Утро четверга встретило меня привычной рутиной. Я как раз принялся разбирать документы, когда в кабинет заглянула Юля.

— Саш, привет, — улыбнулась она. — Не занят? Я на пару минут к тебе пришла.

— Заходи, — кивнул я. — Какие новости?

Она присела на краешек стула. Выглядела Юля отлично: бодрая, весёлая, с новой причёской.

— Да всё хорошо, — сказала она. — С Кристиной работа налаживается, она девочка толковая оказалась, я учу её и всё в порядке. И на участке порядок уже навела, и пациенты меня постепенно узнавать начинают, приятно. В общем, всё идёт как надо.

Я поменял участками её и Шарфикова и пока что ни разу не пожалел о своём решении.

— Молодец, — искренне сказал я. — Я в тебе не сомневался.

— А вот Татьяна Александровна со мной не здоровается, — она поморщилась. — До сих пор обижается за мой уход. Да и с Шарфиковым у них там не всё гладко, хоть он и не признается никогда. Ну там мелкие какие-то придирки, в работе-то всё хорошо вроде бы. Татьяна Александровна участок знает хорошо.

— А с остальным справятся, — сказал я.

Юля помолчала, и лицо её стало серьёзнее. Будто она собиралась сказать что-то важное и не знала, с чего начать.

— Саш, — проговорила она. — Тут странное дело. Меня вчера Кречетов вызывал.

Так, судя по тому, с какой интонацией она это сказала, вызывал по странному вопросу.

— И что хотел? — спросил я.

— Вопросы задавал, — она пожала плечами. — Странные. Справилась бы я, если бы меня назначили заведующей терапией. Потяну ли нагрузку, готова ли к ответственности. Я даже растерялась. Ты ничего об этом не знаешь?

Кречетов вчера задавал мне почти такие же вопросы. Нашёл ли я достойную кандидатуру на должность заведующего терапией. А потом резко замолчал и свернул разговор. Я ещё подумал, что концовка вышла странная.

А теперь он расспрашивает Юлю об этом же. Это всё очень подозрительно, хотя я не могу понять, к чему он ведёт.

Делать поспешных выводов не стоит, но надо быть начеку.

— Пока не знаю, — честно сказал я. — Не переживай раньше времени. Я зайду к нему позже, попробую разузнать.

— Хорошо, — она кивнула. — Но вообще все в поликлинике знают, что ты лучший заведующий. И любой может это подтвердить.

— В этом я и не сомневаюсь, — улыбнулся я.

Юля ушла, а я ещё некоторое время обдумывал этот момент. Что же задумал Кречетов?

Впрочем, долго думать времени не было, пора было ехать на адреса.

Вызовы снова были самыми обычными. Давление, температура, у одного дедушки прострел в пояснице. Через два часа уже вернулся в поликлинику.

И почти сразу ко мне в кабинет постучалась пациентка. Женщина лет шестидесяти, с поджатыми губами и недовольным лицом.

— Здравствуйте, вы же заведующий терапией? — начала она. — Мне сказали, что по моему вопросу можно к вам обратиться. У меня жалоба на Галину Фёдоровну Остроухову.

Ох, ёлки-иголки.

— Присаживайтесь, — кивнул я на стул. — Слушаю вас.

— Да направление она мне обещала, — женщина расположилась на стуле. — К ревматологу. Меня суставы который месяц мучают, колени особенно. Она сказала, выпишу, зайдите через недельку. Я через неделю приехала из деревни, зашла, а она мне говорит, мол, какое направление, если анализов никаких не сдано? И так резко, грубо. А ведь она мне и направлений не давала ни на какие анализы!

Я кивнул. Так, интересно.

— Сейчас разберёмся. Колени давно беспокоят? Утром скованность есть? Отёки?

Я задал ещё пару вопросов, осмотрел пациентку. Артрит есть, природу пока не определить. Но к ревматологу и правда лучше съездить.

— Анализы сдать нужно, без них смысла ехать нет, — спокойно сказал я. — И сделать снимки суставов. Ревматологу это всё потребуется для диагноза, в противном случае просто скатаетесь два раза. Поэтому давайте мы вам сейчас все направления выпишем, а как пройдёте — отправим к ревматологу.

— А с Галиной Фёдоровной? — нахмурилась она.

— А с ней я поговорю сам, и такого больше не повторится, — кивнул я.

