Я усмехнулся и поудобнее устроился на мягкой спинке сиденья. За окном уже проплывали освещенные магическими фонарями первые богатые кварталы столицы.

Нас ждал герцог Милош. Человек, чью базу я вычистил. Чьих людей убивал. Чьи планы разрушил. И который, скорее всего, уже догадывается или точно знает, что я некромант.

Что вообще могло пойти не так?

Усадьба Шпиля, столица

Граф Шпиль сидел с тетушкой Виктории на мягком диване, нежно держась с ней за руки, а сама Виктория уже десятый круг нервно меряла гостиную шагами, теребя края своих манжет.

Тётушка Вики, уютно устроившаяся с фарфоровой чашкой чая, молча следила за девушкой поверх пара, но, в отличие от графа, пока предпочитала не вмешиваться в этот нервный марафон.

Наконец Шпиль не выдержал и отпустил пальцы тетушки:

— Вика, ты либо сядь, либо хотя бы маршрут поменяй. У меня от твоего паркета уже голова кружится.

Девушка резко остановилась у высокого окна и сжала кулаки.

— Извини, дядя, но ты сам запретил мне выходить из усадьбы и даже на шаг приближаться к воротам.

— Верно, — Шпиль откинулся на спинку дивана и поправил лацкан камзола. — И вообще, тебе сейчас лучше носа из дома не высовывать. Ближайшую неделю точно.

Виктория нахмурилась и быстро повернулась к нему.

— Почему же?

Граф удивлённо поднял брови, искренне поражаясь такой неинформированности.

— Ты совсем новости не слушаешь? За столичными стенами нашли нежить. Причём много и подозрительно организованную. А сегодня ещё на рынке какая-то массовая одержимость приключилась. Целый павильон вольных боев оцепили, городская стража на ушах, потом еще и Инквизиция подтянулась с полными звеньями.

Виктория побледнела, почувствовав, как холодная волна пробежала по спине.

Шпиль этого не заметил и продолжал рассуждать с видом знатока:

— Говорят, эффект уже спадает. Часть одержимых вроде приходит в себя, остальные мычат. Но что именно произошло — никто толком не понимает. Демоны это, артефакт какой-нибудь проклятый или ещё какая некромантская пакость.

Вот теперь Виктория снова пошла по комнате.

Только вдвое быстрее.

Потому что она прекрасно знала одну маленькую подробность, которой не знал и не должен был знать Шпиль.

Артур Горд был некромантом. Не просто магом, а бывшим высшим полководцем, способным командовать нежитью, как своей личной армией.

И если хоть одна ищейка Инквизиции свяжет всплеск на рынке с его присутствием…

Виктория судорожно сглотнула.

Некромантов в Империи не судили долго и не устраивали долгих разбирательств.

Их обычно сжигали прямо на площади. Особенно в столице, где находилась штаб-квартира Святого престола и дежурили сотни боевых храмовников.

— А виновных нашли? — спросила она, изо всех сил стараясь, чтобы голос не дрогнул.

— Виновных в чём? — уточнил Шпиль.

— В появлении нежити. В одержимости.

Шпиль скептически покачал головой.

— Пока нет. Ищут ветряные мельницы.

Виктория едва заметно выдохнула, чуть расслабив зажатые плечи.

И именно в этот момент дверь гостиной распахнулась.

На пороге появился запыхавшийся гвардеец.

— Господин граф!

Шпиль повернул голову, явно недовольный тем, что его отвлекли от беседы.

— Ну? Докладывай быстро.

— Я только что из столичного округа, с рынка.

Виктория мгновенно замерла посреди ковра, боясь даже вздохнуть.

Шпиль тоже выпрямился и подобрался.

— И?

— Госпожа графиня Виктория, там инквизиция задержала вашего знакомого… провинциального дворянина. По обвинению в связи с темными силами.

У Виктории оборвалось и упало вниз сердце, в глазах на мгновение потемнело, а гвардеец выдержал паузу и закончил:

— Барона Эмиля Дресса.

Несколько секунд в комнате стояла тишина. А потом Виктория слишком шумно и громко выдохнула. Девушка испытала облегчение.

Шпиль недоуменно моргнул.

— Дресса?

— Да, господин граф.

— Подлеца Дресса?

