Люмин, заметив очередную лапу, навострил уши и замер, вглядываясь в неё с любопытством. Пришлось легонько подтолкнуть его, чтобы пошел дальше.

– Пойдём, путешественник, – шепнул я ему.

Зайцелоп фыркнул, но послушался.

На следующей улице у небольшой харчевни выстроилась очередь из желающих поесть – человек двадцать, не меньше. Из открытых дверей доносились запахи еды и гул голосов.

– … а я говорю, что у Гронка шансов больше всех! У него же краснокрылый лев с двумя рогами!

– Да ври больше! Не бывает таких, это сказки!

– А вот и бывает! Мне племянник рассказывал, он в Академии учится, своими глазами видел!

Крох, проходя мимо очереди, вдруг остановился и уставился на какого‑то мужика, стоявшего в конце. Тот, заметив пристальный взгляд зверя, поёжился и отступил на шаг.

– Чего уставился? – буркнул он, но без агрессии, скорее растерянно.

– Извините, – сказал я, увлекая Кроха дальше.

Мужик проводил нас прищуренным взглядом, но ничего не сказал.

Вскоре мы вышли на небольшую площадь, на которой торговцы прямо на земле разложили свои нехитрые товары – еду, воду, какие‑то дешёвые безделушки. Вокруг толпился народ.

Я пробирался сквозь толпу, стараясь никого не задеть, и краем уха ловил обрывки разговоров:

– … сынок, держись ближе ко мне, тут незнакомый город, мало ли что…

– … говорят, сам губернатор посетит финал! Представляешь, своими глазами увидим!

– … да кому нужен этот губернатор, ты на зверей посмотри! Говорят, в этом году такие экземпляры будут, закачаешься!

– … а я ставлю на Альберта! Он всех порвёт!

Люмину надоело пробираться между ног. Он пискнул и стал прыгать рядом со мной. Я наклонился, поднял его и усадил на плечо. Зайцелоп завертел головой, размахивая длинными ушами. Крох шёл рядом, и народ перед ним расступался сам собой – то ли из‑за его уверенного вида, то ли из‑за того, что он периодически скалил зубы на слишком навязчивых зевак.

Я выбрался из толпы на относительно свободную улицу и перевёл дух.

– Ну и давка, – выдохнул я. Люмин согласно пискнул с моего плеча, а Крох лишь фыркнул.

Дальше идти стало легче. Улицы стали шире, район Кузнечного моста был уже не за горами.

Я шёл и думал о Ларке. Может, зря паникую, и он сидит сейчас в таверне, попивает пиво и травит байки с добытчиками? А может… Я отогнал мрачные мысли.

Наконец, впереди показалась конструкция из тёмного камня, перекинутая через широкий канал. Я дошёл до узкой улочки, мощёной булыжником, что шла вглубь квартала, и остановился перед вторым зданием слева.

Передо мной оказался двухэтажный каменный дом с массивной дубовой дверью и вывеской «Седая наковальня». Я толкнул дверь и шагнул внутрь.

Внутри царили сумрак и табачный дым. Народу было больше, чем в прошлый мой визит, хотя до «Свистящего кабана» все равно не дотягивало. Люди сидели за столами, пили, разговаривали, спорили о тех же соревнованиях.

Я опустил Люмина, на пол, и тот снова прижался к моей ноге. Крох прошёл чуть вперёд и замер, осматривая помещение. Несколько мужиков за ближайшим столом покосились на него, но, встретив его взгляд, быстро отвернулись.

Подошёл к стойке.

За ней стоял плечистый трактирщик с аккуратно постриженной бородой. Он лениво протирал кружку грязной тряпкой и поглядывал на зал.

– Чего надо? – буркнул он.

– Ларка ищу, – сказал я.

Мужик перевёл на меня взгляд и стал внимательно рассматривать.

– А, ты ж его племяш, да?

– Ага.

– Так нет его, парень. Ушёл в Лес больше недели назад и до сих пор не вернулся.

У меня внутри всё похолодело.

– Как не вернулся? Он же на Первый слой собирался, чего там делать столько времени…

– Не знаю, парень, – трактирщик покачал головой. – Но Лес сейчас, если слышал, неспокойный, мало ли что могло случиться… В общем, не вернулся он пока, и его отряд тоже.

Я стоял, непроизвольно вцепившись в стойку.

