– А почему бы вам не помочь нам? И снова не повоевать с демонами? – спросил Мирад, чем сильно меня озадачил.

И всё же долгое общение с кочевниками меня закалило. Так что моё удивление не продлилось долго. Я даже нашёл слова, не вдаваясь в детали о работорговле и разных взглядах на жизнь. Прежде всего, на человеческую жизнь.

– Это не наша война, хан. Наша закончилась в Илосе, – сказал я. – И снова начнётся там, в Междуречье и Приречье. Нам с вами никак не сойтись. Мы верим в старых богов, вы в своё Небо. Мы не доверяем вам, а вы нам. Нет, хан, я уйду. И уведу и своё маленькое войско, и верных мне кочевников. Я буду сражаться с демонами, да. Но буду делать это самостоятельно.

– Что ж, твоё нежелание присоединиться понятно… В отличие от нежелания Мгелая! – усмехнулся Мирад. – И ты хочешь, чтобы я отправил посланника к своему хану ханов, чтобы донести до него твоё предложение?

– Именно так, – кивнул я. – Я даже готов сразу вернуть ему деньги, что перевозил его караван. Свою часть я доплачу тебе, когда увижу наших пленных, которые нынче в Рамдуне.

– А как ты собираешься Мгелая загнать в Рамдун? – с интересом уточнил Мирад.

И даже украшенные перстнями пальцы сложил домиком.

– А это проще простого, – улыбнулся я. – Он и сам постоянно говорит о том, что надо идти в Рамдун, его люди уже готовы к этому. Сам Мгелай не желает туда идти, он боится. Но если я, моё войско и верные мне кочевники выступят на твоей стороне, то вместе у нас станет больше людей, чем у Мгелая. Мы заставим его идти в город. Когда он окажется под стенами, ты пойдёшь к своему хану ханов. А я уведу своих людей прочь, в сторону Срединного Моста.

– Я подумаю над твоим предложением, воевода Ишер. И если всё, как ты говоришь, я найду тебя, и мы обговорим детали!.. – покивал бородой Мирад, явно намекая на конец встречи.

Я тоже не стал затягивать. Коротко кивнул и вышел в холодную ночь. Если Мирад не станет тянуть из Агалеша мельчайшие подробности, тот лишь подтвердит мою полуправду. Мелкие оговорки пришлый хан предпочтёт не заметить: ему они самому невыгодны.

А у моих людей появился шанс выйти из этой истории целыми. Да ещё и уйти с прибытком, заодно вытащив из плена Часана. Совсем неплохой расклад. Стоило рискнуть сейчас и договориться с Мирадом. Главное, чтобы он согласился.

Ночью спалось беспокойно. Решалась судьба всего нашего путешествия через равнины ханств. И я прекрасно понимал, что рискую. Враньё, даже лёгкое – меч обоюдоострый. Может помочь, а может и тебя самого порезать.

На удивление, мне повезло. Не знаю уж, сложились ли так обстоятельства, или высшие силы решили вмешаться… Однако утром я уже завтракал вместе с Мирадом, сидя в его шатре.

И вызвали, и провели меня в этот шатёр очень осторожно, со всей возможной скрытностью. Что, как минимум, говорило о том, что Мирад ценит наши договорённости.

– Ты необычный человек, воевода! – заметил он вместо приветствия, отщипывая сочную ягоду от грозди. – Я всё пытаюсь понять, зачем тебе гнать Мгелая в Рамдун… Я не спросил у тебя вчера, и этот вопрос не даёт мне с тех пор покоя.

– На него несложно ответить, – отозвался я, усаживаясь на войлок. – Мгелай не хочет воевать. В ваших ханствах никто не хочет воевать с демонами.

– Что и неудивительно… С них добычи‑то нет, – хмыкнув, покивал бородой Мирад.

– А мне нужно, хан, чтобы кочевники с демонами воевали, – честно признался я. – Край Людей под ударом со всех сторон света. Везде идут тяжёлые бои. Демоны теснят всех, и пока не видно этому конца и края. Если вы, жители ханств, не будете воевать наравне со всеми, то…

Я замолчал, обдумывая конец фразы, чтобы сделать его поубедительней. А хан Мирад в нетерпении поторопил меня:

– То что?

– То ничего не изменится. Вы будете умирать, защищая свою землю. Или будете бежать, и всё равно умрёте, но бесполезно для себя и других. А, может быть, такие, как Мгелай, и вовсе кинутся напоследок грабить других людей… Но потом всё равно умрут. А орда… Орда становится только сильнее от любой смерти, хан! – очень серьёзно закончил я.

