Я промолчал, сосредоточенно следя за жидкостью. Через пять минут добавил три капли слёз каменного ленивца, от которых смесь приобрела темно‑фиолетовый оттенок.

Дальше пошли более мелкие ингредиенты: щепотка пыльцы ночного светлячка, два листа сушёной мяты, капля масла корня лопуха. Я работал быстро, но аккуратно, постоянно сверяясь с рецептом.

Наконец, зелье было готово. Я снял миску с водяной бани, перелил тягучую, тёмно‑коричневую жидкость в специальный флакон и плотно закупорил его пробкой.

– Готово, – сказал я, подойдя к комиссии и ставя флакон на край стола.

Вейд взял флакон, открыл пробку, вылил несколько капель на стоящую перед ним миску и стал внимательно рассматривать его. Тем временем флакон взяла магистр Фосс и понюхала получившуюся жидкость. Поставив флакон, взяла миску у Вейда, покачала её, оценивая консистенцию, и чуть заметно кивнула.

– Соответствует стандартам, – сухо констатировала она. – Переходим ко второму заданию.

Крейн поднялся и положил на стол лист пергамента.

– Второе задание, – объявил он. – Вам нужно составить зелье, обладающее следующими эффектами: ускорение регенерации костной ткани, снятие болевого синдрома, лёгкое противовоспалительное действие. Компоненты – любые, из имеющихся в лаборатории. Время на выполнение – один час.

Я взял лист, пробежался глазами по требованиям и задумался. Задача не из простых. Нужно не просто смешать первые попавшиеся травы, а создать сбалансированную композицию, где каждый компонент усилит действие других, а не вступит с ними в конфликт.

Принялся изучать содержимое стола. Корни, травы, порошки, эссенции, масла – глаза разбегались. Решение пришло не сразу. Я вспомнил недавний опыт с Крохом и отвар из окопника. Корень окопника был здесь в одной из емкостей – отлично, он станет основой, его свойства по сращиванию костей бесценны.

Я взял корень, повертел в руках, и система привычно отозвалась:

[Обнаружено: Корень окопника]

[Свойства: Стимулирует регенерацию костной ткани, сращивает переломы, заживляет повреждённые связки и сухожилия. Противовоспалительное и ранозаживляющее средство]

[Качество: Хорошее]

Дальше нужно усилить его эффект. Я перебрал несколько вариантов и остановился на звёздной пыльце. Система подсказала, что она обладала лёгким противовоспалительным действием, ускоряла метаболизм и усиливала регенерацию, но в чистом виде могла вызвать ожог тканей – значит, нужно её стабилизировать.

Я замер, лихорадочно перебирая в памяти страницы книг, прочитанных в библиотеке. «Трактат о редких кореньях»… «Алхимия консолидации»… Вспомнил! Корень «Медовой тишины» способен соединить почти любые ингредиенты, не подавляя их свойств, а лишь смягчая воздействие.

Нашёл его на столе в подписанной склянке. Он оказался мягким, с едва уловимым медовым ароматом. Система подтвердила:

[Обнаружено: Корень «Медовой тишины»]

[Свойства: Обладает уникальной способностью «соединять» множество разнообразных ингредиентов, не подавляя их полезных свойств. При применении в микродозах снимает спазмы и успокаивает нервную систему, не вызывая сонливости]

[Особенность: При нагревании выделяет сильный медовый аромат, по которому легко определить готовность зелья]

[Качество: Безупречное]

– Идеально, – прошептал я.

Оставалось добавить обезболивающее. Вот только какое? Осмотрев стол ещё раз, остановился на «Сонной одури». Система подсказывала, что её стоило добавлять в небольших дозах, чтобы зверь не впал в глубокий сон, а лишь потерял чувствительность к боли.

Определившись с компонентами зелья, приступил к работе. Первым делом настрогал корень окопника тонкими, почти прозрачными ломтиками, затем покромсал их до состояния крупной стружки, переложил в ёмкость, залил холодной водой и поставил на водяную баню вариться. Пока он нагревался, растёр в пыль «Сонную одурь» в отдельной ступке.

Затем взялся за корень «Медовой тишины». Он оказался на удивление мягким, податливым, нож входил в него, как в воск. Я измельчил его до состояния мелкой стружки, и по лаборатории поплыл тонкий, сладковатый запах.

