Вот почему, когда Принц заканчивает заново связывать руки и ноги Кимуры с помощью веревок и скотча, он чувствует значительное облегчение. Кимура, кажется, даже не замечает, что его единственный шанс оказать сопротивление ускользнул от него.

Принц ставит чемодан у своих ног, открывает его и обнаруживает стопки банкнот.

— Вот это да! Только посмотри на это, дедуля…

— Ничего удивительного, можно было себе представить. Нет ничего особенного в чемодане, полном наличных. Правда, пластиковые карты — это что-то новенькое.

Принц еще раз осматривает содержимое чемодана — и действительно обнаруживает во внутреннем кармане крышки пять пластиковых карт. На обороте каждой из них написан маркером четырехзначный код доступа.

— Полагаю, это коды для снятия денег.

— Именно. Два варианта оплаты — наличные и карты. Столько мороки…

— Я думаю, если использовать эти карты, то можно определить местонахождение банкомата, где были сняты деньги.

— Вот уж нет, они же не полиция. Во всяком случае, ни те, кто передавал этот чемодан, ни те, кто должны были его получить, уж точно не живут добропорядочной жизнью и не зарабатывают честным путем. Так что у них наверняка есть какие-нибудь договоренности, чтобы они не могли друг друга кинуть.

— Скорее всего… — Принц просматривает несколько купюр. — Слушай, дедуля, ты ведь взял одну из них, верно?

Лицо Кимуры напрягается, а щеки краснеют.

— С чего это ты вдруг решил?

— У меня просто возникло такое ощущение, что, когда ты увидел все это, тебе захотелось кое-что попробовать — например, взять одну или две банкноты, разорвать их в мелкие клочки и спустить в унитаз. Ты это сделал?

Принц замечает, что хмурое лицо Кимуры, мгновение назад бывшее красным от возмущения, побледнело. «Судя по всему, я угадал».

Теперь Кимура начинает пытаться подвигать своими руками и ногами. К сожалению, они уже крепко связаны и перемотаны скотчем. «Если он собирался двигаться, нужно было делать это раньше».

— Эй, дедуля, а ты знаешь, что такое истина? — Принц скидывает туфли, забирается с ногами на сиденье, подтягивает колени к груди и принимается раскачиваться взад-вперед.

— Истина в том, что нет никакой истины.

— Точно, именно так, — соглашается Принц, кивая. — В жизни есть вещи, которые считаются истинными, но никто не знает, являются ли они истинными на самом деле. Поэтому люди, которые способны сказать: «Это — истина!», обладают всей полнотой власти.

— Это слишком сложно для меня. Говорите так, чтобы простые крестьяне могли вас понять, ваше высочество.

— Как в том фильме, «Атомное кафе»[95]. Это очень известный фильм. Там есть эпизод, где солдаты тренируются действовать в условиях ядерной бомбардировки. Они должны войти в зону, где только что была взорвана атомная бомба. Перед тем как туда отправиться, они проходят короткий инструктаж, в ходе которого высокопоставленный чиновник разъясняет им их задание и пишет на доске. «Есть всего три вещи, которых вам следует опасаться, — говорит он. — Взрывная волна, жар и радиация». А потом он говорит, что «радиация — это новая угроза, но это именно то, о чем вам следует беспокоиться меньше всего».

— Как они могли не беспокоиться о радиации?

— Она невидима, и у нее нет запаха. Солдатам говорили, что если они будут следовать инструкциям, то не заболеют. Атомная бомба взорвана, и солдаты маршируют прямо в направлении поднимающегося радиоактивного облака. В своей обычной униформе!

— Ты что, шутишь? И радиация что, им не повредила?

