— Но чтобы вот так, открыто сражаться плечом к плечу рядом с нежитью против церкви… — священник с нескрываемым отвращением посмотрел на трупы людей герцога.

— Хорошо еще, если только этим их грехопадение ограничивается, святой отец, — многозначительно вздохнул я.

И, уловив момент, мысленно потянулся своими невидимыми щупальцами к лежащим в пыли телам.

Морт в моем ядре теперь было более чем достаточно. За время этой скоротечной драки несколько сильных гвардейцев Милоша ожидаемо успели умереть, а смерть сильных разумных, как обычно, весьма щедро наполнила мой опустевший резерв.

Холодные, пульсирующие нити силы мгновенно впились в свежую мёртвую плоть.

Один из трупов красных гвардейцев конвульсивно дёрнулся.

Потом второй.

Третий неестественно выгнулся дугой, с тошнотворным хрустом поставил мертвые ладони на землю и рывком поднялся на ноги.

— Нежить! Они встают! — истошно закричал младший церковник, тыча пальцем.

Гвардейцы Гонза мгновенно развернулись, снова выставляя окровавленное оружие перед собой.

Прямо у них на глазах поднимались убитые люди Милоша.

Один за другим.

— Они поднимаются сами! — в панике выкрикнул кто-то из строя.

— Руби их, парни!

Началась вторая, кульминационная часть моего небольшого лесного представления.

Мои новые, свежеподнятые мертвяки в красных плащах с глухим рычанием бросились на гвардейцев Гонза. Не слишком быстро, чтобы опытные бойцы их успели встретить сталью, но и не настолько медленно, чтобы у инквизитора возникли какие-либо подозрения в искусственности происходящего.

Мечи замелькали снова.

Я, как и положено благородному дону, тоже честно участвовал в зачистке.

Быстро подбежал к мертвяку, которого сам же только что и поднял, и с широкого размаха отсёк ему голову. Хорошо еще, что это был обычный батрак-Бродяга, и при его уничтожении пропадет не так уж много ценных морт. Искусство требует жертв.

— Получай, адская мерзость! — пафосно воскликнул я для большей убедительности.

Святой отец, впечатленный моим рвением, торжественно осенил меня священным знаком Света.

Хороший, в сущности, человек. Благодарный.

За несколько минут интенсивной рубки со всеми поднятыми трупами было покончено. Последний безголовый мертвец в красном плаще ещё немного подёргался на земле, скребя пальцами пыль, после чего окончательно затих.

Морты, вложенные в этих одноразовых мертвецов, я частично успел перехватить и вернуть в ядро прямо перед физическим уничтожением тел. Не все, конечно — часть энергии безвозвратно рассеялась из-за сильных физических повреждений структуры, — но большую часть я всё же забрал обратно.

Святой отец смотрел на дымящиеся останки гвардейцев так, словно они только что лично, под присягой подтвердили все его самые худшие инквизиторские подозрения.

— Мы находимся не в проклятой Серой зоне, — потрясенно произнёс он.

— Именно так. Здесь освящённые, имперские земли! — сурово рявкнул подошедший инквизитор. — Эти люди ни при каких обстоятельствах не могли подняться в виде нежити сами по себе. Тем более так чудовищно быстро после смерти!

Я глубокомысленно нахмурился, всем своим видом показывая крайне напряжённую работу дедуктивной мысли.

— И что же это тогда значит, святой отец?

Церковник тяжело сглотнул, вытирая пот со лба.

Его взгляд с ужасом перешёл с одного растерзанного тела на другое. На лицах окружающих гвардейцев и младших магов я видел искренний страх, растерянность и абсолютную готовность безоговорочно поверить в любое, даже самое бредовое объяснение, лишь бы оно исходило от авторитетного человека в белой сутане.

— Это значит… — медленно, взвешивая каждое страшное слово, сказал святой отец, — что личные гвардейцы господина герцога Милоша не просто вступили в преступный сговор с беглыми некромантами.

Он смертельно побледнел.

— Они добровольно отдали им свои бессмертные души.

