Лезвие вошло глубоко, но до конца не перерубило. Под толстым слоем псевдоплоти хрустнули позвонки. А вот голова от шеи не отделилась. Раненый тотем, ревя, попытался меня достать, но я успел откатиться дальше.

Из шеи врага хлестала чёрная жижа, голова склонилась набок, но демон не умирал. Руки шарили по полу, упрямо пытаясь меня найти.

– Достать… – сипел он. – Достать…

Я подскочил сбоку, рубанул по локтю. Топор рассёк сустав, чёрная рука дёрнулась, но не перестала двигаться. Ещё удар – в запястье. Здоровая рука демона метнулась ко мне. Тотем заорал, пытаясь повернуться ко мне, но шея уже держала плохо.

Я перекатом метнулся на другую сторону. И снова рубанул по шее, тут же отскакивая подальше.

Топор вошёл в уже готовую рану. И, расширив её, перерубил последние позвонки. Голова отделилась от чудовищного тела. Покатившись по полу, она начала заливать всё вокруг чёрной жижей. Но разве это проблема для сильного демона? Отрубленная голова и не думала молчать.

– Глупый человек… – скрежетало в воздухе. – Думаешь, это меня остановит?..

Его тело, между тем, шарило руками по полу, силясь нащупать опору. Длинные когти скребли по камням, оставляя глубокие борозды. Тело демона продолжало двигаться. Чётко в мою сторону.

– Ты даже не знаешь, как меня убить… – говорила голова. – Так не убивают… Только разозлил…

Я перевёл дух, покрепче перехватывая топор. Плечо саднило, кровь текла, но рука слушалась. Вместо того, чтобы идти к телу демона и искать средоточие, я направился к болтливой голове.

– Да отвернись ты уже! – вежливо попросил я и легонечко пнул её.

Я не злодей, мне демона мучить не было смысла. Я просто сделал так, чтобы голова смотрела в стену. И демон слишком поздно понял замысел. Даже не попытался укусить.

А вот его тело слепо дёрнулось. Ручищи зашарили активнее. Одна даже потянулась в сторону головы, пытаясь нащупать. Тотем явно потерял ориентацию на местности. Без глаз, без головы он не видел, куда меня бить.

Я скосил глаза на дверь. Доска трещала в болтающихся скобах. В щелях уже вовсю мелькали демоны. Когтистые лапы шарили по воздуху, стараясь ухватиться за засов.

Наёмники работали молча. Рубили, кололи, отскакивали от когтей. Акшур отправлял в дверные щели лезвия из песка и воздуха.

Я отвернулся. Там справятся. Моё дело здесь.

Туловище тотема медленно ползло в мою сторону. Нащупал‑таки направление. Руки шарили вслепую, но двигались быстро. Слишком быстро для тела без головы.

Я отступил к стене, обходя по кругу. Надо было найти средоточие. Оно может быть где угодно, но руки и ноги – маловероятно. Голова – тоже мимо. Остаётся туловище. Где же внутри тотем спрятал своё средоточие?

Это только кажется, что убить легко. Ткнул ножом – и труп готов. На самом деле, это не так. Мы, люди, давно уже всё разведали. К сожалению, мы мастаки убивать себе подобных. Но и тут новичка будут ждать осечки, на пару с удивительными открытиями.

Бьёшь в сердце – попадаешь в ребро. Бьёшь в спину и натыкаешься на лопатку. Даже ударив в шею, можно лишиться оружия. Потому что недоубитый враг вместе с ним сбежит. Бывали случаи…

А когда ты не знаешь, что и как внутри врага, убить ещё сложнее. Я понимал, что средоточие где‑то в теле, но где? Нужно было понять. Иначе голова, наконец, развернётся в мою сторону, и мне снова придётся откладывать решающий удар. Это может продолжаться вечно, а я вечно драться не смогу. Мне иногда надо спать и есть.

Едва я попытался приблизиться, тело дёрнулось на звук моих шагов. Одна громадная рука тут же метнулась ко мне, чуть не достав до сапога. Я отпрыгнул и врезался спиной в полки. Кажется, скинул какой‑то ящик. Он грохнулся об пол, рассыпая наружу содержимое.

– Тихо ты! – зашипел я сам на себя.

Но было поздно. Туловище тотема рвануло на шум. Обе руки заработали, как мельничные крылья. Я едва успел уйти в перекат, когда когти просвистели рядом с головой.

Вскочив, я оказался у самой спины тотема. Топор взлетел и опустился, врубаясь в фиолетовую плоть.

