Принц. Имя отозвалось в голове Кимуры как выстрел. Но еще больше потрясли его вещи, сказанные этим мальчишкой, — про смерть и самоубийство.

— Ты просто получишь током, и всё, потерпи.

— Я не хочу!

— Сам подумай, — сказал четвертый, самый высокий из них. — Что с того, что ты его сейчас не получишь? Тогда мы все его получим. Так что в любом случае тебе этого не избежать. Но если мы все его получим, то будем в обиде на тебя. А если ты сейчас примешь свое наказание, все мы будем тебе благодарны. Если ты в любом случае получишь его, какой вариант ты предпочел бы? Ты хочешь, чтобы мы были на тебя обижены или чтобы остались тебе благодарны?

— Почему просто не притвориться, будто мы сделали это? Скажем Принцу, что мы всё сделали!

— Ты думаешь, он нам поверит? — Высокий горько усмехнулся. — Думаешь, что ты сможешь обмануть Принца?

— Прошу прощения, молодые люди, — Кимура заговорил с ними официально-вежливо, подходя ближе и ведя Ватару за руку. — Правильно ли я понял, что ваши издевательства привели к гибели вашего одноклассника? — Он ободряюще кивнул им. — Я определенно впечатлен. Очень впечатлен.

Школьники переглянулись. Их трое-против-одного мгновенно превратилось в четверку, и они все уставились на Кимуру недоверчивыми изучающими взглядами.

— Вам чего? — мрачно спросил высокий. Его лицо было красным — то ли от страха, то ли от ярости, Кимура не мог сказать точно, но все четверо явно пытались выглядеть крутыми. — Вы что, что-нибудь употребляете?

— Я что-нибудь употребляю? — повторил Кимура. — Да нет, просто вижу, что здесь происходит что-то не то, — сказал он, ткнув пальцем в того, которого несколько мгновений назад держали его товарищи. — Что вы имеете в виду под «шоком»? Это что, электрошокер? Какого хрена вы тут собрались делать?

— О чем это вы?

— Вы болтали довольно громко, так что я все слышал. Вы, ребятки, издевались над своим одноклассником, пока тот не убил себя. Неслабо… И что, теперь вы собрались тут, чтобы обсудить содеянное?

Пока Кимура говорил, Ватару начал тянуть его за рукав.

— Папочка, пойдем домой, — прошептал он.

— Заткнись, старикан. Забирай своего сосунка и проваливай отсюда.

— Кто такой Принц?

Как только он назвал это имя, лица всех четверых стали белыми как мел. Как будто Кимура произнес страшное проклятие. Их реакция еще больше расшевелила его любопытство. И в этот момент он вспомнил — это можно было бы назвать «отложенной реакцией», — что встречал этого школьника в торговом комплексе.

— А, точно, вспомнил Принца. И вас, ребятки, тоже — я видел вас в том туалете… У вас там было секретное совещание. Вы все были напуганы — «о нет, Принц так рассердится, что же нам делать?!» — Дразня их, он возвращался к воспоминанию о встреченном им мальчике, который называл себя Принцем. — Вы что, правда боитесь этого лощеного сопляка с модной стрижкой?

Все четверо молчали.

У высокого в руке был полиэтиленовый пакет из комбини. Кимура быстро шагнул вперед и вырвал пакет из его руки. Лицо мальчишки, застигнутого врасплох, исказилось паникой, и он вцепился в пакет, пытаясь его вернуть. Кимура с легкостью увернулся, схватил левой рукой его протянутую вперед кисть и с силой выкрутил мизинец. Мальчишка издал пронзительный вопль.

— Я сломаю тебе палец. Не думайте, что можете шутить со мной, ребятки, я взрослый дядя. Я пожил побольше вашего и выдержал гораздо больше смертельно скучных часов этой жизни, чем любой из вас. Знаете, сколько раз я ломал людям пальцы? — Несмотря на их смысл, слова Кимуры звучали равнодушно. Он отдал пакет Ватару. — Что там?

— Прекрати это, старикан! — наперебой запротестовали мальчишки.

— Одно движение, и я сломаю ему палец, — пригрозил Кимура. — Сказал же, сделаю.

— Папочка, что это? — Ватару вытащил из пакета какой-то прибор. Это было явно что-то самодельное, похожее на пульт управления игрушечной машины, с торчащими во все стороны проводами и выключателем.

