Второй пулей Люба стреляет по баркасу, снимая рулевого. «Верещагин, уходи с баркаса!» Да где им — не уйдёт уже никто! Все они в бухту вплыли. Да, вот так и только так: наши лодочки тут ходили, ходят, и ходить будут, а они — вплыли! Как дерьмо! Оно самое и есть! Только в человечьем обличье. И ялик их прочих уже догоняет. Пока молчим, не показываем себя. Надо чтоб заглотили закинутую «блесну» так, чтобы по самые гланды вошла. Чтоб до кишок их до самых проняло, чтоб никто из них не вывернулся, не ушёл!
Пора! Даю команду по рации — «Галерея»! На всех языках понятно, потому именно это слово выбрал. Народ, что ближе к «плакатам», дёргает за веревки, и… И тут начинают спадать покрова со щитов.
Ну что вам сказать, лучше Остапа ещё никто не по такому поводу высказался: «Я вам как художник художнику говорю, вы, Киса, рисовать умеете?» © Вот и мы — уж ЧТО смогли, то к «тёплой встрече» и подготовили. На плакатах-щитах надписи: Welcome, Pigs! — по-английски, по-испански: Bienvenidos, cerdos! , по-французски — ещё проще: Des cochons! По-русски писать не стали, откуда б его им знать-то тут? Зато на всех щитах узнаваемые свинячьи морды намалеваны. Похабные, с наглыми ухмылками. Сходство, конечно, ещё то, сильно хромает, но девчонки наши так старались… Очень старались!
Сразу-то наши художества «гости» не заметили…, но постепенно до них начало доходить… Сначала одна, потом вторая винтовка присоединилась, а вот теперь и автомат вражий прорезался — начали злобно садить по плакатам. Не выцеливая, просто в ту сторону. Ну надо же, ай-яй-яй, ка-а-кие вы сердитые! И чего так возбудились-то? Картинок давно не видели? Ай-яй-яй, как нехорошо-то чужое творчество так «рецензировать» и похабить, люди же старались! Для вас старались, между прочим, а вы так невежливо…
Ну да ладно, тратьте патроны, тратьте, всё меньше в наших людей прилетит, заодно и нетерпеливых стрелков и их вооружение приметим. На то и рассчитано — из себя их вывести. А ещё говорят, что восточные люди обычно выдержанные и спокойные… Ну-ну, где-то возможно и да, а вот конкретно эти ушлюпки — как скипидаром горячим на них плеснули, завопили-заорали на разные голоса, ещё пару коротких карамультуков каких-то незнакомых достали. Вы там это, аккуратнее, в воду наше имущество не уроните! Достанем, конечно, тут неглубоко, но из лодок-то проще и быстрее… А патроны ваши — не жалко, сами сколько надо себе закажем.
Мумбаи
Вот спроси у меня кто-нибудь — нравится ли мне тут, на Островах, честно отвечу: Да, нравится! Очень! Поначалу многое здесь непонятно, когда только-только попал, непривычно и неуютно показалось, когда на своём острове жили, потом трудно пришлось, когда на Зеланде-Лесото плохие чёрные пленных белых и, заодно, нас с Жадэ били, унижали и впроголодь держали…
Зато теперь и здесь мне ВСЁ нравится! Люди вокруг хорошие и добрые подобрались, постоянно смеются, шутят, а уж Праздники какие устраивают — как будто дома в нашей деревне побывал! Будто бы и не уезжал из неё никуда! И остров свой Домом назвали — мне объяснили что это значит. Серьёзно подошли — обживаются, надолго устраиваются. Наши тоже умеют веселиться. Обычно на главной площади деревни всё подобное происходит. Люди заранее договариваются, складываются, приносят свое домашнее угощение и варят традиционные напитки…
Вот в нашей деревне на моей родине в Мали живут люди, в основном, небогатые, да еще и мусульманские традиции у нас сильны. Поэтому для большинства деревенских покупная бутылка пива очень дорогое удовольствие, и они всегда рады местному недорогому пойлу, что варится из проса. Он называется у нас 'Доло'. Готовят его всегда только женщины, dolotiere, что руководят баром, у нас его называют кабаре. Доло подаётся в кальяне после того, как оно готовилось более трёх дней в огромных банках.
