Я снова замолчал, глядя на людей. Теперь они смотрели на меня со смесью страха и смущения.

– Все вы трупы! – проговорил я. – И только благодаря моему, воеводы Ишера, заступничеству, вы стоите здесь! Только потому, что я, чтя Законы Воды и Песка, попросил вас не убивать! Только потому что я просил не проливать в городе реки крови, вы все живы!

Я перевёл дух и попытался успокоиться. Происходящее заставляло меня сдерживать рвущуюся наружу ярость. Я уже и сам хотел достать топор, чтобы порубить тут всех к демонам. Илос им, видите ли, гадость сделал… Ублюдки неблагодарные.

– Я, воевода Ишер из Кечуна, защитник Кечуна и Илоса, дарую вам последнюю милость старых богов! – взяв себя в руки, проговорил я. – Я дарю вам право собраться и уйти из этого города, чтобы не были больше нарушены Законы Воды и Песка!

Толпа зашумела. И не было в этом шуме ни радости, ни надежды. Я, кстати, отлично понимал причину. Поэтому, сделав шаг к верховному старейшине, тихо спросил:

– Ты знаешь, старик, где за пределами города достать этим людям воду и еду?

– Есть гостевой дом на севере от города. Там склады хана ханов, есть еда и вода… Есть оружие… Но нам запрещено брать эти вещи! – всплеснул он руками в разукрашенных рукавах.

– То есть… Ты готов сдохнуть, но выполнить волю мёртвого вождя? – удивился Истор.

– Нет… Но… Хан ханов жив! Старший сын убитого увёл воинов в Ивесан на помощь! – вскинулся один из знатных мужчин.

– Считайте, что он мёртв, – хмуро ответил я ему. – Орда идёт на восток, она взяла Илос, она уничтожает стойбища, она уже пришла в Ивесан. Лучше идите к складам и возьмите там всё, что нужно.

– И что нам после этого делать? – смутился верховный старейшина.

– Меня это не касается, – качнул я головой. – Вы сами выбрали жить по иным законам. Вас нигде больше не ждут. Вам самим решать, как жить дальше. Мы откроем вам эти ворота и позволим уйти. На этом наша милость заканчивается. Мы чужаки вам, вы – нам. Не ждите от других милостей больше, чем сами бы дали в такой ситуации. Уходите!

Я вновь повернулся к толпе и громко сказал. Так, чтобы уж точно разобрали все:

– Мы откроем ворота! Уходите! А кто останется, пусть это будет его выбор! Я не буду мешать воинам хана Мгелая отдыхать после их победы! Это их право по вашим же законам! И ваша судьба!.. Откройте ворота!

Вернувшись в надвратную башню, я встал на стене. Так некоторое время и стоял, глядя, как тянется людская река, вытекающая из города. Прошла чаша, затем ещё одна… На стену выбрался Аримир, а рядом с ним шёл местный верховный старейшина.

Не поворачивая головы, я спросил:

– Чего тебе, старик?

– Ты отпустил людей моего рода… – глядя на бесконечную людскую реку, заговорил он. – И воинов, и простых людей… Если мы сумеем найти нового хана, наш род будет жить.

– Ну и валите… – я пожал плечами.

– Я не хочу, чтобы дары, собранные моим ханом, попали в лапы этому ублюдку Мгелаю! – тихо сказал старейшина, сверкнув бледными глазами. – Во дворце есть тайник, воевода Ишер из Кечуна. В этом тайнике – казна моего хана. Забери её себе! Забери и не отдавай ублюдку Мгелаю, да сгнить ему и всем его воинам в песках!

– Где находится тайник? – спросил я, даже не представляя, как незаметно до него добраться.

– В него можно попасть из города! – ещё тише заговорил старейшина, подавшись вперёд. – На площади перед дворцом есть караулка стражи! Внутри к стене приделан держатель лампы… Потяни за него вниз, до щелчка, а потом вверх. Откроется часть кладки. Сдвинешь её, спустишься в тайный ход, ведущий во дворец. На той стороне попадёшь в тайник. Бери там всё, воевода! Бери сейчас, пока эти помойные иухи из племени торико не нашли его!

– Чего сам‑то не забрал? – удивился я.

– Мог бы забрать, уже забрал бы!.. – хмуро бросил старик. – Но лучше пусть возьмёт тот, кто отпустил людей моего рода, чем сокровище достанется этим!..

Старик мотнул головой в сторону Белого Игса, где, судя по звукам, как раз обчищали дома.

