– Нужно просто освежить стрижку. Пожалуйста, не стесняйся отрезать столько, сколько потребуется, чтобы вернуть мне приличный вид.

Корали согласно кивнула, прежде чем схватить небольшой латунный пульверизатор для растений и начать разбрызгивать его содержимое на мои волосы.

– Сперва избавимся от паразитов, – в зеркале отразилась ее усмешка при виде моего потрясения. – Шучу. Это всего лишь обычная дождевая вода, чтобы легче расчесывалось. Из-под крана она гораздо хуже, учитывая количество известняка в почве. Поэтому течет чуть ли не раствор. – Она снова помахала пульверизатором. – Кстати, эту красоту я приобрела в твоей лавке. Мне нравится пользоваться вещами с историей, находить новое применение винтажным предметам. Я была одной из лучших покупательниц Нелл. Жаль, что она покинула нас.

Корали взяла толстый гребень с редкими зубьями, который выглядел так, словно она сама его вырезала из старой кости. Я попыталась не думать, из останков какого животного изготовлена расческа. Но владелица салона неправильно поняла мой настороженный взгляд.

– Не волнуйся, я пользовалась другим гребнем, когда стригла вшивых школьников. – Замечательно – еще одна причина для беспокойства в список моих проблем. – В любом случае, хотя и жаль было потерять нашу старую Нелл, мне очень приятно видеть тебя здесь, – весело продолжила Корали. – Полагаю, тебя ждет впереди генеральная уборка, прежде чем лавка снова откроется. Но, по крайней мере, нет недостатка в товарах. Надеюсь, та пара ваз из зеленого стекла, которую я присмотрела, никуда не делась. Пожалуйста, придержи их для меня, если найдешь. Не перепутаешь – они в форме камышовых кустов, очень приметные.

Расчесав мои увлажненные волосы, собеседница схватила серебряные ножницы с рукоятками в виде летящих аистов. Я выдохнула с облегчением, наполовину ожидая, что она вытащит секатор, чтобы стиль соответствовал наброшенному на меня мешку.

– Их я тоже купила в лавке Нелл.

Я решила, что лучше сознаться в своих намерениях.

– Честно говоря, я изначально не планировала вновь открывать магазин. Но, похоже, придется так поступить, если только не удастся получить разрешение на перевод коттеджа в статус жилого помещения. Редактор местной газеты, Эндрю Глостерр, сегодня утром сообщил мне, что комитет по планированию вряд ли так легко одобрит прошение, если вовсе не отклонит его.

– Ага, – кивнула Корали. – Именно поэтому лавку продавали так дешево. Разве твой юрист не заметил условия сделки? Если нет, значит, смотрел невнимательно.

Я невнятно промычала себе под нос. Клиенты частенько делятся наболевшим с парикмахером, но мне не хотелось пока сообщать подробности своей жизни той, с кем мы только недавно познакомились.

– Однако вряд ли это такая уж проблема, – продолжила она. – Не обязательно открывать лавку каждый день и работать с утра до вечера. Достаточно выбрать походящее тебе время, как поступаю я с салоном. Потому что если бы стригла двадцать четыре часа в сутки, то просто спятила бы. Нелл тоже просто открывалась, когда было настроение. И этого хватит, чтобы члены совета не придирались. А как бонус – возможность довести до белого каления безумца Болта. Он рвал и метал, когда риелтор продал лавку не ему, а тебе.

– Несмотря на отклоненное комитетом градостроения прошение о смене статуса здания?

– Ага. Твой сосед – высокомерный идиот. Он думал, что после покупки коттеджа члены комитета уступят. Конечно, с небольшой помощью с его стороны. Ну, знаешь… – Корали потерла друг о друга кончиками пальцев свободной руки, намекая на деньги. – Эгоистичный капиталист. Я бы не доверила такому и клочок земли. Если хочешь знать мое мнение, Болт слишком уж на дружеской ноге с некоторыми влиятельными людьми из окружной и местной администрации.

– Эндрю уже предупредил меня, хотя и в других выражениях.

Корали кивнула.

