– Та‑а‑ак, – медленно протянул он. – А это у нас что за делегация?

Голос прозвучал негромко, но твёрдо.

– Меня зовут Имерт Гальс, дознаватель Имперской службы, – представился мужчина, делая пару шагов к дяде. – Мы проводим расследование инцидента, произошедшего на Арене Когтя.

– Какого инцидента?

– Зверя одного из участников турнира отравили, – спокойно продолжил дознаватель. – В связи с чем в адрес целителя Морриса прозвучали обвинения.

Ларк медленно перевёл на меня взгляд, и на его скуле дёрнулась мышца. Он долго всматривался в мои глаза и, видимо, поняв всё без лишних слов, кивнул. Затем дядя шагнул вперед, частично заслоняя меня, и скрестил руки на груди:

– Господин дознаватель, мой племянник на такое не способен.

– Имперская служба не выносит поспешных приговоров, – спокойно отозвался Имерт. – Сейчас мы лишь проводим проверку и просим нам не препятствовать. Это в интересах Эйдена.

Какое‑то время Ларк молча стоял, тяжело дыша. Я буквально ощущал, как в его голове боролись две силы: добытчик, который привык решать проблемы грубой силой, и человек, понимающий, что сделает этим только хуже.

Наконец, он выдохнул и, отступив на пару шагов, встал рядом со мной.

– Делайте свою работу, – буркнул дядя.

Гальс кивнул.

– Прежде чем мы приступим, – произнёс он, обводя взглядом коридор, – определим порядок.

Он повернулся к трём имперцам в главном зале.

– Калис, Дорн. Ваша задача – стены, полы, дверные проёмы и мебель. Тщательно проверьте поверхности на предмет тайников.

– Поняли, господин дознаватель, – отозвался тот, кто повыше ростом.

– Бренн, – продолжил Имерт, оборачиваясь к худощавому имперцу с папкой. – На вас – опись каждой склянки, мешочка и содержимого на полках. Запись ведите строго по форме семь, без сокращений.

– Слушаюсь.

– Уважаемые магистр Вейд, господин Крейн, – Имерт перевёл взгляд в коридор. – Прошу вас взять на себя лекарства и ингредиенты.

Вейд хмыкнул, отчего его густые брови дрогнули.

– Хорошо, – пробасил он.

– Как скажете, – мягко добавил Крейн.

– Уважаемый целитель Кринст, – Имерт взглянул на Зикариуса. – Вашего присутствия в качестве наблюдателя от Ассоциации вполне достаточно.

Зикариус кивнул.

– Целитель Моррис, – закончил дознаватель, переведя взгляд на меня. – Вы сопровождаете комиссию. На вопросы отвечаете коротко и по делу. Понятно?

– Понятно.

– В таком случае – приступайте.

Люди мгновенно зашевелись. Двое имперцев тут же опустились на корточки и принялись простукивать половицы рукоятями ножей.

Бренн раскрыл папку, обмакнул перо в закрепленную на поясе дорожную чернильницу, и занял позицию у стола.

Теодор Крейн и магистр Вейд прошли в главный зал, обогнули писаря и, приблизившись к полке с лекарствами, принялись за работу.

Я молча последовал за ними. Травник, не торопясь, начал снимать склянки, поочередно откупоривать их и принюхиваться к содержимому.

Тем временем Люмин, всё это время прятавшийся за моей ногой, видимо, решил, что обстановка стала достаточно безопасной, и осторожно выбрался вперёд. Немного потоптавшись на месте, зайцелоп уверенно направился к высокому мужчине, который уже простукивал пол у двери склада.

Добравшись до его сапога, ушастый замер и принялся обнюхивать.

Заметив столь пристальное внимание к своей обуви, имперец застыл на корточках и перевёл на меня взгляд.

– Кхм, – озадаченно выдавил он.

– Не бойтесь, он просто любопытный, – обронил я.

– Я заметил, – мужчина не пошевелился.

– Господин Калис, – спокойно подал голос Имерт, не сводя глаз от полки с инструментами, – продолжайте работу. Это всего лишь зайцелоп.

Имперец осторожно вернулся к прерванному занятию. Люмин обошёл его со спины и, тщательно обнюхав второй сапог, удалился к Кроху.

Магистр тем временем разглядывал на ладони очередной ингредиент.

– Корневище кровохлёбки, – Вейд принюхался. – Качество хорошее, без плесени или посторонних примесей. Кровоостанавливающее.

