Проще говоря, без всяких околичностей — кольцевого пешеходного маршрута вдоль берега практически-то у нас здесь и нет. К воде-то спускаться, конечно, кое-где и можно, но и не более того. Та, дальняя часть Дома, где я и Фая когда-то появились — нами мало посещаема. Да, конечно же, бываем изредка и там, но и не слишком уж и часто. Ничего интересного там для нас нет — так чего зря ходить по жаре?
Дальняя горка и та часть нашего острова, что обращена на продуваемый всеми ветрами Юг — весьма грустное и пустынное место. Толковой растительности там действительно мало, не приживается. Ветра, как я уже только что сказал, там постоянные, зато она сама, эта горка, собой так неплохо закрывает остальную часть острова, вытянутого в направлении с юга на север, и в ложбинке между горушками что-то вроде болотца имеется. После сильного дождя, правда, так-то даже и оно в долгую многодневную жару подсыхает. Зато вокруг него чего только не растёт! Туда мы и на тихую охоту, и за дикоросами-фруктами ходим. И пернатой дичи здесь у нас больше, чем где бы то ни было по острову. Ну, это если не считать, что на нескольких скальных полках, на их склонах, в трещинах и уступах гнездятся чайки нескольких видов. И ещё есть место где пингвинюшки прыгают с обрыва прямо в море, вот тут реально у них шумно. Когда птиц много рядом — они шумят, и с этим ничего не поделать. Природа.
Впрочем, и в людских сообществах примерно то же самое. Мало людей — тихо, и, чем их больше — тем и самого разнообразного шума вокруг их местообитания всяко больше. Не бывает иначе. И от национальных особенностей это не зависит совершенно.
(горка Дальняя на юге острова Дом)
Обычно раз в несколько дней какая-то наша лодочка вокруг острова дозором ходит. Непременно! И это, помимо постоянно действующего наблюдательного поста на вершинке Малой горушки. Зачем оно нам — такая сверх-бдительность? А вот надо! Мало ли, что-то полезное с воды заметит на берегу или прибрежных скалах, вынесенное течением, обтекающим наш остров, или вдруг какие люди новые поблизости появятся. Как на самой той половинке острова, так и извне. Извне — оттуда с Юга и низа пока ещё никого ни разу не было. Надеемся, что и не будет, а внутри — дымок от костерка примерно возле того места, где когда-то я появился, тут разок уже — заметили. Да, собственно, я сам и его и обнаружил, про то как-то рассказывал. Вчера это было? Вот-вот! А так — обычные наши будни.
Чаще других наша Пилар остров обходит. Когда в более дальний рейс ей не надо, до Зеланда, например, или ещё куда-то. Ей и маршрут этот уже привычным стал, и за неё я спокоен. Она такая — и одна не пропадёт, а уж с кем-то — и сама выживет и других вытянет в случае каких непредвиденных событий. Кстати, обычно не одна круговой объезд делает, а с кем-то. Из каких? А всяких. «Чем чёрт не шутит, когда Бог — спит». За Богов и всяких прочих Небожителей у нас нынче те, кто все это устроил. Хотя и земных Богов вспоминаем — каждый своих. Но это не на виду, каждый для себя.
Кстати, вот она-то, Пилар, как раз — из тех, что высоко летает, и то, что мы с ней друг другу доверяем — одна из причин, из-за которой все испаноязычные наши со-островитяне — практически поголовно на нашей стороне. Ворчат, не без этого, но её уважают — она реально пользу приносит и право чуть-чуть ими командовать имеет. У неё это и получается неплохо, кстати. Потом уже вспомнил, не сразу, кого она мне внешне напоминает. Как-то еще на Земле смотрел ролики про девушку из Барселоны, учившуюся в Москве русскому языку. Когда рассказал про нее нашей морячке-каталонке — оказалось, что и она про неё слышала, всё ж таки землячка. Сама не знакома. («Когда ты Нурия»: «Пррррривет, друзья! Меня зовут Нурия, я из Барселоны и это — мое домашнее задание по русскому языку. Я обожаю изучать русский язык.»)
Точно не представляю, но наверняка же где-то здесь существуют группы или анклавы, которые объединились совсем не по национальному, или вот как у нас — интернациональному принципу, а чисто по религиозному. Нашёлся, к примеру, некий харизматичный лидер с яркими тараканами в голове и увлёк за собой доверчивых и растерянных. Сугубо бандитские образования за основу считать не будем, они слишком далеко за гранью, при опасности от них нам — будем на место ставить, но вполне ж могут быть и религиозные. Хорошо, если с такими можно договориться хоть о чём-то, хуже — если нет. Соседи по радио говорили — что пока сильно религиозно сдвинутых больших групп встречать не доводилось. Пока не доводилось. Вот именно что — пока. Но то, что могут быть — абсолютно не исключено.
