Ещё немного поболтав, Хольц попрощался, и мы отошли в сторону. Люмин нервно потянулся носом к моему сапогу, проверил, что я рядом, и успокоился. Крох уселся напротив, спиной к стене, едва заметно повиливая хвостом. Брумиша пришлось оставить во дворе, так как зверь наотрез отказался находится в толпе людей.

Очередь медленно ползла. Каждые пять‑семь минут из кабинета выходил очередной человек с листом пергамента в руках.

– Слышь, парень, – раздалось сбоку.

Я обернулся и заметил щуплого мужика, который с бесцеремонным любопытством разглядывал Кроха.

– Это кто? – спросил он.

– Зверь, – отозвался я, пожав плечами.

– Вижу, что не курица. Вид какой?

– Неизвестный.

Мужик нахмурился и явно хотел спросить что‑то ещё, но Хольц чуть заметно шевельнул посохом. Незнакомец почему‑то сразу отшатнулся и больше в нашу сторону не поглядывал.

Я посмотрел на тренера, но он сделал вид, что не заметил моего взгляда. Да кто же он такой…

Через несколько минут подошла наша очередь, и Хольц первым скрылся за дверью. Вскоре он вышел, держа в руке свёрнутый пергамент.

– Твой черёд, – вполголоса произнес он, проходя мимо меня.

Я кивнул, оставил зверей снаружи и толкнул дверь. Внутри оказалось небольшое квадратное помещение со столом у окна, на котором теснились стопка пергаментов, чернильница и печать Ассоциации.

За ним восседали двое – сухопарый мужчина лет пятидесяти с тонкими губами, и писарь помоложе с коричневыми от чернил пальцами.

– Здравствуйте, – поздоровался я.

– Предъявите ваше удостоверение, – вместо приветствия бросил тонкогубый, не поднимая глаз.

Достав документ, протянул его мужчине. Он бегло ознакомился с содержимым и вскинул на меня суровый взгляд.

– Моррис, – тихо произнёс он, будто пробуя фамилию на вкус. – Эйден.

Писарь скрипнул пером по пергаменту.

– Проходите в соседнюю комнату, – сказал мужчина, возвращая мне лист.

Я прошёл через боковую дверь и… Застыл. В центре помещения висела полупрозрачная сфера размером с кулак, внутри которой медленно плавали серебристо‑голубые нити, похожие на мелкие молнии в замедленной съёмке. Похожую я видел… В Башне, когда развивал каналы, только там она гораздо больше!

– Стойте на месте и не двигайтесь, процедура безболезненная, – произнес тонкогубый, входя следом.

Он приблизился к сфере и вскинул над ней ладонь, а я поймал себя на том, что непроизвольно сжал кулаки.

Мужчина едва заметно шевельнул пальцами, и внезапно я почувствовал тепло, которое зародилось в груди и начало распространяться по всему телу. Через несколько секунд мне показалось, будто кто‑то приложил ухо к каналам и принялся их… Слушать. Ощущение казалось очень странным, но оно продлилось всего лишь три удара сердца, а затем тут же исчезло.

Я сглотнул. Ничего не болело, тело даже не вспотело, хотя во рту почему‑то мгновенно пересохло.

Неожиданно сфера вспыхнула, нити света вырвались из нее, ударились о невидимую преграду, вернулись, на миг сложились в плотное ядро, и вновь превратились в медленные молнии. Я замер, не понимая – всё идёт по плану или что‑то не так?

Брови мужчины сошлись к переносице, он наклонил голову, внимательно разглядывая сферу, будто пытался посмотреть на нее под другим углом. Затем кинул на меня быстрый взгляд, но почти сразу вновь уставился на нити.

Наконец, он развернулся и направился к двери.

– Следуйте за мной, – бросил мужчина, не оборачиваясь.

Я двинулся за ним. Тонкогубый остановился у стола, наклонился к писарю и что‑то прошептал ему в ухо, после чего парень макнул перо в чернильницу. Быстро что‑то написав, он поставил печать, немного подождал, пока подсохнут чернила, и протянул мне лист пергамента.

Взяв его в руки, прочитал: «Мастер Зверей E класса, 3 ранга. Подтверждено Ассоциацией Зверей», печать, подпись.