– Я услышал тебя, старейшина. Постараюсь успеть до людей Мгелая, но обещать не буду. Своё право на долю в добыче и грабеже я отдал за ваши жизни, – ответил я, чем поверг старейшину в глубокий шок.

Он выпучил глаза и посмотрел на меня, не веря своим ушам.

– Уходи, старик! Уходи за своими! – я кивнул вниз со стены. – Уходите как можно дальше и, может, вам даже повезёт выжить. Четыре орды пришли в Край Людей. С четырёх сторон света сползлись демоны. Но если есть у вас воля к жизни, вы найдёте способ сохранить жизнь. Прощай!

– Прощай, Ишер, воевода из Кечуна… – по‑прежнему чуть растерянно проговорил старик. – Мой род будет помнить твой поступок…

«Ещё чего не хватало!» – подумал я.

«А тебе говорили, что ты везде старую веру поддерживаешь!» – ехидно заметил внутренний голос.

И, пожалуй, он был снова прав, сволочь такая. А мне предстояло придумать, как выкрасть казну хана Ингума из‑под носа у Мгелая. И да, я собирался это сделать. Потому что золото никогда не бывает лишним. А мы на вероломных «союзничков» изрядно потратились.

Солнце ещё не зашло, а со стороны дворца уже неслись радостные крики. У Мгелая с друзьями явно начиналось празднование. Мои люди готовились оборонять надвратную башню, обустраивались. А я всё думал и думал, пока не пришёл к выводу, что надо выждать.

У меня созрел план, как выкрасть казну Ингума. Но для начала надо было, чтобы Мгелай выполнил своё обещание. Чтобы пригласил меня во дворец на пир. И усатый подлец не подвёл. Запыхавшийся посыльный передал мне устное приглашение. Встречать его я вышел не один, а с охраной в десять человек.

– Хан сказал привести только тебя! – заупрямился при виде них воин, который принёс приглашение.

Что характерно, никаких «воевода» и прочего словоблудия. И даже никаких уважительных поклонов. Видимо, крепко пошатнулось сегодня моё положение у ханов. А вот на праздничный пир меня ещё звали, и это радовало.

– Город только сегодня взяли, воин! – процедил я. – Уверены, что убили в нём всех врагов? Ты и сам‑то, гляжу, не один приехал…

Я кивнул на небольшой отряд, топтавшийся за спиной посланника. Задумчивая складка пронизала его гладкий лоб, но воин всё же нашёл аргумент:

– Мы бы сами охраняли тебя!

– А на обратном пути кто меня будет охранять? – напоказ засмеялся я. – Не могу же я оставить своих людей на всю ночь без командира! Да и вспомнит ли кто из вас выделить мне охрану после пира?

– Вспомнят‑вспомнят! – заверил меня воин.

– Это хорошо, если так… – горделиво кивнул я. – А если забудут от выпитого на пиру?.. Одному, что ли, идти?

Парень задумался. Непривычный процесс шёл тяжело. Так что я решил ковать железо, пока горячо. Сделал важное лицо и хлопнул воина по плечу, подталкивая вперёд:

– Пойдём! Я же своих людей не во дворец поведу! Оставлю их снаружи… Есть там поблизости каморки для стражи?

– Караулка была на площади! – наморщив лоб, припомнил воин.

– Вы уже, надеюсь, разграбили её? – уточнил я. – А то я солнцеликому хану Мгелаю обещал всю добычу отдать за жителей города и пленников.

– Обыскали всю! – радостно заверил посыльный. – Пусто там теперь, совсем пусто!

– Вот и отлично! Пусть мои воины посидят внутри, меня подождут! – с достоинством кивнул я.

Услышь этот разговор хоть один хан, и он бы сделал всё, чтобы в проклятой караулке не было моих людей. Услышь этот разговор Мгелай, и он бы, наверно, решил сразу от меня избавиться.

Но в бардаке, что царил в поверженном городе, всем было на всё плевать. Здание пусто? Ну так и пусть там сидит кто угодно. Командиром отряда, которому предстояло грабить казну, я взял Аримира. А тот прихватил с собой Элию, не желая оставлять её без присмотра среди кучи мужчин.

Мы шли по главной улице, а там продолжался грабёж. Кочевники таскали тюки, грузили телеги, гоняли скот. Кто‑то успел нажраться и валялся прямо в пыли. Кто‑то делил добычу: люди орали друг на друга, хватались за сабли.