Крейн кивнул, выражая согласие, и потянулся к склянке.

– Записывай, – буркнул Вейд через плечо. – Ингредиент безопасен.

Перо Бренна скрипнуло по пергаменту.

Имерт между тем обошёл стол, двинулся в коридор и заглянул в мою спальню, после чего направился к двери в дядину. Он двигался плавно, без спешки, чем напомнил мне врача‑педанта, который обходил палаты с одной и той же скоростью двадцать лет подряд.

Наконец, Калис и Дорн закончили с коридором и переключились на склад. На лицах имперцев не читалось ни вражды, ни любопытства, лишь сосредоточенность.

Крейн тем временем дошёл до средней полки.

– А вот это интересно, – произнёс он, откупоривая очередную склянку.

– Отвар сонного листа, – подсказал я.

– Я вижу. Сами варили? – спросил он.

– Да.

Травник поднес емкость к носу и принюхался.

– Качество выше среднего, – он чуть нахмурился. – Магистр, взгляните‑ка сюда.

Вейд принял склянку, повертел в пальцах и поднёс к носу.

– Хм. По запаху – один в один работа мастеров вашей Гильдии, Теодор. – Вейд зыркнул на меня из‑под нависших бровей. – Молодой человек, насколько я помню, во время недавнего экзамена такой же отвар у вас получился не настолько качественным. Поделитесь секретом, как вам удалось этого добиться за такое короткое время?

– Благодарю за столь высокую оценку, магистр. Никаких тайн – лишь ежедневная практика, – улыбнувшись, спокойно ответил я.

Имерт за моей спиной обронил:

– Уважаемые, ваши восторги мы занесем в протокол позже. Сейчас нас интересует исключительно один вопрос: есть ли в лавке яд.

– Разумеется, дознаватель, – травник чуть склонил голову. – Сразу скажу: ни в одной из осмотренных склянок нет ничего похожего на яд. Всё это стандартный набор хорошего целителя.

– Подтверждаю, – пробасил Вейд.

– Принято, – Бренн черкнул на листе.

Тем временем Калис закончил со складом и вернулся в главный зал.

– Господин дознаватель, – отчитался он. – Полы целые, тайников нет.

– Принято, – обронил Имерт и повернулся ко мне. – Что в спальнях?

– Кровати, личные вещи, сундуки с одеждой, – я пожал плечами. – Проверяйте, если необходимо.

– Необходимо. Дорн, займись.

– Слушаюсь.

Имперец направился в спальню, и я, помедлив несколько секунд, двинулся следом за ним. Ларк проводил меня взглядом и слегка кивнул.

Дорн вошёл в мою комнату, окинул скромную обстановку цепким взглядом и, не теряя времени, опустился на корточки у двери. Рукоять его ножа вновь сухо застучала по полу, по одной половице за раз. Я прислонился к косяку, скрестив руки на груди.

– Сундук открыт? – обронил он, не оборачиваясь.

– Да, открыт, – отозвался я.

Имперец поднялся, подошёл к нему и откинул крышку. Быстрыми, на удивление аккуратными движениями он перебрал содержимое, простучал внутренние стенки и закрыл. Затем Дорн прошёлся вдоль окна, проверил подоконник и заглянул за раму.

Следом направился к кровати. Когда рукоять ножа стукнула по доске на полу у изголовья, раздался глуховатый звук. Дорн замер, после чего повторил удар чуть в стороне, и дерево звонко отозвалось. Затем вернулся к первой точке – глухой.

– Господин дознаватель, – позвал имперец.

Вот и нашли старый тайник, в котором я когда‑то прятал первую золотую марку.

В коридоре раздались шаги. Имерт появился в проёме, скользнул взглядом по комнате и кивнул Дорну.

Имперец извлек из‑за голенища тонкий клин, поддел край доски, и та со скрипом поддалась. Под ней обнаружилась небольшая вырытая в земле ниша размером с ладонь.

– Пусто, – доложил Дорн.

Гальс кивнул.

– Продолжайте осмотр.

Имперец аккуратно вернул доску на место, постучал по ней костяшками пальцев и принялся за оставшуюся часть комнаты.

Минут через пять Дорн закончил с моей спальней и переключился на дядину, однако и там не обнаружил ничего интересного. Вернувшись в главный зал, он отчитался, что ничего больше не нашёл.