Гвардеец явно не знал, сколько ещё существует Дрессов, которых граф считает подлецами, поэтому осторожно и твердо кивнул:

— Барона Эмиля Дресса, именно его.

— Ну надо же, — на лице Шпиля расплылась торжествующая улыбка.

— За что именно его взяли? — быстро переспросила Виктория, утоляя оставшиеся сомнения.

Гвардеец вытянулся по стойке смирно.

— Его подозревают в причастности к созданию одержимых. Говорят, из павильона он выскочил самым последним, с ножкой от стула и в совершенно невменяемом виде.

— Чего?

Шпиль изумленно вскинул брови и переглянулся с тетушкой.

— Дресс⁈ Создавал одержимых⁈

— Я лишь передаю то, что слышал от инквизиторов у кордона, господин граф.

— Ну это же нам просто идеально на руку! — Шпиль решительно поднялся с дивана, потирая руки.

Тётушка Вики аккуратно отставила чашку на столик.

— И куда ты так резво собрался, дорогой?

Граф уже размашисто шагал к дверям кабинета.

— К адвокатам! Лично растолкаю этих сонных тетерь!

— Зачем именно сейчас?

Шпиль обернулся на пороге.

— Пусть шевелятся вдвое быстрее по делу Виктории! — азартно махнул рукой граф. — Пока наш основной оппонент и обвиняемый сидит в казематах Инквизиции под арестом и не может путаться под ногами, надо выжимать суды до капли! Если наши крючкотворы сейчас не продавят дело за два дня, я лично объясню им, за что они получают такие гонорары.

Тётушка Вики тихо усмехнулась и качнула головой.

— Вот это я понимаю — настоящая аристократическая хватка, дорогой.

— Надо пользоваться моментом, пока судьба дарит подарки, — уверенно кивнул Шпиль.

Викторию всё это юридическое судилище интересовало куда меньше, чем судьба одного конкретного некроманта, поэтому она снова шагнула ближе к гвардейцу:

— А что ещё происходило на рынке? Как вели себя остальные?

Гвардеец перевёл взгляд на неё.

— Много чего, госпожа графиня. Настоящий хаос. Говорят, несколько отрядов между собой чуть не передрались прямо перед шатром. Гвардейцы Милоша, люди графа Брисмана, городская стража… Едва до обнаженной стали не дошло. Потом Инквизиция оцепила всё вокруг жестким контуром. Артур Горд там тоже был.

У Виктории окончательно пересохло во рту.

— Артур?

Шпиль, уже взявшийся за дверную ручку, остановился.

Гвардеец кивнул.

— Он цел? — слишком быстро, эмоционально и тревожно спросила Виктория. — Инквизиция его не тронула? Задержаний не было?

Теперь Шпиль окончательно развернулся к племяннице, подозрительно прищурившись.

— А с чего вдруг Инквизиции его трогать? Он что, тоже похож на создателя одержимых?

Виктория тут же осеклась, поняв, что выдала слишком много эмоций.

— Я просто… волнуюсь за гостей графа Брисмана. Вдруг это политическая провокация.

— Господин Горд не задержан, — успокоил ее гвардеец. — Насколько мне известно от стражи, после всего произошедшего он абсолютно спокойно и без препятствий покинул рынок.

Плечи Виктории заметно расслабились, тяжесть немного спала.

— Куда он поехал? Обратно к Брисману?

— В гости к герцогу Милошу. В его личной карете.

В гостиной снова стало очень тихо.

Виктория медленно поднимала голову, не веря ушам.

— К Милошу⁈

— Да, госпожа. Лично с его гвардией.

— Но это же…

Она осеклась на полуслове, судорожно сжав губы.

Шпиль прищурился еще сильнее, чувствуя подвох.

— Что — «это же»? Вика, выкладывай.

Виктория несколько секунд колебалась, переводя взгляд с дяди на тетушку.

Потом тяжело выдохнула:

— Герцог Милош напрямую причастен к отравлению Изабеллы Брисман.

Шпиль застыл на месте.

Даже всегда невозмутимая тётушка Вики перестала улыбаться и выпрямила спину.

— Что? — очень медленно и тихо переспросил граф.

Виктория опустила глаза, подбирая слова.

— Это пока строго охраняемая тайна графа Брисмана и господина Артура. Господин Артур лично расследовал это дело на месте и нашел улики…