— Если я и соберусь в столицу, мне нужно всё взвесить и привести дела в порядок, — наконец ответил я, посмотрев Игнатию в глаза. — Я подумаю пару дней. Когда ориентировочно состоится первый суд?

— Через две недели, — тут же отозвался Игнатий.

— Хорошо. Принято, — я одним махом допил сок, с легким стуком поставил пустой кубок на деревянную столешницу и поднялся из-за стола, давая понять, что разговор окончен. — До свидания, господин дворянин Шторм. И приятного вам пути обратно в столицу.

Развернувшись, я зашагал прочь, больше не глядя на Шторма и не обращая на него никакого внимания. Пусть сам переваривает услышанное, мое дело — расставить границы. Я вернулся за стол, где Кира с Тагором сидели над почти нетронутыми порциями остывающего мяса и целых десертов. Видимо, от переживаний аппетита у них не было, и всё то время, пока мы беседовали, они то и дело поглядывали в нашу сторону, ожидая подвоха или скорой драки.

— Что случилось, Артур? — настороженно спросила Кира, чуть подавшись вперед и покосившись на оставшегося неприкаянным Шторма. Тот, к слову, никуда не ушел и теперь невозмутимо попивал сок из кубка — и правда, не пропадать же добру, за которое уже уплочено.

— Да так, — я пожал плечами, присаживаясь рядом и пододвигая к себе тарелку. Мой аппетит, наоборот, только разыгрался. Накинулся на печёные яблоки с орехами и изюмом. — Зовут на суд в столицу. В качестве свидетеля вроде как.

Кира, последовавшая моему примеру и тоже взявшая медовое яблоко, удивлённо округлила глаза и даже жевать перестала, так и замерев с недоеденным куском в руке. Тагор тоже заметно напрягся, переведя взгляд с меня на гвардейца.

— Ты поедешь? — тут же спросила девушка, и в ее голосе проскользнули нотки плохо скрываемой тревоги.

— Сегодня я никуда не поеду в любом случае, и завтра-послезавтра тоже, — успокоил я её, отправляя в рот сладость. — Сначала дела насущные, а столичные разборки могут и подождать. Мы еще не выполнили цель поездки в Сонмище. Надо найти купца Гунта и договориться о поставках. Без стабильного сбыта мы утонем в масле.

Гунта нам недавно присоветовал барон Корф, ручаясь за его порядочность, так что мы не стали тянуть время и направились прямиком к нему. Дом купца находился в весьма престижном районе Сонмища — это было добротное двухэтажное каменное строение с массивной дубовой дверью и ухоженным двором, сразу выдающим достаток и основательность хозяина. Внутри нас встретили с должным почтением: услужливый приказчик принял наши плащи и сразу проводил в богато обставленный кабинет, где пахло дорогим табаком и свежим сургучом.

Купец оказался мужиком деловым, с цепким взглядом глубоко посаженных глаз, привыкших считать деньги.

— Рад приветствовать вас, господин дворянин, — Гунт вежливо склонил голову, указывая на удобное кожаное кресло для гостей. — Барон Корф уже прислал весточку, что вы можете заглянуть по поводу масла. Чем могу быть полезен? Всегда рад новому сотрудничеству с достойными людьми.

— Перейдем сразу к делу, — ответил я, устраиваясь поудобнее и отказываясь от предложенных напитков. — Мне нужен покупатель для регулярных партий товара. Образцы лежат в повозке. Хочу, чтобы вы лично оценили качество, прежде чем мы заговорим о ценах.

Мы вместе вышли во двор посмотреть привезенное. Гунт придирчиво осмотрел бочонки, понюхал содержимое, попробовал на кончике ножа, после чего остался весьма доволен качеством, даже одобрительно прицокнув языком. Мы быстро ударили по рукам насчёт объемов первых поставок, включая то самое топлёное молоко. Но в самом конце разговора я сразу выставил одно непреложное условие.

— Забирать товар будете строго за воротами, — предупредил я, глядя прямо в глаза собеседнику. — Я прикажу оборудовать там специальную погрузочную площадку. Заезжать на саму территорию фермы вашим людям запрещено. Ни под каким предлогом.

— Осмелюсь спросить, а почему так, господин дворянин? — мягко поинтересовался Гунт, слегка нахмурившись, ведь обычно возчики заезжали прямо во дворы производителей для удобства погрузки.

