– Уму непостижимо… – пробормотал Сонмин, обреченно запрокинув голову. – Не называй меня новичком. Тебе вообще сколько лет?

– Двадцать семь! – Мун приосанился. – Кстати, а тебе?

– Тридцать три. – Сонмин опустил взгляд на острый бульон.

– Оу,– стушевался Мун. Наверное, сообразил, что должен поменять стиль общения и говорить со старшим формально, но жнец вдруг тряхнул головой и снова повеселел.– Выглядишь на все тридцать четыре!– хохотнул он.– Да и ведешь себя как пожилой аджосси[355]. Только не жди, что я буду обращаться к тебе формально, старичок.

– Уж лучше замолчи и ешь свой кимчичхиге, – вздохнул Сонмин и перевел взгляд на столовые приборы. Он потянулся было за ложкой, как вдруг его осенило. – Твою ж… Черт! На вещах пострадавшей женщины могут обнаружить мои отпечатки пальцев, и тогда возникнут вопросы.

Звучно отхлебнув бульон, Мун потряс головой.

– Нет. – Отодвинув пустую миску, напарник задумчиво покосился на вывеску над кассой, изучая позиции заведения. – Никаких отпечатков смертные полицейские не найдут. Им и искать нечего. Посмотри на свои руки!

Отчего-то Сонмину стало не по себе. Слова Муна пусть и звучали беззаботно, но было в них что-то зловещее. Медленно Чон поднял ладони к лицу и тихо ахнул. Точно, полицейские не найдут отпечатков… И как он сам раньше не заметил?

Ладони Сонмина были совершенно чисты: ни линий, ни старых шрамов, ни отпечатков пальцев. Ровная кожа без единого изъяна, словно на руках перчатки. Должно быть, Чон побледнел, потому что Мун рассмеялся.

– Ты по факту есть, но тебя как бы нет. – Пока Сонмин рассматривал свои руки, Мун пододвинул его миску с супом на центр стола и принялся потягивать бульон. – Маленький бонус нашей должности, тоже своего рода специальное оружие. Теперь ты невидимка!

– Получается, у нас какие-то суперспособности есть? – невесело уточнил Сонмин.

– Угу! – закивал Те. – Жнецы из отдела по контролю душ умеют ходить сквозь тени, как демоны, а у нас большая выносливость и высокий предел сил.

– Вряд ли это можно назвать суперспособностями. – Сонмин потер переносицу, надеясь, что голова не взорвется от переизбытка информации.

– Суди сам: Сон гакси с легкостью переломала двоих мужчин, словно они из дешевого пластика. При иных обстоятельствах она бы и тебя раздавила за полсекунды. Однако же ты не сломался.

Не найдя что на это ответить, Сонмин привычно потянулся к внутреннему карману куртки, надеясь обнаружить там свою записную книжку. Он всегда говорил, что любит письменно фиксировать все детали, однако на деле это не совсем так. Книжка служила скорее талисманом, который достался Сонмину от отца.

Когда папа погиб при исполнении, его коллеги передали матери вещи старшего инспектора – Чона Гон-у. Среди них девятилетний Сонмин обнаружил отцовскую книжку и забрал ее себе. С тех пор он с ней не расставался, перечитывал вдоль и поперек, надеясь понять, были ли в записях предпосылки гибели Гон-у, вдруг он перешел кому-то дорогу? Но подсказок не находил.

Скоро Сонмин начал добавлять свои записи, а после сам стал детективом. Чистые листы в записной книжке закончились, тогда Чон начал вставлять в нее новые страницы, заменял блоки, вклеивал, закреплял, подшивал. Он берег книжку, хранил единственное напоминание об отце.

Но сейчас на Сонмине были чужие вещи, он начал новую жизнь с чистого листа, что однажды произошло и с отцовской книжкой: обложка пусть была прежняя, но содержимое изменилось. Талисману неоткуда было появиться.

– Кстати! – Мун заговорщически улыбнулся. – Кто такая Джиа?

– Зачем Сон гакси понадобилась женщина? – Уводя тему в другое русло, Сонмин ответил вопросом на вопрос. Он не собирался рассказывать Те Муну про инспектора Ю. – Кто такая эта гакси?