– Ты как будто похоронил нас, воевода! – Мирад зло прищурился.

– Только ли вас, хан? – я мрачно усмехнулся. – Сейчас я хороню всех людей, хан. Я же сказал: я не вижу в этой войне ни конца, ни края. Либо мы все начинаем убивать демонов так, чтобы четыре орды ослабели… Либо они перебьют нас всех до единого.

– Мне не нравится твой ответ, Ишер! – заметил Мирад, раздавив ягоду в пальцах.

Сок от неё брызнул ему на расписной халат. Хан с брезгливым лицом вытер алые капли с дорогой ткани.

– А уж как он мне самому не нравится, хан… – я абсолютно безразлично пожал плечами. – Моя жизнь – это целая череда событий, которые мне очень не нравятся. Сначала – мирное детство в деревне. А вот потом всё пошло наперекосяк. Гибель деревни от рук разбойников, месть этим разбойникам, Долгая Осада Кечуна, недолгое наёмничество, а потом осада Илоса. Пусть и не слишком долгая, зато кровавая. Я иду через смерть и кровь не первый год. И не смотри на мою молодость. Вся она прошла в тренировках и боях. Я хочу просто мирно пожить, хан.

Я замолчал и отпил вина, надеясь, что хан сменит тему. Однако Мирад внимательно ждал продолжения. Я заставил его ещё потерпеть. Взял с подноса ягоды и, тщательно осмотрев, сунул в рот. А затем принялся спокойно жевать, катая каждую каплю сока на языке. Ягоды – слишком редкое удовольствие в этих землях, чтобы ими разбрасываться. Они здесь – будто сама жизнь, свежая и сладкая, как дыхание ветра и вкус воды.

И, лишь закончив с ягодами и тщательно вытерев пальцы, я продолжил:

– Впереди только смерть и сражения, хан. Вы отказались от Законов Воды и Песка. Что ж, это ваше право. Но нельзя забывать, что законы выросли именно из таких времён. Когда год за годом, десяток за десятком лет – одна кровь, смерть и угасание человеческого рода… Нет, хан, мне это не нравится. Я не знаю никого, кому бы это понравилось. Но Законы Песка и Воды говорят, что перед лицом орды желательно говорить правду. И себе, и другим. Вот я и стараюсь говорить, по мере сил.

– У нас есть шанс выжить, Ишер? – дёрнув уголком губ, спросил Мирад.

– У всех есть. Стойкость, смелость, умение приспособиться к врагу… Это и есть залог выживания, – выдал я ему полуправду, для меня больше похожую на ложь. – Если отбивать натиск орды год за годом, она ослабеет. Она развеется. И тогда наступит мир. На долгие годы, а возможно, и века.

– Орде помогает родиться колдун! – сдвинул брови Мирад.

– Не просто колдун, а обиженный шептун. Шептун, который мечтает мстить людям, – поправил я собеседника. – Если ты думаешь, хан, что, убив всех шептунов, решишь проблему, то нет. Дар шептуна не исчезает, пока в мире остались люди. Он переходит к другим. А если шептунов убивать, то обиженных среди них будет ещё больше.

– Значит, остаётся только сражаться… – задумчиво покивал Мирад. – И рано или поздно с демонами будут сражаться все люди.

– Это так, – подтвердил я. – Даже те, кто хотел отсидеться, вступит в этот бой. И лучше бы все вступили в бой сейчас, а не когда орда станет непобедимой, напившись человеческих жизней.

– Я услышал тебя, воевода… – покачал бородой Мирад. – Кстати… Я поговорил ночью с тем ханом, о котором ты говорил, с Агалешем… Тебя он, оказывается, ненавидит не меньше, чем Мгелая.

– Я чужак, – парировал я, выдержав пристальный взгляд. – Меня Агалеш ненавидел с первого дня. А теперь ненавидит лишь сильнее. В этом ничего удивительного нет.

– Я подумал так же… – с ухмылкой кивнул хан. – Я приму твое предложение, воевода Ишер. Как только передашь мне обратно казну хана ханов Рамдуна, я отправлю к нему отряд. А сам постараюсь потянуть время здесь. Если хан ханов Рамдуна согласится на твоё предложение… Тогда мы исполним твой план, как ты и предлагаешь.