– Я знаю, – прервал я шептуна, взглядом попросив его замолчать.

Это, конечно, полезные сведения, но их можно и позже выслушать. А сейчас только новых женских истерик на тему демонов не хватало.

– Я увидела вас… Думала, успею выскочить… – проговорила Салана, снова начав раскачиваться взад‑вперёд. – И вы уйдёте, и я смогу город покинуть… Но не успела…

Говорить о том, что она, возможно, и не могла успеть, я не стал. Скорее всего, мы оказались в ловушке значительно раньше, чем вошли в город. Туманы на Ржавом Кряже были явлением, от которого сложно сбежать, почти невозможно. Можно запереться в доме, закрыть ставни и двери, разжечь огонь и поддерживать его всю ночь. Но спастись от того, что поджидало в молочной дымке, было нельзя. И уехать от тумана вряд ли бы получилось.

К слову, когда я оглянулся назад, его позади уже не было. Нам словно показали, что мы вошли и теперь не выйдем. После чего туман рассеялся без следа.

– А почему нельзя выйти? – спросил я.

– А вы попробуйте… – опустив голову, предложила Салана. – Это легче увидеть, чем объяснять…

И мы, конечно, попробовали. Вначале я сам хотел, но командиры отговорили, сказав, что не дело воеводам лично всё испытывать. Послали назад, себе за спины, группу разведчиков.

Те отъехали от стен, поначалу держась вдоль каравана. И едва стали удаляться обратно в предместья, как из земли стал подниматься знакомый туман. Быстро заполнив пространство вокруг всадников, он скрыл их от наших глаз. Непроизвольно я положил ладонь на рукоять топора, готовясь рвануть на помощь.

И не успел решиться, как сквозь молочную пелену вновь проступили очертания. Это возвращались наши разведчики. Усилием воли я заставил себя не двигаться с места. Между тем, они выбрались к городу и остановили переханов, удивлённо захлопав глазами. После чего развернулись и осторожно въехали обратно в туман.

Когда они выехали так во второй раз, я махнул рукой и приказал:

– В общем и целом, всё ясно. Скажите ребятам, чтобы заканчивали. Салана, если войти в туман и ехать прямо, не сворачивая, каждый раз возвращаешься на прежнее место? Верно я понял?

– Да, так и есть, воевода… Мы по‑всякому пробовали. И вбок, и назад ехать, и задом наперёд, но конец всегда один. Приезжаешь обратно, на то же место, как по кругу…

– Ладно, – кивнул я и улыбнулся ей, как надеялся, ободряющей улыбкой. – Не проведёшь нас, раз уж мы здесь, во дворец?

– Да, воевода, конечно… – она схватилась за мою руку и поднялась на ноги.

– Садись на телегу, – мягко приказал я. – И отдохнёшь, и быстрее будет.

Мы въезжали в Серебряный Ключ. И мне было плевать, что наводнило страхом эти опустевшие улицы. Потому что я знал одно. Чем бы оно ни было, я найду способ нанести этому «чему‑то» добро.

А потом догнать и нанести снова. Пока оно не сдохнет.

– Я бы сказал, что рад приветствовать тебя, воевода Ишер… Но лучше бы вам было пройти мимо и к нам не заглядывать! – признался старик, когда я представился. – И всё‑таки вежливо будет представиться в ответ, так ведь?

– Да, было бы неплохо, – я улыбнулся.

– Моё имя Урунсих, – усмехнулся в ответ пожилой мужчина. – Когда‑то регой, потом наместник этого города… А теперь и вообще стручок знает что…

Выглядел старик как регой. Хоть и старик. Не знаю, каких усилий ему стоило таскать на себе тяжёлый доспех. Даже мне эти металлические скорлупки казались тяжёлыми. А уж как их надевать и носить, когда волосы на голове седые – и вовсе непонятно.

– А я и вовсе не регой. И, уж тем более, не наместник, – пожал я плечами. – Наёмник – это да, есть такое.

– Тоже верно… Непонятно в наше время, кто есть кто, а главное, зачем… – вздохнул Урунсих. – Куда путь держите, молодёжь?

– В Святилище. Сопровождаем купца, ну и… По своим вопросам, – не вдаваясь в подробности, ответил я.