Рука демона, между тем, летела в меня. Я отшатнулся, уходя от удара, и снова рубанул. Уже выше, практически у горла. Топор чавкнул, проваливаясь в плоть. Я навалился на него всем весом, чтобы добраться до середины грудины.

Пусто.

Отскочил, пропуская удары чудовищных рук. Демон перевернулся на живот, а его голова гаденько захихикала у стены. Тело вновь зашарило вокруг, на сей раз медленнее. Видимо, всё‑таки потерял меня в шуме боя у двери.

Я обошёл его сбоку. Примерился и прыгнул на спину. Топор вошёл в тело под углом, зацепившись за правую лопатку. Я потянул на себя. Сильнее, ещё сильнее.

Псевдоплоть рассекалась неохотно. Однако я не сдавался. Уже чувствовал под ней средоточие. Жар, тепло, пульсация. Верные признаки, что мой топор на нужном пути.

– Здесь ты, гад! – выдохнул я.

И рванул топор в сторону, расширяя рану.

Псевдоплоть лопнула, обнажая кость. Толстую, чёрную. Туловище демона дёрнулось. Руки устремились ко мне в последней попытке достать.

Я пригнулся. А распрямился лишь для того, чтобы вновь обрушить топор. Прямо на кость демона. Лезвие вошло в неё, раскололо – и застряло. Я рванул на себя, высвобождая топор, не удержался, упал. Повезло. Там, где я только что стоял, сверкнули когти. Я вскочил и ударил снова.

Средоточие лопнуло.

Я даже не успел ничего понять. Просто мир вокруг взорвался.

Волна энергии ударила во все стороны, поднимая ветер. Он был такой силы, что меня отшвырнуло прочь. Я пролетел через весь склад, кувыркаясь в воздухе. Врезался спиной в дальние полки, опрокидывая ящики, и сполз на пол.

Крышу склада сорвало и отбросило в сторону. В прореху влились первые утренние лучи, и в этом свете я увидел, как сносит, будто песок в бурю, нескольких кровавых перстов. Их тела рассыпались прямо в воздухе, ломаясь и кувыркаясь в полёте. Видно, до последнего пытались укрыться на привычном складе…

Моих ребят впечатало в стены по обе стороны от входа. Они распластались на камнях, и я пока не видел, живы ли.

А затем ветер стих. Так же внезапно, как начался.

Наступила тишина.

Такая, что заложило уши. Ни криков, ни стонов, ни визга тварей. Один только шум ветра. И шорох песка, катящего куда‑то по своим делам мириады песчинок.

Я пошевелился. Застонал. Руки, ноги вроде целы. Голова трещит, но это пройдёт. Ощупал себя – рёбра не сломаны, позвоночник работает.

Жив. Цел. Осталось узнать, как там мои.

– Вот чтоб тебя раньше твои же сородичи сожрали, урод! – выдохнул я, делая попытку встать.

Земля попробовала убежать из‑под ног, но я устоял. Огляделся.

Склад превратился в руины. Крыши нет, стены местами обвалились. Полки и вовсе где разбиты, а где лежат по углам. В проёме двери, заваленном обломками, шевелились мои люди. Они медленно, с трудом, но поднимались. Живые.

А в центре, где лежал тотем, стремительно разлагалась огромная туша. Псевдоплоть стекала, как гнилое желе, обнажая фиолетовую плоть и каркас из переломанных костей. Тело тотема умирало во второй раз. И теперь окончательно.

Солнце уже показалось над горизонтом. Красное, огромное, оно заливало мир золотым и розовым. После ночной темноты этот свет бил по глазам.

А ещё на складе запахло тухлятиной. Так, что даже меня затошнило.

– Ашкур! – крикнул я, оглядываясь.

Шептун сидел у стены, держась обеими руками за голову. Услышав своё имя, он поднял мутный взгляд и сфокусировал его на мне.

– Жив, – выдохнул он. – Кажется. Спасибо.

– Хорошо, что жив, – подойдя, я протянул руку и помог встать. – Будь добр, займись ранеными. Если у нас есть такие.

Ашкур кивнул, всё больше приходя в себя. И, слегка пошатываясь, поспешил к наёмникам.

Я оглядел склад. То, что от него осталось. Полки вдоль стен, на удивление, местами уцелели. На нижних, тех, что не разметало взрывом, стояли мешки и ящики.

Еда. Та самая, за которой мы сюда пришли.