– Есть и кое-что еще. Если не проявить бдительность, он может попытаться передвинуть границы участка и украсть половину твоего сада под покровом ночи. Можешь смеяться, но Болт, по слухам, уже испробовал такую же схему в другой деревне, Высоких Горках, что по дороге к трассе. И почти сумел провернуть все безнаказанно.

Отрезав волосы на дюйм[475], Корали рассмотрела зажатые в пальцах кончики против света и недовольно поморщилась. После чего принялась снова щелкать ножницами, в итоге укоротив мою шевелюру еще на дюйм, продолжая делиться информацией.

– Я недолюбливаю безумца с тех пор, как он попытался выселить меня отсюда ради одного из своих перспективных проектов. Хотя мне и удалось прогнать его взашей. Древние купчие на землю подтверждают, что ее можно использовать только в агропромышленной сфере и смежных с ней отраслях. Поэтому я ухаживаю за огородом и выращиваю цветы, которым нахожу применение в салоне. А также сохраняю нетронутым амбар и все инструменты. Фактически парикмахерская – просто окупаемое хобби. Но, между нами, она приносит более солидный доход, чем продажа овощей и изделий декора. Когда я помешала планам Болта, он начал пользоваться грязными методами. Пытался закрыть мой салон, подав жалобу на небезопасные условия. А не получив желаемого результата, распространил отвратительные сплетни, что я угрожаю жизни детей. – Она гневно взмахнула рукой с зажатыми в ней ножницами, блеснув заостренными лезвиями. – Но я честь по чести ухаживаю за огородом и имею право делать что хочу.

– Однако ты не живешь здесь, верно? – поинтересовалась я, обводя взглядом пространство и воображая, как собеседница укладывается спать под крышей в стогах сена.

Когда она обхватила ладонями мою голову и мягко повернула к зеркалу, я не стала сопротивляться, косясь на острые ножницы и не желая, чтобы они ненароком соскочили.

– О нет, – ответила Корали. – Я живу в мини-доме.

– В котором из них? Все коттеджи на аллее выглядели довольно маленькими.

– Я говорила о другом типе компактных помещений. Ты наверняка видела такие в социальных сетях. Люди превращают разного рода строения в передвижные мини-дома. Мой – это старая пастушья хижина на колесах. Она стоит за амбаром, чтобы никто не видел. А называю я ее так, чтобы не хвастаться, будто знаменитый Дэвид Кэмерон написал там свои мемуары[476]. – Я рассмеялась. Кто бы мог подумать, что у парикмахера из деревни и бывшего премьер-министра есть что-то общее? – Обязательно заглядывай ко мне в мини-дом на кофе, и я покажу остальные свои приобретения из лавки Нелл.

– Спасибо за приглашение, с удовольствием им воспользуюсь.

Чем дальше продвигалась стрижка, тем более свободно я чувствовала себя в компании жизнерадостной Корали, радуясь, что встретила в деревне кого-то, с кем можно поболтать по душам. Восхищаясь ее стилем, я задумалась, не попробовать ли придать своему коттеджу столь же богемный вид.

Наконец она схватила со столика перед нами увесистое посеребренное зеркало с ручкой и наклонила его за моей спиной так, чтобы дать мне посмотреть на новую прическу. Я настолько увлеклась разговором, что не заметила, как коротко Корали обрезала волосы. Теперь они доходили лишь до подбородка. Я почувствовала себя только что остриженной овцой.

– Прелестно, – огласила вердикт владелица салона. – Совсем новый образ.

– Я даже не предполагала, что он может скрываться под прежней копной волос, – прокомментировала я.

Она одним движением сдернула мешок с моих плеч и направилась к воротам, чтобы вытряхнуть состриженное наружу через верхнюю часть створки, пояснив:

– Полезный материал для постройки птичьих гнезд. А остальное послужит отличным удобрением для фруктов и овощей.

Если доведется покупать у Корали продукты, постараюсь не вспоминать ее слова за едой. Звучало слегка похоже на каннибализм. Внезапно поспевающие ягоды малины перестали казаться аппетитными.

Я встала, вытащила кошелек из сумочки и уточнила:

– Картой или наличными?