– Нас не любят. Считают странными и чудаковатыми, – поддержал его Гелай. – Так чего же нам бояться? Что нас будут любить ещё чуточку меньше? Считать нас ещё более чудаковатыми?

– Мы долгие годы строили для своих родов такой образ. Вот теперь он и пригодился, чтобы развязать наши руки! – с усмешкой добавил Севий.

– И чего вы хотите от нас, ханы? – спросил я.

– Мы лишь хотели предупредить тебя, воевода. Хан Мгелай запретил свои людям продавать тебе провиант и еду для животных. Даже втридорога… – с искренним сожалением в голосе проговорил Севий. – Он хочет тебя убить, воевода. И я не понимаю, почему ты ещё здесь, а не ушёл дальше, бросив их, неблагодарных.

– Мы здесь, потому что сюда придут демоны, – ответил я. – И когда они придут, мы будем их убивать. Все вместе.

– Чтобы затем тебя и твоих людей убил Мгелай? – горько усмехнулся Гелай.

– Когда демоны придут, стены их не остановят! – качнул я головой. – Они хлынут в Белый Игс разрушительной волной, вырезая всех подчистую… Только в крепких домах и башнях получится отсидеться.

– Мы слышали твои предупреждения, воевода! – кивнул мне Гелай. – Поэтому и заняли башни поблизости, вместе с родом моего родича. Я справа от вас. Севий – слева.

– К слову, если тебе и твоим людям понадобятся припасы, или вы решите купить переханов, это можно сделать через нас! – широко улыбнулся Севий. – На приказы Мгелая нам плевать, потому что он всё равно нас люто ненавидит.

– Спасибо! – поблагодарил я. – Мы сделали запасы, но будем иметь в виду.

– И всё же, на что ты рассчитываешь, воевода? – спросил Гелай. – Ещё день‑два‑три, и Мгелай наберёт такую силу, что решится на штурм твоей башни.

– Он не успеет, – я кивнул в сторону пустыни. – Гухулы рыскают вокруг стен. В воздухе разлит Дикий Шёпот. Орда уже здесь. Ночью она пойдёт на приступ. Будет много крови и смерти. Ваш народ будет умирать. И, как вы думаете, что выжившие сделают утром?

– Они пойдут к Мгелаю, а тот обвинит во всём тебя! – покачал бородой Севий. – Это же очевидно, воевода!..

– Ты довольно поздно присоединился к нему. Иначе бы знал, что я предупреждал об этом Мгелая каждый день. И всякий раз делал это при множестве свидетелей, – ответил я. – Если он скажет, что я плохо его предупреждал, станет посмешищем для других ханов. А они, думаю, не упустят случая поддеть его побольнее, чтобы затем сковырнуть с трона. Разве нет?

– Если так, завтра у нас будет новый хан ханов… – не без удовольствия в голосе согласился Гелай.

– Не будет. Потому что утром Мгелай побежит ко мне! – поправил я. – Он станет просить больше денег, больше поддержки. А я буду выкручивать ему руки. На этот раз он будет лебезить передо мной за каждую подачку.

– Это имеет смысл… Но можно ли доверять Мгелаю после первого предательства? – пошевелив бровями, намекнул Сегий.

– А я ему изначально не доверял, – честно признался я. – И никому бы не советовал.

– Мне нравится твой подход, воевода! – проговорил Гелай, и морщины на его лице разгладились. – Скажи честно: по твоему мнению, есть ли у нашего народа будущее?

Я молчал долго, глядя на пески и думая, что ответить. Эти двое разительно отличались от своих соплеменников. Но, возможно, они лишь набивались мне в друзья, втирались в доверие? Я бы на месте Мгелая обязательно подослал людей, чтобы узнать планы бывшего союзника.

С другой стороны, я видел, что этих двоих и их рода действительно держали в стороне. Да, на пиру позволили сидеть одному из них за ханским столом. Но только одному: Гелая я там не видел. А мне по‑прежнему требовались кочевники. Как бы всё ни обернулось будущей ночью.

Если Мгелай погибнет, я смогу заключить союз с Севием и Гелаем. А если нет, то через двух ханов‑изгоев можно будет увеличить своё войско. И сделать это за счёт более или менее трезвомыслящих кочевников. Даже если сейчас Гелай и Севий действуют по указке Мгелая, уже завтра утром они могут начать свою игру.

