— Обязательно передам.

Вернувшись из мира монстров, я рассказал о том, что сделала Шарапова. Графиня годами находилась под давлением Мамонтовых, но всё равно сумела собрать доказательства их вины и донесла истину через года.

Изначально во дворце хотели поставить памятник Князю Искажений, но я настоял, чтобы он был посвящён именно Лидии.

Она заслуживала его как никто другой…

Мы вошли в бальный зал. Он был богато украшен и полон гостей. Аристократы и представители зарубежных делегаций встретили меня бурными аплодисментами и выстроились в очередь, чтобы лично пожать мне руку.

Здесь, кажется, были все, кого я знал.

Граф Аристов и княгиня Оболенская. Пэмберли и Элизабет. Ли Фэнь и Мацумото. Волк и Сергеич. Профессор Жуковский и Ксения. Анна Лисицына и почти все члены её Рода.

Лица друзей и товарищей мелькали повсюду. А ведь так несложно забыть, что сегодня все они собрались здесь не из-за меня…

— Андрей! — Рядом со мной возникла Алина. — Тебя зовёт Сева. Пожалуйста, пройди со мной!

Я последовал за девушкой. Мы вошли в тайный коридор и через минуту оказались в Севиных покоях.

Блондин метался по кабинету, словно химера в клетке.

— Что-то случилось, Ваше Высочество?

— Случилось, Андрей! — Из тени, тяжело опираясь на кованую трость, вышел Александр. — Мой сын, будь он неладен, отказывается идти на собственную коронацию!

Я вгляделся в лицо Императора.

Яд подосланного Мамонтовыми монстра был смертелен, но сильная кровь Ларионовых помогла Александру уцелеть. Вот только далось ему это большой ценой.

Его Величество пришёл в себя всего неделю назад. И, к сожалению, болезнь оставила на нём неизгладимый след.

Он заметно похудел и будто бы постарел на несколько лет. Его Источник стал слабее, а энергия едва струилась по каналам. Даже простая ходьба, и та давалась ему с огромным трудом.

Александр по-прежнему был силён и легко бы мог выстоять в бою против Одарённого средней руки.

Но вот для того, чтобы вернуться на престол, этого было недостаточно.

К счастью, он и сам это прекрасно понимал. Не колеблясь ни мгновения, Император официально, с соблюдением всех формальностей, назначил Севу своим наследником. Сегодня блондин должен был сесть на престол.

При этом меньше всего парень был похож на счастливого человека…

— Конечно, я отказываюсь. Потому что я недостоин! — Сева заломил руки. Стоящая рядом Юля положила ладонь ему на плечо, но блондин этого, кажется, даже не заметил. — Император должен быть сильным и уверенным. А я… Я не такой! Андрей, скажите им!

Все взгляды обратились ко мне.

— Нет, не скажу. — На моём лице не дрогнул ни один мускул.

— Почему⁈

— Потому что это ложь. Из тебя выйдет отличный Император. И ты это сам знаешь! А теперь собери волю в кулак и иди к гостям. Иначе я, как глава Рода, запрещу Юле выйти за тебя замуж!

Как и раньше, угроза сработала безупречно. Страх в глазах Севы сменился решительностью.

— Эх, Андрей… Умеете же вы подобрать правильные слова!

— А то!

О том, что Сева и Юля собираются пожениться, знали все. В Императорской канцелярии всерьёз подбирали дату, но сами жених с невестой не спешили.

Впрочем, я в них не сомневался. По их глазам видно, что у них всё будет хорошо…

Вернувшись в зал, я встал рядом с держащимися за руки Мишей и Алисой. Рядом стоял князь Игнатов. Между ним и дочерью не ощущалось напряжения, а Миша в их компании чувствовал себя спокойно и уверенно.

Все их конфликты подошли к концу. Князь принял выбор дочери и больше не имел к ней ни единой претензии.

Думаю, что ещё одна свадьба тоже не за горами…

Ударили фанфары. Заиграл гимн.

В зал в сопровождении Александра вошёл Сева. Блондин властно оглядел присутствующих и едва заметно мне подмигнул.

Ничто в его облике не выдавало, что пять минут назад он практически бился в истерике.