— Производство у меня специфическое, строгие порядки, лишние глаза и грязь с колес там ни к чему, — веско ответил я, давая понять, что дискуссия окончена, хотя про себя добавил: «Исключительно ради блага и безопасности ваших же людей, потому что мои подопечные могут и не разобрать, кто там без спроса заехал».

Купец смерил меня оценивающим взглядом, очевидно взвешивая риски, но спорить не стал. Решил, видимо, что у каждого дворянина свои причуды, и вникать в них себе дороже. Главное — отличный товар и стабильная прибыль, а откуда его грузить — дело десятое, лишь бы телеги не простаивали.

Закончив с делами, мы с Тагором и Кирой погрузились в повозку и двинулись обратно на ферму. Впереди было много работы, и грядущие столичные проблемы на фоне этого казались пока лишь мелкой помехой на горизонте.

Мерный стук колес убаюкивал, и я уже начал дремать, но на полпути мне пришлось резко взбодриться. На дорогу из подлеска начали вываливаться мертвяки. И всё бы ничего — обычное дело в этих краях, к которому все давно привыкли, — но я сразу приметил одну странность. Они не просто перли напролом тупой толпой, спотыкаясь друг о друга, как это бывало раньше. Они двигались шеренгой, грамотно расходясь в стороны и пытаясь взять нашу повозку в широкое кольцо, словно выполняя команду невидимого командира.

Мне это не понравилось. Ничего хорошего от умнеющих бесхозных мертвяков ждать не приходилось. Упокоить их не составило никакого труда — я достал арбалет и методично, болт за болтом, раздал всем особо прытким по «успокоительному». Щелчок тетивы, глухой удар — и очередной мертвяк валился в придорожную пыль. Кира даже не испугалась и не заметила ничего необычного в их поведении, посчитав это стандартной заминкой в пути. А вот я крепко задумался, перезаряжая оружие. Мертвяки вдруг стали проявлять слаженность и задатки примитивной тактики. Это означало только одно: заклинание Серой Зоны, кто бы его ни поддерживал, начало эволюционировать. Влияние менялось, делая тварей умнее, и если этот процесс не остановится, скоро местным понадобятся стены повыше и болты потолще.

По приезде на ферму нас ждала куда более приятная картина, заставившая меня отвлечься от посторонних мыслей. Мои батраки зря не сидели, да и не могли — усталости они не знали. Строители ранга Понимающий вовсю командовали Мутантами, раздавая немые приказы с эффективностью заправских десятниковУже были возведены два сруба под крышу — крепкие, деревянные, из бруса и досок, подаренных бароном Корфом. Коровник планируется большим (с расчетом на 10–12 коров) и обязательно с просторным сеновалом на втором уровне, чтобы зимовать с комфортом и запасом. Каменная трамбовка носится туда-сюда не у дел — трамбовать-то пока нечего, а магическая энергия через край плещет. Тагор радостный тоже бегает вдоль кузни, оглаживая свежие бревна руками — надо бы еще ему наковальню и молот найти, который он сможет удержать своими мальчишескими руками. Ну, скоро основные постройки докончат, и можно забор укрепить — строители в этом шарят лучше любого меня. Тут же Пятачок радостный с палкой-деревцем в зубах, ну а Вуди круги наматывает, разведывая.

Пока Кира хлопотала на кухне, звеня посудой и накрывая на стол для позднего ужина, я пошёл проведать прорабов, чтобы получше оценить масштаб сделанного.

Ко мне тут же подошел Гост, отряхивая руки от опилок. Строитель-мертвяк протянул мне несколько деревянных дощечек, на которых мелом были начерчены кривоватые, но вполне понятные и даже детальные схемы. Я присмотрелся к одной, пытаясь вникнуть в инженерную мысль нежити. Это был проект водопровода: траншеи, стоки и система подачи, нарисованная с поразительной логикой.

— И что, это будет работать? Получится? — с сомнением спросил я, разглядывая чертежи и прикидывая объем земляных работ.

Гост промолчал — говорить он, по понятным причинам, не мог, — но как-то очень уверенно переступил с ноги на ногу и с достоинством склонил голову. Типа: «Обижаешь, хозяин, всё сделаем в лучшем виде, ни капли мимо не прольется».