Лена тут же начала спрашивать, на какой день куда лучше записать, и пациентка забыла про свою жалобу. Вскоре она убежала на снимки.

А я отправился к Остроуховой.

Галина Фёдоровна сидела за столом и заполняла журнал. Она подняла на меня взгляд, и я заметил, что привычной враждебности в нём не было.

Мы с ней проделали долгий путь. Связанный с черешней.

— Галина Фёдоровна, — спокойно сказал я. — Тут ко мне ваша пациентка приходила. По поводу направления к ревматологу.

— Знаю я, — буркнула она. — Что, нажаловалась уже?

— Скорее растерялась, — сказал я. — Вы же пообещали ей направление, но на деле просто отмахнулись от неё в момент запары, да? А теперь она пришла, и вы вспомнили про анализы.

Остроухова молчала, глядя на стопку карт. Она работала на сельском участке, и пациентов у неё действительно было много.

— Галина Фёдоровна, — сказал я. — Я ведь вижу, что вам тяжело. Нагрузка большая, не успеваете. Это нормально. Но в данном случае вам не нужно было хамить пациентке сегодня. Если это ваш косяк, что вы забыли выписать анализы тогда, нужно было спокойно это объяснить. А так вы накричали на неё, и всё. И кому стало лучше?

Остроухова помолчала.

— Да я… — она запнулась. — Вы правы, сказала что-то невпопад, тогда вообще не было времени. А потом забыла… Я извинюсь перед ней, обещаю. И впредь такого не повторится.

— Вот и хорошо, — улыбнулся я. — Тогда всего доброго.

Она кивнула мне и вернулась к документам. Что ж, наши отношения явно стали лучше после той истории с черешней.

Я вышел из её кабинета и посмотрел на часы. До приёма ещё было время, и я отправился в «Шёпот полыни». Сегодня там ожидалась проверка из СЭС, и я обещал Варе прийти.

Когда я вошёл, в помещении как раз орудовал инспектор. Серьёзный мужчина с папкой осматривал стеллажи, смотрел на гигрометр. Варя стояла рядом и нервно теребила край своей кофточки.

— Здравствуйте, — поздоровался я. — Прошу прощения, что не успел к началу проверки. Меня зовут Александр Агапов, я владелец магазина.

Инспектор кивнул и вернулся к проверке.

— Саша, — шепнула мне Варя. — Хорошо, что пришёл. Я уже подумала, что одна буду здесь разбираться.

— Я же обещал, — улыбнулся я. — Не переживай, помещение наше полностью готово, всё хорошо.

И правда, придраться было не к чему. Инспектор проверил журнал учёта температуры и влажности. Осмотрел стеллажи, хранение трав, вентиляцию. Всё соответствовало нормам.

— Что ж, — сказал он наконец. — Замечаний нет. Помещение пригодно. Сейчас подпишу заключение и можете…

Договорить он не успел.

Дверь распахнулась, и в лавку влетел Геннадий.

Снова он…

— Я её видел! — заорал он с порога. — Вы не поверите, соседи! Здоровенную крысу, размером, наверное, с кирпич! Вот такая!

Он широко развёл руки и торопливо закивал.

Инспектор замер с ручкой в воздухе.

— Крыса? — переспросил он. — В помещении, где хранятся травы для употребления внутрь?

Ёлки-иголки. Вот послали же нам соседа!

Варя побледнела ещё сильнее.

— Геннадий, — спокойно сказал я. — Где именно ты её видел? Возле двери, это снаружи или внутри?

— Снаружи! — сразу же ответил он. — На улице! Возле двери пробежала, в кусты юркнула!

— На улице, — я повернулся к инспектору. — То есть на городской улице, по которой, к сожалению, бегает всё что угодно. К помещению лавки это отношения не имеет. Внутри, как вы сами видели, ни следа грызунов.

Инспектор осмотрел лавку, явно обдумывая мои слова.

— А этот гражданин? — он кивнул на Геннадия. — Он кто?

— Сосед, — вздохнул я. — Бдительный. Но за улицу мы, согласитесь, не отвечаем.

Инспектор ещё немного подумал. Покрутил в руках ручку.

— Логично, — сказал он. — Внутри нарушений нет. За уличную фауну вы действительно не в ответе. Подписываю.

Он расписался, поставил печать и протянул мне заключение.

— Можете открываться, — сказал он. — В субботу у вас открытие, я так понимаю? Поздравляю. Возможно, загляну к вам, жена любит всякое такое.