– Ну ты это… Не переживай, Ларк мужик опытный, – продолжил трактирщик, но в его голосе не было оптимизма. – Я бы на твоём месте не хоронил его раньше времени.

Он замолчал, потом добавил:

– Ты заходи, если что. Скажу, если он появятся.

Я кивнул, разжал пальцы, и медленно побрёл к выходу. Люмин и Крох двинулись за мной, прижимаясь к ногам, словно чувствуя, как мне нужна их поддержка.

На улице всё также шумел и толкался народ, обсуждая соревнования, а у меня внутри была пустота и холод. Ларк не вернулся.

Шёл обратно в район Отверженных, не замечая дороги, не видя людей вокруг. В голове крутились мысли, одна мрачнее другой. Что могло случиться? Нападение тварей? Смещение биома? Болезнь? Ранение?

Я знал, что Ларк опытный Мастер С‑класса, с ним его бронебрус Брумиш и проверенный отряд. Они не раз бывали в переделках и всегда выбирались из них, но Лес… Лес не прощал ошибок и не щадил никого.

Открыв лавку, закрыл за собой дверь на засов, опустился на корточки и обнял зверей. Люмин лизнул меня в щёку, Крох, поколебавшись секунду, ткнулся носом в ладонь.

– Всё хорошо, – прошептал я, хотя сам не верил своим словам. – Всё будет хорошо.

Потом поднялся, зажёг лампу и сел за стол. Надо думать, что делать дальше.

Элиан обещал принести билет на соревнования, и надо будет обязательно их посетить. Во‑первых, поддержать друга, во‑вторых, может, там получится узнать что‑то полезное. Мастера Зверей со всего города собирались на турнир, и кто‑то мог видеть отряд Ларка.

Надо быть начеку.

Люмин, устав после насыщенного дня, ускакал в комнату. Крох улёгся у очага, положив морду на лапы. Тишина в лавке была уютной, но где‑то на краю сознания всё ещё пульсировала тревога.

Ларк, где же ты?

Я проснулся от того, что кто‑то скакал у меня на животе, как на батуте.

Открыв глаза, увидел Люмина. Зайцелоп, радостно попискивая и весело прыгая, хлестал меня длинными ушами по лицу, а его сияющие глаза и ходуном ходящий хвост выдавали радость.

– Люмин… – прохрипел я, пытаясь увернуться от очередного удара мягким ухом.

Переведя взгляд вбок, заметил Кроха. Зверь сидел в изножье кровати и медленно качал головой, наблюдая за этим бедламом.

Я не сдержал улыбку.

– Хватит, путешественник, – прошептал я, ловя зайцелопа и чмокая его в макушку. Люмин пискнул, замер на секунду, а затем вновь попытался продолжить свои утренние скачки.

Аккуратно убрав его с себя, я сел, свесив ноги, и потянулся. Ночью мне снился Ларк. Он стоял посреди туманного, незнакомого биома, и что‑то кричал, но его слов я не разобрал. Сон растворился, оставив после себя лишь смутную тревогу, которая тут же утонула в утренней суете.

– Доброе утро, команда, – сказал я, опуская ноги на пол.

Крох первым неторопливо направился к двери. Люмин запутался в одеяле, чуть не скатился кубарем на пол, но в последний момент ловко приземлился на все четыре лапы.

Я улыбнулся и направился во двор.

Утренний воздух был прохладным и свежим. Небо над головой светлело, обещая ясный, тёплый день. Я подошёл к колодцу, набрал ведро ледяной воды и умылся. Капли стекали по лицу, унося с собой остатки сонливости.

Люмин тут же сунул морду в ведро и принялся жадно лакать, расплёскивая воду вокруг. Крох подошёл поближе и присоединился к ушастому, аккуратно лакая.

– Ну что, – сказал я, вытирая лицо рукавом, – пора заняться делами.

Я бросил взгляд на грядку. Серебряный колокольчик не увядал, сонный куст, несмотря на поникшие от утренней прохлады листья, тоже выглядел вполне прилично, а серебристые сочники расправили мясистые стебли и, казалось, даже подросли за ночь.

Их нужно полить, и желательно не ледяной водой из колодца. Пора поискать емкость для отстаивания воды.

Осматривая двор и размышляя над вариантами, я внезапно заметил в углу старый бочонок, ведь именно из него я когда‑то вылил скисшее сусло, но совершенно забыл о его существовании.