– Ваш народ обречён, – честно ответил я, наконец.

Севий тяжело вздохнул, а Гелай глухо выругался.

– Орда не знает жалости и милосердия. Ей нужно убивать. Много убивать, – проговорил я. – Чем больше и мучительней, тем лучше. Вы отвергли других людей, отказались им помогать. И теперь они не помогут вам. Помощь не придёт. А уйти вам орда не позволит. Да и некуда уходить. Демоны возьмут город за городом, вырежут каждое стойбище. Они уже осадили Ивесан, и, полагаю, дела там плохи…

– Откуда ты знаешь? – удивился Гелай.

– Сказали отпущенные мной пленные и жители Белого Игса, – ответил я, не исказив правды, но позволив себе едва уловимо приврать. – А ещё сказали, что хан Ивесана обещал хану Ингуму за восемь сотен воинов. За такие деньги можно нанять пять таких ратей, как у Мгелая.

– И теперь эти деньги у хана Мгелая? – нахмурился Севий.

– Деньги были спрятаны. Мгелай их не найдёт, – улыбнулся я. – Ему достанется пустая казна. Так на прощание сказал верховный старейшина племени. И я ему верю.

– Как же нам быть, воевода? – напряжённо спросил Севий. – Я хочу сохранить хотя бы часть своего народа…

– Хотя бы тех, кто ещё помнит старых богов и Законы! – покачал бородой Гелай. – Мой человек слышал, что ты сказал пленникам из Белого Игса на прощание. Мы просим такой же милости для наших родов, воевода Ишер из Кечуна. Помоги нам сохранить наших людей…

– Я помогу вам выйти, – кивнул я. – Возможно, не всем удастся прорваться. Соберите всех, кто помнит Законы и старых богов. У вас будет такая возможность. Я найму вас, и вместе мы вырвемся с равнин ханств. Но от вас я не потерплю предательства или интриг. Вы подчинитесь мне, пусть и неявно для других. Согласны на такие условия?

– Я, верховных хан племени саламанов Севий, согласен на твои условия.

– Я, хан из племени саламанов Гелай, согласен на твои условия.

Пергамент бы с ними подписать… Или вообще клятву перед богами взять. Но даже такого согласия было достаточно. И я кивнул:

– Пока оставайтесь чужими нам, и своими – кочевникам, – приказал я. – Будьте ближе к хану, но собирайте своих людей. Если нужны деньги – говорите, найдём. Завтра поддержите меня, когда я буду выгораживать и спасать Мгелая. Но самое главное: переживите эту ночь. Я расскажу вам всё, что надо для этого сделать…

И я рассказал. Как можно подробнее и как можно быстрее. Про каждого демона, и чего от него ждать. Как защитить башню. И как обезопасить тех, кто не может сражаться.

– … Идите к своим родам. И пусть сегодня ночью выживет как можно больше! – закончил я, снова повернувшись в сторону пустыни.

Ханы, как и договаривались, ушли молча, будто мы чужие люди. А я с товарищами остался стоять на стене.

– Стоит ли верить этим кочевникам? – ехидно спросил Истор.

– Да никому здесь верить нельзя… – ответил я, устало улыбнувшись. – Но эти хоть почестнее выглядят… Нам нужны их навыки выживания. Их скот. Их повозки. Мгелай нам добровольно ничего не расскажет. А вот Севий и Гелай, если их племя и в самом деле изгой, выложат нужную информацию.

– Ишер, ты прямо на глазах в моего дядю превращаешься! – заметил Истор неодобрительно. – Он тоже всё интриги крутил, а в результате выпил яду…

– К слову, яд нам тоже могут подсыпать. Кочевники на это горазды… – я снова усмехнулся. – Но ты не беспокойся. Мне это всё ещё противнее, чем тебе. Просто не вижу пока другого выхода.

– Поверю тебе на слово, – хмыкнул Истор. – Пока что ты, воевода, ни разу не ошибся!

– Боюсь, если Ишер хоть раз ошибётся, мы его уже не успеем обвинить… – глубокомысленно вздохнул Ферт. – Так что ты, Ишер, лучше не ошибайся…

В общем, нормальный разговор с ближниками у меня так и не состоялся. А вечер, между тем, стремительно приближался, предвещая скорую развязку.

Я стоял на верхней площадке надвратной башни. Стоял и смотрел, как затухает день.