— Дедуля, не говори глупостей. Конечно же, все они заболели лучевой болезнью и потом ужасно страдали. Однако если люди слышат объяснение, в которое им хочется поверить, и если это объяснение исходит от авторитетного человека, облеченного властью, а тот говорит с абсолютной уверенностью: «Нет поводов для беспокойства, всё в порядке!» — то люди по большей части склонны в это верить. Но в действительности тот, кто облечен властью, вовсе не собирается говорить им всей правды. В этом же фильме показано образовательное видео для детей, с симпатичной мультяшной черепашкой. Эта черепашка говорит: «Если случился ядерный взрыв, немедленно прячьтесь! Заберитесь под стол — и все будет хорошо!»

— Как это глупо.

— Мы думаем, что это глупо, но когда правительство спокойно и уверенно заявляет, что это правда, у нас нет другого выбора, кроме как поверить в то, что они правы. Верно ведь? И иногда это действительно может оказаться правильным, учитывая время и место. Как, например, с асбестом. Сейчас его запрещено использовать в строительстве, поскольку асбест вреден для здоровья, но он ценится за то, что обладает устойчивостью к высоким температурам и огнеупорностью. Было время, когда из-за этих качеств все считали, что строить из асбеста здания — самое правильное решение.

— Ты действительно учишься в средней школе? Почему ты так разговариваешь?

«Ну и болван, — думает Принц, беззвучно смеясь. — А как должен, по-твоему, разговаривать ученик средней школы? Если ты читаешь достаточно книг и имеешь достаточно знаний, твоя манера речи развивается естественным образом. Это не имеет никакого отношения к возрасту».

— Но даже после того, как появились сообщения об опасности использования асбеста, потребовалось не меньше десяти лет, чтобы его перестали применять. Большинство людей, по всей видимости, рассуждали так: если он действительно так опасен, были бы массовые протесты и был бы принят закон о запрете асбеста, но поскольку ничего такого не произошло, всё, видимо, не так уж страшно и вообще всё в порядке. Сейчас мы используем вместо асбеста самые разные материалы, но не удивляйся, когда услышишь, что они тоже вредны для здоровья. То же самое с загрязнением окружающей среды, вредной едой и небезопасными лекарствами. Никто не знает, во что можно верить.

— То есть страна прогнила, все политики продажны, все ужасно и кругом один обман? Так, получается? Довольно распространенная точка зрения.

— Это вовсе не то, что я хочу сказать. Смысл сказанного мной в том, что очень просто заставить людей думать, что некая неправда является в действительности истиной. Хотя сейчас я думаю, что даже политики считают это истиной, и они не пытаются кого-либо специально обмануть.

— Ну и… что с того?

— Таким образом, самое важное — это быть тем самым человеком, который указывает другим людям, во что им верить. — «Хотя даже если я это объясню, тебе потребуется вечность, чтобы это понять». — И всё контролируют вовсе не политики. Бюрократы и владельцы крупных корпораций — вот кто задает всему тон. Но ты никогда не увидишь их по телевизору. Большинство людей знают только политиков, которые появляются по телевизору и в газетах. И это удобно тем, кто стоит за ними.

— Ну, бюрократов тоже не так уж сложно увидеть.

— Это правда, и в нашей стране все хорошо во многом благодаря хорошим бюрократам. Но, скажем, кто-то считает, что бюрократы бесполезны, при этом не знает, как они выглядят, кто они, — и тогда ему некуда направить свой гнев и недовольство. Невозможно высказать свои претензии в лицо, которого ты не знаешь. В то же время политики всегда должны работать на публике. Бюрократы этим пользуются. Политики принимают весь огонь на себя, а бюрократы остаются в безопасности за их спинами. А если политик доставляет неприятности, то нет ничего проще, чем дать компрометирующей информации просочиться в прессу… — Принц понимает, что он слишком разговорился. «Наверное, я просто немного взволнован тем, что удалось открыть чемодан». — В общем, тот человек, который владеет информацией и может использовать ее для достижения своих целей, и есть самый сильный. Как с этим чемоданом: просто зная, где он находится, я могу контролировать тех, кто хочет его заполучить.

— Что ты собираешься делать с наличными?

— Ничего. В конце концов, это всего лишь деньги.

— Ну да, верно. Именно так. Это всего лишь деньги.