Зверь дёрнулся, рык стал громче, но он не попытался меня укусить. Я не убирал руку, просто гладил его по голове, раз за разом проводя пальцами между острыми лисьими ушками.

— Тише, тише, — бормотал я. — Всё хорошо.

Прошла, наверное, минута. Рык постепенно стих, сменившись тяжёлым, прерывистым дыханием. Глаза Кроха оставались открытыми, но веки чуть опустились. Он позволил себя гладить — это невероятно.

Внутри разлилось тёплое чувство: маленькая, хрупкая победа.

Я убрал руку, не желая испытывать его терпение, и ушел в главный зал. Люмин тут же запрыгнул ко мне на колени, стоило сесть на табурет.

— Ну, что будем делать? — спросил я, поглаживая его. — Дел невпроворот.

Погладив Люмина, вдруг с удивительной остротой осознал, что умираю с голоду. Вчерашняя похлёбка давно переварилась и исчезла в бездонной топке молодого, восстанавливающегося организма, к тому же, звери с утра не ели.

Я заставил себя подняться, прошёл на кухню и заглянул в мешок с крупой, на дне которого жалкой горсткой серела ячневая крупа. Маловато будет… Зелени, припасённой для Люмина, тоже не осталось, а денег на покупку припасов не было.

— Ну что ж, — сказал вслух, обращаясь скорее к самому себе, чем к увязавшемуся за мной Люмину. — Будем выкручиваться.

Я развёл огонь в очаге, поставил котелок с водой и высыпал туда всю оставшуюся крупу. Пока вода закипала, вышел во двор и направился к запущенному огороду. Люмин радостно носился по двору, наслаждаясь свободой, а я бродил среди буйной растительности, пытаясь найти хоть что-то съедобное.

Первым делом прошёлся по местам, где в прошлый раз нашёл еду, и почти сразу обнаружил искомое.

[Обнаружено растение: Лук полевой (дикий). Луковицы и перья съедобны. Вкус острый, пряный. Пищевая ценность: низкая]

Рядом росла кислица с нежными кисловатыми листочками-сердечками.

[Обнаружено растение: Кислица лесная. Листья съедобны в небольших количествах, богаты витамином C. Вкус кислый, освежающий]

Чуть поодаль виднелись кустики дикой репы.

[Обнаружено растение: Дикая репа (турнепс). Корнеплод съедобен после тепловой обработки. Вкус горьковатый, землистый. Пищевая ценность: средняя]

Я нарвал пригоршню лука и кислицы, выкопал пару репок и вернулся в лавку. Нарубив лук и зелень, подождал, пока каша закипит, и добавил нарезанную на кубики репу. Убавив огонь, стал дожидаться готовности варева. Чтобы не терять времени, нарвал свежей травы, клевера, листьев одуванчика, промыл их и положил в миску зайцелопу.

Вернувшись на кухню, поставил её перед Люмином, и он с упоением захрустел, кося на меня огромным янтарным глазом. Следом дождался готовности каши и перелил часть в отельную миску для Кроха. Дав ей немного остыть, осторожно, стараясь не расплескать, понёс миску в спальню.

Крох, сидевший у кровати, заметив меня с миской в руках, напрягся. Его сапфировые глаза следили за каждым моим движением с привычной настороженностью.

— Поешь, — тихо сказал я, ставя миску на пол в полуметре от его морды. — Тебе нужны силы.

Не желая его нервировать, вернулся на кухню, налил себе каши, добавив лук и зелень. Она получилась жидковатой, но с луком и зеленью пахла вполне аппетитно. Вышел во двор и остановился перед огородом. Принявшись за еду, смотрел на запущенный, но полный жизни клочок земли, и в голову пришла неожиданная, но чертовски правильная мысль.

А почему бы, собственно, не начать его возделывать?

Я могу расчистить грядки, вскопать землю и высадить съедобные растения — тот же лук, репу, зелень. Это решит проблему с едой, пусть и частично, но если копнуть глубже…

Что мешало мне попытаться выращивать не только еду, но и полезные травы? Те же ингредиенты для лекарств, за которыми собирался идти в Лес, рискуя жизнью. Конечно, агрономом я не был и понятия не имел, какие условия нужны растениям, тем более магическим, но попытка не пытка. Даже если приживётся хотя бы часть, это станет огромным подспорьем!