По уставшему строю церковников и гвардейцев Гонза прокатился испуганный, шелестящий шёпот.

— Боги милосердные! — ахнул я.

— Полностью, без остатка продались тьме! — громко продолжил священник, всё сильнее и сильнее разгоняя самого себя в праведном гневе. — Стали прижизненными поборниками некромантов и сосудами скверны! Их живые тела были заранее осквернены темными ритуалами. Именно поэтому после физической смерти они поднялись практически мгновенно! Свет покинул их!

Я медленно, с пониманием кивнул.

— Вот как… Теперь всё сходится.

На самом деле, с точки зрения магической теории, не сходилось вообще ничего, но мешать взбудораженному человеку самостоятельно строить такую удобную для меня картину мира было бы верхом невежливости.

Главный церковник в ужасе схватился за сердце.

— Сам герцог Милош… Его личные, доверенные люди… Если подобная ересь уже проникла в столицу…

— То угроза заражения может быть уже среди самой высшей знати Империи, — услужливо подсказал я, подливая масла в огонь.

Святой отец крупно вздрогнул.

— Именно!

— Возможно, осквернены не только эти рядовые гвардейцы, но и офицеры.

— Именно!

— Возможно, прямо сейчас в столице беспрепятственно действует целая тайная секта некромантов под покровительством герцога! — вдарился я в откровенную конспирологию.

— Именно так! — почти завопил он, осененный этой страшной догадкой, а затем резко повернулся к своим людям: — Собираемся! Немедленно, слышите, немедленно возвращаемся к Святому престолу! Об этом беспрецедентном заговоре должен срочно узнать верховный иерарх Инквизиции!

Церковники тут же засуетились, как потревоженные муравьи. Один принялся наспех перевязывать раненых, другой бережно поднял с земли оброненную сумку со святыми реликвиями, третий уже со всех ног побежал ловить разбежавшихся лошадей.

Младший священник, однако, растерянно посмотрел в сторону тёмного леса.

— Но святой отец, как же та тварь? — робко спросил он. — Та рогатая нежить, что носится по округе? Мы ведь должны были её выследить и уничтожить по приказу.

Речь, разумеется, шла о моей лич-Мурке.

— О какой нежити может быть речь, — строго и укоризненно произнёс я, перебивая, — если тотальная опасность, возможно, уже проникла в самое сердце Империи, в столицу?

Младший церковник задумался, почесывая тонкую бородку.

— Но ведь приказ…

— Просто представьте на секунду, юноша, что за то время, пока вы будете здесь бесцельно бегать по лесам за одной-единственной коровой, коварные некроманты осквернят и обратят в свою веру ещё один знатный дворянский род!

— Святой отец, господин дворянин абсолютно прав! — горячо вмешался другой служитель Света.

— Разумеется, он прав, — безапелляционно отрезал главный священник. — Мы немедленно выступаем в город. Гонз, вы со своими людьми останетесь здесь, оцепите территорию и позаботитесь о сожжении оскверненных трупов.

Командир гвардейцев Брисмана недовольно поморщился от такой грязной работы, но спорить с церковью не стал.

— Будет исполнено, святой отец.

Священник повернулся ко мне. Лицо его выражало крайнюю степень признательности.

— А вы, господин Горд, проявили сегодня истинное, неподдельное благородство и мужество. Святой престол никогда не забудет, что вы с риском для жизни спасли жизнь его служителю и вовремя помогли разоблачить это страшное гнездо ереси.

— Я лишь скромно исполнил свой долг перед Светом, — склонил я голову.

— Благословение Света да пребудет с вами вовек.

Он торжественно возложил тяжелую, горячую ладонь мне на плечо, быстро пробормотал короткую очищающую молитву, после чего, подхватив полы рясы, поспешил к поданной лошади.

Я с легким сердцем проводил суетящихся церковников взглядом.

Их отряд очень быстро собрался, перестроился и форсированным маршем двинулся по ночной дороге обратно в сторону столицы. Белые плащи еще несколько раз мелькнули между деревьями на повороте и вскоре окончательно исчезли из вида.