— Ну, и что это такое? — Кимура отпустил руку мальчишки и взял устройство. — Выглядит как блок питания для игрушечного поезда…

У одного из школьных друзей Кимуры, мальчика из богатой семьи, было полно моделей поездов, которыми он очень гордился и обожал всем показывать. Эта штука выглядела как блок питания, который подавал электричество на рельсы. А может, это он и был. Из него выходило несколько проводов, и один из торцов был замотан изолентой. С другого конца свисал шнур с вилкой.

— Для чего он?

Его вопрос повис в воздухе, оставшись без ответа.

Кимура еще раз взглянул на устройство. Затем огляделся вокруг и заметил розетку на стене здания. Видимо, она была там на случай, если рабочим потребуется воспользоваться каким-нибудь электроинструментом. Над ней был пластиковый козырек, предохранявший ее от дождя.

— И что, вы хотели подключить эту штуку к сети, а потом подсоединить провода к его телу и ударить его током? Так? — Постепенно открывая для себя их план, Кимура начал чувствовать себя не в своей тарелке. Когда учился в средней школе, он, конечно, использовал в драках в качестве оружия самые разные вещи, но ему никогда не пришло бы в голову применять электричество, чтобы причинить боль. А это устройство выглядело именно так: его специально модифицировали, чтобы использовать в подобных целях. И чутье подсказывало ему, что оно использовалось достаточно регулярно.

— Вы, ребятки, часто таким занимаетесь?

Использование электрических приборов явно было новой ступенью школьных издевательств, гораздо больше похожих на пытки.

— Это что, была идея Принца?

— Откуда ты знаешь про Принца? — спросил дрожащим голосом мальчишка с каштановыми волосами, которого только что держали его приятели.

— Я встретил его в торговом комплексе сразу после того, как встретил вас, ребятки. Когда все вы были до смерти напуганы и плакались друг другу, что Принц на вас рассердится. Я тоже был там, припоминаете?

— А-а, точно… — Вглядевшись в лицо Кимуры, высокий мальчишка, похоже, его узнал. Вслед за ним стало доходить и до остальных — это ведь тот самый вонявший перегаром мужик, который вмешался в их разговор.

— В тот раз должен был быть наказан Такуя, — каким-то образом имя, услышанное тогда в туалете, всплыло у Кимуры в памяти. — Такуя был до смерти перепуган, потому что не выполнил приказов его высочества Принца, и тот был в ярости. Вы все наперебой повторяли: «О нет, нет, что же нам делать?!» — верно?

Дети снова переглянулись, как будто вели друг с другом беззвучный разговор. Потом круглолицый тихо произнес:

— Такуя мертв.

Остальные трое мгновенно обернулись и осуждающе уставились на него за то, что он сболтнул лишнее при незнакомце, и их лица стали как будто еще бледнее, чем прежде.

— Что ты имеешь в виду под словом «мертв»? Это что, такая метафора? — Кимура говорил беспечным тоном, пытаясь скрыть от самого себя, что ему мало-помалу становится страшно. — Ты имеешь в виду, он мертв, как рок-н-ролл? Профессиональный бейсбол мертв, Такуя мертв — так, что ли?

На лицах мальчишек появились натянутые, вымученные улыбки — не потому, что они смеялись над Кимурой, но потому, что были подавлены его потрясенным видом и, очевидно, внутренне ощущали себя примерно так же.

— То есть ты хочешь сказать, что он действительно мертв? Типа, человек, о котором вы говорили — который прыгнул, — это был Такуя? — Кимура вздохнул. Он никак не ожидал, что события примут такой мрачный оборот. — Ну что ж, если кто-то умер — то это уже навсегда.

Ватару продолжал тянуть его за руку, и сам Кимура уже начал подумывать, что остановиться здесь не было такой уж удачной идеей. Он повернулся, чтобы уйти.

В этот момент услышал за спиной возглас: «Постой, старикан, помоги нам!» — и обернулся. Четверо школьников выглядели испуганными и растерянными. Их лица подергивались мелкой дрожью, как будто они вот-вот собирались расплакаться. «Старикан», — сказал высокий, и круглолицый тотчас подхватил: «Сделай что-нибудь!» — после чего они вместе закончили: «Помоги нам!» Они, конечно, не планировали этого хорового выступления, но получилось как на репетиции школьного праздника. Просто все они одновременно сломались, вдруг поняв, что им нужно попросить о помощи; их голоса перекрывали друг друга, отчего их общая боль казалась еще более пронзительной.