У кого ведь как после переноса сюда крыша едет и как каждый свои хотелки в жизнь воплощает — это наблюдать уже доводилось. И нам, и коллегам, с кем активно общаемся, порой по нескольку раз в день. Соседи! И этим всё сказано. Ещё не встречались, но всё к тому идёт, и, похоже, дружить будем крепко. А из всяких прочих остальных — явно, что ещё не весь спектр бесконечных вариантов довелось встретить. Он тут, кстати, может оказаться самым невероятным и весьма и весьма разнообразным. Сколько людей — столько и мнений. А уж тут-то… Впрочем, пожуём — увидим, так считаю.
Островов тут действительно много. Считать — не пересчитать. Даже и не представляю земной аналог всей этой мешанины. Где именно такой мог бы быть? Похоже, что это — чисто местное, здешее Платформенное. Но это я отвлёкся, я ж про наш Дом начал, о нём, вернее, о его защите наша главная забота.
Как теперь уже становится ясно основная вероятная опасность от появления каких-то неведомых сезонных крокодилов — это бухта с песчаным пляжиком. Вернее, даже и не сама бухта, а именно её песчаный берег, с которого им легко можно вползти на сушу и пробраться аж до самого нашего лагеря — «деревни Котовки». В деревянном доме-то укрыться можно, а палатки, курятник… «Я готов целовать песок — по которому ты ходииила…» Ага, счаззз! Нет уж, до такого лучше вообще никогда не доводить! Про мелких пакостных насекомых, которые могут встретиться в том же песке — лучше и не вспоминать. Фая собиралась с лекцией на эту тему высказаться — дойдёт черед, дам ей слово.
Пока же — про более неотложные и значительно крупные вещи — про наш остров. По сторонам главной островной бухты, бухты Свиней — каменистые, практически непригодные для вылазки с моря, ни с какой стороны, ни внешней, ни с внутренней, Клешни. Эти гряды камней как бы ласково обнимают мелководную бухту-лагуну. В неё же впадает мелкий ручеёк — основной наш источник пресной питьевой воды. Вкусной, кстати — пьём её все, не жалуемся. Ни у кого осложнений с желудком не было. Повезло нам с ним — чистая и вкусная водичка.
Чуть выше по его течению, в глубине среди деревьев, наша любимая банька с легендарным Любиным «супертазиком», привезённым с её «родного» острова Котелок. Она тут в комплексе с прочной брезентовой палаткой, в которой у нас печка-каменка и парилка, и рядом же несколько плетёных конструкций под крышей. Тут же — совсем малая печурка для разогрева чая. Наше место отдыха. Банно-прачечный санаторий «Мочалка». (Только женщинам других национальностей не переводите это название буквально: слишком уж много скрытых смыслов в нём — замаетесь их объяснять и переводить. Зато наши мужики охотно понимают и втихаря посмеиваются. И оценили по достоинству.) И Баня номер Один. Второй и не надо — и этой хватает. Уж что смогли и как смогли — но сделали так, что нареканий от населения нет, и оно нам всем нравится. И гордимся. А соотечественники сначала удивляются, но воспринимают такое удобство как должное. Иностранцам, поначалу, непонятно, как и что устроено, но там особого ума-то и не надо — достаточно один разок на себе прочувствовать. Но это всё в глубине, в подлеске.
Но, вот основная сложность, решаемая, но, тем не менее, она у нас есть. В том, что на самом узеньком пляжике среди пальм давно уже нет особо крупных камней. Те, что были поблизости — давно собраны, отсортированы и унесены нами же для строительства кухонной и банной печек. Более того — самые крупные, что далеко совсем не унести — расположены вдоль берега и оборудованы нами под долговременные огневые точки. С которых даже сектора обстрела намечены и отработаны. Да-да, и пристреляны тоже. В условиях, приближённых к боевым и после дополнительно доработаны. С учётом полученных положительных результатов. И под автоматы, и под пулемёт, и под ружья-винтовки. Больше уже так, как в первый раз, на разогрев стволов палить наобум не станем. Те люди, кто с нами уже достаточно давно, свои места по боевому расписанию прекрасно знают. Знают и где остальные боевые позиции находятся, на случай, если кого-то срочно заменить придётся.
