именно албанскими! Что-то во время первого «знакомства» и приглашения к вступлению в большее европейское сообщество у них не так всё гладко пошло. Похоже, что конфликт между «сторонами» какой-то вышел. То ли имущественный, то ли чисто личный — обе «протииивные» стороны говорят и трактуют те эпизоды встречи и торга по разному.

Может и евро-поисковики и земле-разведчики себя слишком нагло вели, выступая с позиции «сильного большого брата», пришедшего честно облапошить мирных крестьян. Мало того, ещё и «осчастливить» их уже даже и тем, что они такие большие есть поблизости. «Наглость — второе счастье», ага. Как-то так. То ли сами крестьяне-албанцы оказались излишне недоверчивыми, и просили для себя чего-то сильно больше, чем просто «влиться» на равных и общих основаниях в ряды прочей гей-европы. Скорее всего — и то, и другое в равной мере присутствовало. На базаре два дурака: тот, кто «продаёт» и тот, кто «покупает», обычно так. Короче говоря: первая их попытка мирно уговорить строптивцев почему-то не удалась. Совершенно этому не удивляюсь. Это они с нами не через губу, а почти на равных первые переговоры вели…, а с теми… Ну, вы поняли.

Пока расстроенные неудачей и с побитыми мордами евро-поисковики «бегали жаловаться» своему руководству… Пока то коллегиально «принимало взвешенные решения», в дебатах и словопрениях перебирая варианты захвата такого стратегического ресурса, как остров и склад на нем — на него прибыли откуда-то албанские же бандиты-боевики. Ну а дальше всё там шло и развивалось только хуже. Усугубляя взаимные претензии сторон.

(…нашла Коса на Камень…)

«Бодались» они тут, и крепко — дошло до вооруженного противостояния. Естественно, тут уж «нашла коса на камень», обе стороны оказались упёртыми и никто из них не хотел уступать. Торговали понемногу — это да, меняли одни товары на другие. И, ни взять остров решительным штурмом — это «сбродные европейцы», ни покинуть его — это уже албанцы, не могли, причём ни те, ни другие. Позиционный тупик. В который они сами себя и загнали. Ещё и военные европские не хотели понапрасну рисковать, да и не могли сами хорошо и без потерь, как они считали, выполнить поставленную перед ними задачу. Первоначально-то у немце-голландцев не было в наличии достаточного количества армейских профессионалов. Что-то постепенно, даже, и выкристаллизовывалось с «армией», да, но всё ещё мало их было.

Вот и возникла у руководства острова Гаага хитрая идея — привлечь ещё кого-то со стороны. Готовых и могущих и рискнуть и, к тому же, умеющих поработать руками и в перевозках, а не только хитрые планы выдумывать. А тут — мы… Ну и «купились» на уговоры и посулы как бы «союзников».

В общем-то они с самого начала переговоров с нами и не скрывали, что есть проблемы с вывозом и «немного повоевать» за ресурс придётся. Просто говорилось всё это слишком уж обтекаемо и полунамеками. Дальше не буду повторяться — уже знаете про то, как у нас все с албанцами «сладилось». Остатки той общины в результате «были вынуждены» присоединиться. Ко всей прочей еврошобле. О добровольности уже и речи не было… Заставили их это сделать. И, даже, какой-то там бонус неплохой за то «евросоюзники» отхватили, и «за присоединение территории», и «за расширение этносостава…» Уж они-то своего не упустят. Так что они-то уж точно в прибыли оказались.

Возвращаюсь опять к нашему собственному «диалогу» с европейским сообществом, а то чего-то отвлеклась я. Начала же рассказывать про их «хотелки», и вот… Они-то вновь предложили их нам выполнить и дальше, но… Но тут нашла снова «коса на камень», уже наша. Договор с нами заключён на определенный срок действия. И никак уж не бессрочный, а именно что одноразовый. Сдалали, выполнили и свалили обратно к себе. «Коса» — это они, а непреклонный и твёрдый «камень»-кремень — это уж мы, стало быть. Мы их все условитя выполнили? Да! Сполна — так уж точно и, даже, и сверх того. И чего тогда тянут с расчётами? Будете смеяться, но у главного счетовода-бухгалтера фамилия — Вотруба. Как из старой передачи про «кабачок 12-ти стульев». Мало того — придумывают, чуть ли не на ходу, всё новые и новые отговорки и следующие задачи!

Так мы им и заявили — это если с «вежливо-дипломатического» на наш простой бытовой и понятный перевести… Вот тут-то они на нас и «обиделись». Стали «пальцы гнуть» и «щеки надувать». О, это-то они могут… это ж не жизнями рисковать… Пытаться «загрузить» нас дополнительной работой, снова и снова.

Но мы твёрдо и непреклонно уперлись на своем:

— Закончили, — говорим, — все работы по этому договору? Давайте готовьтесь вместе с нами считать итоги и честно рассчитываться. Пора! Нас — Дома ждут. Очень! — а они только кислые рожи морщат. Как будто мы им, а не они нам должны. Назвать же «лицами» их гримасы на возмущенно-наглых мордах при этом как-то совсем не получается. И куда все внешне-напускное радушие и мнимое гостеприимство делось? Испарилось? Похоже на то. Думали что «утрёмся» малой частью честной оплаты или забудем и уйдём так, поработав только лишь «за бесплатно» и еду? Как бы не так, не выйдет!

— «Се ля ви!» (C’est la vie! — Такова жизнь! — фр.) — как говорят французы и наш капитан французский баск Кольдо. И продолжает: — La paume ne se plie que dans une seule direction — vers elle-même. (Ладонь-то только в одну строну гнется — к себе. — фр.)

И я его прекрасно понимаю — у самой много «непечатных слов» накопилось, глядя на их прижимистость. Но… промолчу, даже тут не буду их воспроизводить. И эти люди называют нашу команду «gierige skrupellose Russen»! («жадные беспринципные русские» — нем.) Это мы-то?.. Причём всех сразу — всю нашу интернациональную команду. Ну и ну!

Понять такое могу, а простить — нет. Нет, и не собираюсь! Хоть и обещано много нам за прекрасно выполненную работу, а отдавать-то им не хочется. И не платить совсем у них уже не получится — они серьёзно рассчитывают и на дальнейшие поставки продовольствия и других ресурсов от нашего сообщества, и на нашу помощь в крупногабаритных перевозках. Насчет военной взаимопомощи — только в случае тотального нападения кого-то стороннего на них самих. Ну. или на нас. Этот договор мы специально с ними отдельно заключили.

И, кстати, совершенно не прогадали. Мы-то, в смысле — всё наше сообщество и наши люди, и мы, конечно же — команда Флагмана, в том числе, уже имеем здешний Островной реальный опыт боестолкновений с превосходящими силами «вероятного противника», а они — практически что и нет. Повезло? Ну это как сказать… Не считать же «опытом» их неудачную высадку на Австралии и обстрел их лодки со стороны острова Паков? Только-только лишь начали они такой опыт приобретать — недавно вот, на бывшем «албанском» Лагерхаузе, так и то, основную часть военной работы там мы на себя приняли, пришлось…