– О-о, да у тебя есть какие-то тайны, связанные с некой Джиа? – Мун лукаво усмехнулся и откинулся на спинку стула. – Теперь она стала мне еще интересней! – Должно быть, жнеца развеселило выражение лица Сонмина, потому что Мун рассмеялся. – Ладно, расслабься, старичок! Сон гакси – призрак девственницы, она охотница за мужскими сердцами.

– Погоди. – Сонмин нахмурился. – Ты сказал, что она охотница за мужскими сердцами. Почему тогда она хотела забрать женщину?

– Да, это странно, – признал Мун. – По логике, Сон гакси должна была прикончить женщину и забрать мальчика или одного из тех мужчин, а то и всех сразу.

Сонмину чертовски не хватало его записной книжки. Мысленно сделав пометку, он уставился невидящим взглядом в столешницу. За этот обед в скромном щиктане он узнал от напарника больше, чем с момента их встречи. Видимо, это чудодейственная сила кимчичхиге. Пока Мун был откровенен и не отмахивался от разговора, Сонмин решил потянуть за ниточки дальше.

– Мы защищаем смертных, но не можем вмешиваться в их жизнь, так? Разве наша помощь не вмешательство?

– Не совсем. Мы оберегаем порядок. – Мун взял салфетку и начал складывать ее в динозавра, но через минуту звучно фыркнул и бросил затею. Сонмин успел отметить за напарником: сидеть спокойно тот просто не мог. Синдром гиперактивности налицо!

– Многие злые духи играют против правил и тем самым подрывают баланс,– продолжил Мун.– Квисины и квемули должны подчиняться воле Ёмра[356], владыке загробного мира, но многие идут против высшей власти и вмешиваются в судьбы смертных по своей воле, без приказа. Иначе говоря, злые духи беспорядочно рушат реальности, а для того чтобы все работало слаженно, это недопустимо. Поэтому в Вечном департаменте был создан наш отдел. Мы ловим нарушителей вселенского порядка и передаем их на суд Ёмра.

– Понятно. – Сонмин сложил руки на груди и копнул дальше: – Ты сказал «наш отдел». Сколько их всего в Вечном департаменте?

– Два. – Мун уверенно кивнул. – Отдел по контролю душ и отдел по контролю преступности. Первый состоит из высокомерных снобов, которые стали жнецами после смерти, они как раз заведуют людьми и провожают их души на суд. Второй отдел – это по большей части смертные, получившие второй шанс. Иначе говоря, наше время еще не пришло, поэтому мы возвращаемся в мир смертных при условии полного повиновения Вечному департаменту.

– Проще говоря, мы цепные псы, – заключил Сонмин.

– Скорее, охотники! – поправил Мун.

– И много нас в отделе по контролю преступности?

– В нашем отделе постоянная нехватка кадров. Думаю, после встречи с Сон гакси ты понимаешь почему. – Мун оставался веселым, а Сонмин передернул плечами. Любой квисин или квемуль заведомо сильнее смертного человека, пусть тот и обладал высокой силой и выносливостью.

– В отличие от жнецов из отдела по контролю душ, наши жизни не вечные. Мы смертны, поэтому Чхонса постоянно в поисках новых рекрутов, но их тоже всегда недостаточно. Подходящих кандидатов выбирают из числа одиночек, кого легко будет «стереть» из системы и кого не будут искать близкие. – Мун задумчиво побарабанил пальцами по столешнице. – Кстати, ты спрашивал насчет защиты смертных. Есть хранители! Один мой знакомый – новоиспеченный ангел. Он любит булочки и так водит машину, что ты точно поседеешь! А еще у него отличный музыкальный вкус…

– Ближе к делу, – перебил Сонмин, не в настроении выслушивать досье какого-то любителя музыки и быстрой езды за булочками. – В чем заключается обязанность хранителей?

– Ангелы оберегают особенных смертных от влияния демонов. Иногда даже от злых духов, но в этом случае им нужна наша помощь. Только мы можем их изгнать!

Сонмин прищурил глаза, цепляясь за последние слова Муна. В памяти вспыхнул вид кинжала, который Чон припрятал в ножны на спине, под курткой. Самый необычный подарок от самого необычного коллеги по службе. С помощью клинка удалось изгнать Сон гакси, но как именно, если она призрак? Что в клинке особенного? И тут у Сонмина над головой вспыхнула лампочка.

– Дело в тех камнях в рукояти кинжала? – Чон вспомнил пурпурный свет.