Интересно… Здесь написано всё то же самое, что выдавала мне Система, ничего нового… Но тогда почему он так удивился? Да чёрт его знает… Главное, что официально я обычный E классовый Мастер Зверей, и меня это полностью устраивает.

– Благодарю, – бросил я, свернув пергамент.

– Не за что, – ответил тонкогубый.

– Подскажите, – продолжил я, – у ворот ждёт мой отряд из пяти человек. Им тоже нужны документы. Можно ли пригласить их для проверки?

– Они члены Ассоциации?

– Нет, обычные добытчики.

– Тогда ничем не могу помочь, – он кивнул головой в сторону выхода. – Не задерживайте очередь.

Я вздохнул, развернулся и толкнул дверь. В коридоре первым делом поискал глазами Хольца, и… застыл.

У стены, в общей очереди, выстроился весь отряд Торвальда, довольные, как коты у опрокинутой крынки со сметаной.

Я медленно повернул голову к тренеру, который стоял у противоположной стены, опираясь на посох, и рассматривал потолок. Почувствовав мой взгляд, он едва заметно качнул головой, будто говоря: «Не спрашивай».

Кивнув, я подошёл к Хольцу и прислонился плечом к стене. Люмин тут же примчался и устроился у моих ног, а Крох занял пост рядом. Торвальд поймал мой взгляд и самодовольно ухмыльнулся.

– Зачем вообще нужно это подтверждение? – спросил я у тренера.

– Кто знает… – неопределённо ответил он и замолчал.

Примерно через час, в течение которого Хольц больше не проронил ни слова, все члены отряда получили документы.

– Пойдем, целитель, – бросил Торвальд. – Лес нас заждался.

– Пойдем, – сказал я.

К полудню мы вновь добрались к Седьмому спуску. Стражник с рыжеватыми усами, увидев нас, улыбнулся.

– Получили? – спросил он.

– Ага, – ответил я, протягивая лист.

Он взял пергамент, пробежал глазами и вернул. Проверив остальных, стражник произнёс:

– Всё в порядке. Пять серебряных за вход и проходите.

Отсчитав монеты, я передал их мужчине.

– Удачи, целитель, – сказал он, принимая марки. – И… Береги себя.

После его слов ворота со скрежетом распахнулись, открывая путь к Спуску.

– Пойдем за хозяином, друг, – прошептал я бронебрусу, так чтобы услышал только он. – Теперь уж точно пойдем. 

Стоило нам зайти в крепость, ворота с грохотом захлопнулись за нашими спинами. Короткий коридор вывел нас в круглый зал, в центре которого зияла шахта Спуска, а над ней на толстых цепях слегка покачивались клетки.

Торвальд первым шагнул внутрь одной из них, а за ним потянулись остальные. Пока отряд грузился в клетку, я решил оставить метку запаха, чтобы в случае чего зайцелоп смог вывести нас наружу.

Я закрыл глаза, мысленно потянулся к нити, связывающей меня с Люмином и послал ему образ метки. Зайцелоп внимательно взглянул на меня, моргнул и сделал три медленных прыжка к краю ближайшей клетки. Ткнувшись носом в пол, он тихонько фыркнул. Отряд, скорее всего, решил, что Люмин просто осматривался, но я заметил, как из его ноздрей на долю секунды вырвалась крошечное пятнышко света.

– Эй, целитель, – негромко позвал Торвальд. – Ты идёшь или как?

– Иду.

Я подхватил Люмина, посадил его на плечо и вместе с Крохом и Брумишем шагнул в клетку к остальным.

Лязгнул механизм, и решётка с грохотом захлопнулась. Цепи вздрогнули, где‑то над головой послышался протяжный скрип ворота, клетка качнулась, и плавно устремилась вниз.

– Ну что, какой у нас план, целитель?

Голос Торвальда прозвучал спокойно, но с лёгкой издёвкой. Весь отряд разом повернул головы в мою сторону.

– Пойдем за бронебрусом, – сказал я. – Я уверен, что Ларк не просто так отправил за помощью именно его.

Рыжебородый скептически хмыкнул.

– Следовать за зверем, – медленно произнёс он. – Очень надёжный план.