– Святилище… Оно уж давно под властью этих девок дурных из Священного Храма! – ещё тяжелее вздохнул старик. – Они раньше всё бегали к нам… Требовали от Законов Песка отказаться…

– А ты? – спросил я с интересом.

– А я их всех послал на стручок. Потому что вообще в эти законы не верю… – поджав сухие губы, недовольно признался Урунсих.

Я подумал‑подумал, покосился на старика, вспомнил про уважение к старшим… Подумал, что правда – это тоже своего рода уважение, только для сильных духом…

В связи с чем предельно честно высказался:

– Ну и дурак.

– Эй‑эй!.. – Урунсих аж плечи расправил от возмущения. – Не забывайся, воевода! Я не просто дурак, а старый дурак! Имей уважение к возрасту!

– А, ну да. Извини, был неправ, – легко согласился я.

– А так‑то, конечно… Сейчас вижу, надо было их по другой причине слать… – снова загрустив, сделал выводы старик. – Но кто же знал, что так оно всё закончится?

Мы стояли с ним перед входом во дворец. Внутри этого дворца, затаив дыхание, замерли остатки жителей Серебряного Ключа. На дороге, что серпантином поднималась к городу – замерла, пользуясь моментом отдыха, моя армия.

Урунсих сам вышел нас встретить, а заодно и спросить, кто такие. Однако впускать не спешил. И я бы не стал его за это судить.

Хотя бы потому, что жителей в городе осталось не то чтобы много. Точное количество, конечно, определить было сложновато. Но вряд ли заметно больше, чем две‑три тысячи. И это были не воины, а обычные люди.

А у меня было под четыре тысячи отборных головорезов.

– Это кто там? – неожиданно спросил Урунсих, подслеповато уставившись мне за спину. – Ситранис, ты, что ли, юный недомерок?

– Я, может, и недомерок… – хохотнул регой, распрямив широченные плечи. – А у тебя, старик, зрение плоховато стало. Пора бы тебе к шептуну… Со всем уважением!..

– Вот! С уважением! Не то что некоторые!.. – наставительно потряс пальцем Урунсих, продолжая разглядывать моих людей, а затем вновь обратился к Ситранису: – А со Стражем‑то что случилось?

– Люди на юг ушли! – махнул рукой регой. – А я с со своими боевыми ребятами к Ишеру примкнул. Демонам морды бить.

Урунсих покачал седой бородой и крепко задумался. Я понимал, как ему тяжело в данный момент. К слову, если старик откажет, будет полностью в своём праве. Я бы на его месте тоже сильно сомневался.

– Ладно… Заезжайте! – наконец, удивил меня Урунсих. – Правое крыло – целиком пустое. Но там бы лучше все ставни подпереть, чтобы щелей не было… А если ставен нет, то лучше их до темноты соорудить. Или и вовсе не занимать комнату, а вместо неё найти другую. Ну а ты, Ишер, пошли со мной. Возьми пару‑тройку человек, чтобы моих людей не пугать вашей толпой. Поговорим… Обсудим, что у нас и во всём мире делается… А то как наш городок закрылся, так издалече никаких новостей…

Мы зашли внутрь дворцового комплекса, и я, наконец, смог оценить его устройство изнутри. Собственно, форму диктовал тот самый Серебряный Ключ, который дал название всему городу.

Он бил ровно из середины скалы, на которой располагался дворец. Вокруг его вод, серебристых в лучах солнца, раскинулся обширный двор, больше напоминавший площадь. Конечно, такие открытые пространства не стоит делать там, где солнце палит днём без пощады.

Однако это огромное пространство могло похвастаться не только каскадом водяных резервуаров, но и клумбами с высокими раскидистыми растениями, дававшими тень в полуденный зной.

Сам дворец был построен в форме «П», причём его правое крыло было заметно больше левого. В левом располагались склады и мастерские, на что намекали рабочие станки, большие двустворчатые двери – а главное, кучи мешков, больших глиняных сосудов и ящиков. Собственно, эту мою догадку и подтвердил Урунсих, указав туда рукой:

– Вещи тащите в левое крыло! Сложите там отдельно! И скотину туда гоните! Нечего ей зелёный двор догола объедать…

Меня, Ситраниса, Тадара и Истора он повёл в центральную часть дворца, где сейчас прятались жители города, а также располагались его, Урунсиха, личные покои. Как я понял, Урунсих занимали именно их и до начала истории с туманами.