Склонившись перед отцом на одно колено, он по памяти зачитал клятву. Александр благосклонно кивнул, принимая его слова, и Сева поднялся на ноги.

Все формальности были завершены.

Теперь он был не просто Сева, а Император Российской Империи Всеволод I.

Пришло время официальной речи.

— Как вы знаете, я был вынужден взойти на престол в сложные для страны и всего мира времена. Предательство брата, измена близкого Рода, вторжение монстров… Мы все могли быть уничтожены, но благодаря нашим совместным усилиям мы смогли уцелеть. — Сева оглядел всех присутствующих. — Мы победили, и сейчас наступает новая эпоха. Эпоха мира и процветания. И я сделаю всё возможное, чтобы она продлилась как можно дольше!

Все горячо захлопали. Казалось, будто это всё, что Сева хочет сказать.

Но мы ошибались.

— Я сражался за этот мир вместе со своими подданными. Но главная заслуга принадлежит не мне, а Андрею Гордееву. — Наши взгляды встретились. — Именно он сумел объединить наши страны. И только ему мы обязаны победой над Повелителями.

Каким-то образом всё внимание снова было приковано ко мне.

— И если предка Андрея называли Князем Искажений, то я считаю, что мы должны придумать для него не менее достойное имя. — Сева хитро улыбнулся. — Что насчёт Императора Искажений? Мне кажется, это отличный вариант!

Все гости дворца дружно подняли в воздух наполненные бокалы.

— За Андрея Гордеева! За Императора Искажений!

Вечер пошёл своим чередом. Ко мне подходили люди. Аристократы, которых я видел впервые в жизни, приносили мне клятвы верности, а женщины бросали на держащую меня за руку Веронику завистливые взгляды.

Мы с Севой то и дело обменивались взглядами и улыбались. Пусть я и забрал себе львиную часть внимания, блондин тоже не остался в одиночестве.

Устав от громких звуков, я вышел на балкон.

Под моими ногами лежал мирный город. Люди спокойно спали в своих постелях, а вдалеке ровным светом горели Искажения.

Два мира были разделены и больше никогда не должны были встретиться.

Я снова стал сам собой. Сила, о которой я не мог и мечтать, струилась по венам, а в зале меня ждали любимая женщина и верные союзники, готовые ради меня на всё.

Спустя триста лет моя цель наконец-то была достигнута. Окончательно и бесповоротно.

Меня впереди ждала долгая счастливая жизнь. И я собирался сполна ей насладиться…

— Эй ты, на кляче! Стой, кому говорят! — хриплый окрик, пропитанный придорожной пылью и дешевым раздражением, разрезал раскаленный воздух.

Я лениво натянул поводья, жесткая кожа скользнула по влажным от пота ладоням. Лошадь, к слову, звалась Дорожкой, и под моим седлом она остановилась удивительно охотно, замерев как вкопанная. Со стороны казалось, что она страдала от этой чудовищной жары не меньше моего, тяжело опустив голову к иссушенной земле. Впереди, вынырнув из дрожащего марева горячего воздуха и перегораживая узкий тракт, ведущий прямиком в опасную Серую зону, приближались трое.

На них были накинуты форменные плащи патруля округа Большое Луговье, на груди тускло поблескивали жетоны, а у одного — самого дерганого, сидевшего по левую руку от главаря — в руках уже покоился взведенный арбалет. Патрульные. Ну, или те, кто отчаянно хотел на них походить.

Я не спешил слезать с седла. Солнце стояло в самом зените, безжалостно превращая выбеленное небо в кусок раскаленного железа. Пот катился по спине под плотной тканью походной рубахи, и я невольно прикрыл глаза, позволяя себе на секунду отгородиться от этой унылой реальности и уходя в вязкое марево воспоминаний.

А вообще интересно. В той, прошлой жизни, давненько никто не бросал мне «эй, ты!», и это очень непривычно слышать.

Тихий, едва различимый звук в голове, похожий на лопнувшую хрустальную струну, заставил меня поморщиться и открыть глаза. Перед внутренним взором послушно всплыло полупрозрачное окно системного интерфейса.