Я представил себе аккуратные грядки с полезными травами, зеленью, кореньями. Своя, пусть маленькая, но аптекарская грядка. Идея показалась настолько захватывающей, что едва не выплеснул остатки каши.

— Вот этим и займёмся, — решил я. — Как только вернусь.

А пока нужно решить, что делать со зверями: взять их с собой в Лес или оставить в лавке? Оставить страшно — даже запертая дверь не гарантировала безопасности. К тому же, я понятия не имел, сколько продлится поход: день, три или целую неделю? Без еды и воды они просто погибнут.

Взять с собой тоже риск. Лес опасен, и любой хищник может запросто убить их, а моя задача минимум — выжить самому и, по возможности, помочь отряду. Потащить с собой двух молодых, необученных зверей — значит, подвергнуть их смертельной опасности и создать проблемы себе и другим.

Я подошёл к колодцу и облокотился на него спиной. Люмин, закончив с травой, подбежал и ткнулся носом мне в ногу, словно спрашивая, что случилось.

— Думаю, ушастый, — ответил я, глядя на него.

Вдруг меня осенило. Посмотрел на Люмина и вспомнил свой первый поход. Именно его удивительное чутьё, скрытое свойство «Усиленное обоняние», помогло мне найти ледяные ягоды, когда даже опытные охотники уже отчаялись. Так кто, как не он, сможет подсказать, где искать какое-нибудь спрятанное редкое растение, если возникнет необходимость?

Тем более, лапа Люмина полностью зажила, а сам зверь оказался довольно быстрым и юрким. В случае опасности он сумеет спрятаться или улизнуть быстрее многих, так что станет не обузой, а невероятно полезным помощником.

Тогда мой взгляд упал на окно спальни, в которой лежал Крох. Вот с ним всё сложнее. По-хорошему, ему следовало бы полежать ещё как минимум несколько дней. Потащить его в Лес — значит, свести на нет все мои усилия: кость может снова сместиться, начнется воспаление, и тогда… Но оставить его одного? Беспомощного, без еды, воды и ухода на несколько дней? Это равносильно убийству. Конечно, можно попросить Борка приглядеть за ним — не думаю, что он откажет, но трактирщик не ветеринар и не врач, поэтому не сможет следить за тем, правильно ли срастается кость. Да и Крох просто не подпустит его к себе, даже обработать ссадины.

И тут я вспомнил о его скрытом свойстве — «Предчувствие опасности». Не до конца понимал, что оно из себя представляло, но Крох напряжено смотрел на дверь, перед тем как я открыл ее отморозкам, а я, дурья бошка, не прислушался к его предчувствию, забыв о его свойстве… В таком случае, Крох не беспомощный пациент, а живой детектор угроз — он может предупредить меня о засаде или о приближении хищников.

Выпрямился, приняв решение. Это выбор между двумя видами риска, и я выбрал тот, который давал мне, а значит, и им, хоть какой-то шанс.

— Значит так, малой, — сказал я зайцелопу, который тут же навострил уши. — Скоро отправимся в путешествие, но ты должен беспрекословно меня слушаться.

Люмин радостно пискнул, явно не понимая смысла слов, но одобряя сам настрой.

Помыв тарелку, вернулся в лавку и первым делом занялся сборами. Достав походный ранец, с которым ходил с дядей, начал складывать в него оставшиеся пустые склянки. Их оказалось всего девять — катастрофически мало для моих задумок.

Вот только где взять ещё? Денег на покупку нет, да и кто мне их продаст… И тут мой взгляд упал на дверь, ведущую во двор. Точнее туда, где располагалась моя импровизированная «биоопасная свалка Средневековья».

— А ведь я выкинул туда кучу просроченных зелий, — пробормотал я. — Вместе со склянками!

Вышел во двор вместе с Люмином, что ходил за мной хвостом. Подойдя к зловонной куче отходов, я поморщился от ударившего в нос кислого, гнилостного запаха.

— Ну, за работу, — вздохнул я и, вооружившись палкой, принялся осторожно раскапывать содержимое.

Минут через десять, измазавшись в липкой, дурно пахнущей жиже, извлёк около десятка уцелевших склянок. Сложил их в сторону, затем, морщась, вылил остатки из найденных склянок обратно в яму и отправился к колодцу. Надеюсь, после этого в яме не вырастет какое-нибудь плотоядное чудовище.