Приготовление Доло — важный источник доходов для наших сельских женщин. Просо, из чего оно варится, может быть различным, потому и Доло в разных деревнях чем-то да отличается, приходилось пробовать, когда там оказывался. Конечно же, то, которое варила мама — больше всего любил… Тут доло не варят, но если когда-то дойдёт очередь до нас с Жадэ — устраивать свой Праздник — обязательно научу её такое делать. Мне кажется у неё получится. И она очень умная и красивая! Даже стала не такая худая как раньше, отъелась тут при здешней кухне и седобородый старик Резван её часто хвалит. Сам слышал! И да — мне нравятся полные женщины… как Мама.
Ещё некоторые деревни у нас делают Банги — это пальмовое вино. Пальмы-то тут есть — может быть когда-нибудь и его попробуем сделать… Главному уже рассказал — как у нас такое пьют. Удивился, по плечу похлопал и подмигнул. Значит будут! Ещё у нас делают сок из плодов финикового дерева, имбиря или листьев Биссап. На севере и на западе страны важную роль занимает также чай. Ну чай-то и тут все охотно пьют. Русские, а они все для меня русские и испанцы — очень его любят, прямо как наши!
Начальник здешних людей недавно брал меня погостить на остров с австралийцами, тоже, как и я сам, темнокожие люди, — они встретили меня очень хорошо, как родного, приглашали и ещё приезжать. Возможно и приеду, Кот говорит что с ними нужно и можно дружить — и, раз у меня с ними всё хорошо, наверное, будем ещё встречаться.
И ещё мне очень нравится что молиться по-своему здесь не только не запрещают, но даже и рекомендуют, особенно перед боем или охотой — как и у нас в Мали! Говорю же — правильные люди! Кот как-то достал описания и про наш народ — фульбе, правда на своём языке, теперь мне иногда про наших вслух читают и переводят. А все остальные слушают вместе со мной. И ещё мы с Жадэ учим их язык, так проще на одном говорить и понимать. Правда смеются, когда я по-русски говорю, но не со злобой, а просто весёлые, поправляют и показывают как надо, и это не обидно. Что-то из зачитываемого я и раньше слышал на родине, но особо тогда не задумывался, учат Марабу нас в школе чему-то и ладно, да я и посещал её мало… А теперь и здесь, всё, что о далёкой родине узнаю — интересно. Оказывается о нас и книги пишут, и учёные люди наш народ изучают. Не знал такого — очень приятно было!
Вот из того, что уже тут мне перевели, рассказываю, как запомнил. Обитает наш народ на больших пространствах от Мавритании, Сенегала, Гамбии и Гвинеи до территории Камеруна, немного захватывая Судан, ну и в нашем Мали тоже живёт, там наших много. Официальной религией большинства фульбе является ислам. Народ разговаривает на языке фула, он, оказывается, делится аж на четыре диалекта. Статистика говорит что нас — носителей языка, насчитывается около 10 миллионов. Вот как, не знал! Это много! Фула стали мусульманами давно, примерно в XI веке. И ислам распространился в Западной Африке через торговлю. Аудагост, Тумбукту, Дженне и Гао стали огромными центрами торговли в Сахеле. Они и сейчас большие города. Про другие точно сказать не могу — а в Тумбукту я был и видел его сам.
Фула издавна вели как оседлый образ жизни, так и кочевой, и сыграли немалую роль в истории Западной Африки. Некоторое количество западно-африканских королевств и древних империй находились под сильным влиянием народа фула. С Альморавидами, мне объясняли кто это, но я забыл, фула завоёвывали все земли на пути в Южную Испанию и уничтожили империю Гана. С 1750 по 1900 годы они участвовали в большом количестве священных войн (джихад) под знаменами ислама.
В первой половине XIX века фула покорили две важные империи. Одна базировалась в Масине, контролируемая Тимбукту; другая, с Сокото, включала города-государства хауса, часть Борну и Западный Камерун. Эмир Сокото продолжал править частями Северной Нигерии вплоть до британского завоевания 1903 года. Фульбе сумели создать настолько мощные государства, что только одно упоминание об их империи заставляло трепетать соседей! Даже европейцы, до поры до времени, обходили их стороной.