Через пятнадцать минут, когда отвар окопника почти закипел и приобрёл нужную консистенцию, снял его с огня, процедил через чистую тряпицу в другую ёмкость и добавил щепотку звёздной пыльцы. Смесь зашипела, запузырилась, приобретая оранжеватый оттенок.

Я быстро всыпал измельчённый корень «Медовой тишины», и реакция мгновенно успокоилась – шипение стихло, пузыри осели. Осталось добавить обезболивающее. Я высыпал порошок «Сонной одури», тщательно всё перемешал и поставил её на слабый огонь ещё на пять минут, чтобы компоненты окончательно соединились.

Когда снял зелье с огня, оно представляло собой густую жидкость красивого медового цвета, от которой исходил сложный, многогранный аромат – терпкий, сладкий, чуть пряный.

– Готово, – сказал я, переливая зелье в небольшой флакон.

Крейн подошёл, взял флакон, повертел в руках, оценивая цвет и консистенцию, потом понюхал. Его лицо оставалось спокойным, сосредоточенным.

– Окопник, звёздная пыльца, «Медовая тишина» и «Сонная одурь», – пробормотал он. – Вы уверены в пропорциях? «Медовая тишина» – редкий и капризный компонент.

– Уверен, – ответил я твёрдо. – «Сонная одурь» в микродозах снимает боль, не вызывая глубокого сна. «Медовая тишина» смягчает агрессию звёздной пыльцы, сохраняя её регенерирующие свойства, и дополнительно успокаивает нервную систему. Окопник – основа для сращивания кости. Компоненты сбалансированы.

Крейн молча обдумывал услышанное, потом осторожно макнул кончик мизинца в жидкость и лизнул. Несколько секунд он прислушивался к ощущениям, затем вернулся к столу комиссии и передал флакон магистру Фосс.

Та проделала ту же процедуру – оценила цвет, запах, консистенцию. Её лицо оставалось бесстрастным. Когда все члены комиссии изучили зелье, Ингрид Фосс поднялась и подошла ко мне.

– Третье зелье, господин Моррис, – произнесла она ровным, безэмоциональным голосом, – должно обладать следующими свойствами: нейтрализация яда сумрачного паука, который вызвал магический паралич, и восстановление повреждённых магических каналов. Время – один час.

Я замер. Сумрачный паук. Его яд вызывал не просто паралич, а блокировку магических каналов, делая зверя беспомощным. Лечение требовало сложного, многокомпонентного зелья, рецепт которого я видел лишь мельком в одной из старых книг.

Начал лихорадочно перебирать в памяти страницы фолиантов. Сумрачный паук… Яд проникал в каналы, блокируя течение маны… Нужно нейтрализовать токсин, не повредив каналы, и сразу же начать регенерацию.

Обычные средства здесь бессильны – нужно что‑то особенное.

Начал медленно вчитываться в этикетки на ёмкостях. Корни, травы, порошки, эссенции, масла… Глаза нервно разбегались, но я заставлял себя сосредоточиться.

И вдруг увидел небольшую склянку из прозрачного стекла, на этикетке которой значилось: «Светоносная роса». Внутри была прозрачная, чуть тягучая жидкость. Я открыл крышку и осторожно понюхал – никакого запаха, только лёгкое покалывание в носу.

Система отозвалась мгновенно:

[Обнаружено: Светоносная роса]

[Свойства: Обладает мощным очищающим действием против магических ядов и токсинов. Проникает в повреждённые каналы и нейтрализует чужеродную энергию]

[Особенность: В чистом виде может вызвать ожог слизистых. Требует разбавления]

[Качество: Эталонное]

– То, что нужно, – прошептал я.

Неподалеку стоял крошечный флакончик, доверху наполненный светящейся голубоватой пыльцой. «Пыльца мотылька‑лунника», значилось на этикетке. Я открыл его – внутри мерцала бледно‑голубая пыльца.

[Обнаружено: Пыльца мотылька−лунника]

[Свойства: Уникальный регенератор магических каналов. Пыльца не просто заживляет повреждения, а восстанавливает структуру каналов, делая их даже более эластичными, чем прежде. Особенно эффективна при повреждениях, вызванных магическими ядами]