Рокотов давно, словно голодный волк, присматривался к заброшенному поместью соседей. Старый граф Норд погиб, и отличная земля несколько лет стояла совершенно бесхозной. Конечно, на этот лакомый кусок облизывался и старый интриган Дресс — ныне уже покойный. В своё время Рокотов благоразумно уступил ему право первенства, просто чтобы избежать кровопролитной войны за межи.

Вот только в итоге какой-то наглый северный щенок, выскочивший словно черт из табакерки, всё же заполучил эту землю. Ищейки Дресса, видите ли, прозевали. Дубовая дверь кабинета тихо, почти беззвучно открылась.

— Господин барон.

Рокотов даже не обернулся, продолжая сверлить взглядом горизонт.

— Ну? Что там ещё?

В комнату неслышным шагом вошёл невысокий сухой мужчина в неприметном сером дорожном костюме, густо припорошенном пылью. Ничем не примечательный, серый человек с блеклыми глазами — именно поэтому он уже много лет весьма успешно и работал у Рокотова главным разведчиком.

— Этот ваш Горд вернулся.

Барон наконец соизволил повернуть голову, заинтересованно приподняв бровь.

— И?

— Мы проследили за ним от самой фермы до города, когда он ехал со своей женщиной за покупками. Одновременно с этим, пока хозяина не было, другие наши люди посмотрели и на саму ферму… Издалека…

— И? Что там можно высматривать издалека?

Разведчик, обычно невозмутимый как надгробный камень, вдруг немного помедлил, нервно сглотнув.

— Нежить, господин.

Рокотов нахмурился и медленно, с легким звоном поставил бокал на столешницу.

— Нежить? Какая еще нежить? Из лесу приперлась?

— Разная, господин барон. Ферма ей буквально забита под завязку. Там даже подсолнухи, посаженные вдоль забора, сожрали одного нашего парня. Живьем сожрали, мы даже пискнуть не успели. Потому, собственно, мы и наблюдали «издалека». Мертвяки совершенно спокойно работают возле кузницы, таскают уголь и железо, поливают огород… По двору носится мёртвый вепрь, огромный как молодой бык. И еще мы видели льва.

Барон непонимающе моргнул.

— Льва? В Серой зоне?

— Нежить, господин. Крупная. И… очень страшная.

— То есть ты хочешь сказать…

Разведчик коротко, но уверенно кивнул.

— Да, господин барон. Артур Горд — некромант.

Несколько долгих секунд Рокотов просто молча смотрел на своего соглядатая, переваривая услышанное. А потом его губы дрогнули, и он расплылся в широкой, совершенно хищной улыбке.

— Вот оно что…

Всё неожиданно встало на свои места. Сложилось в идеальную картину. Странный молодой дворянин, возникший неизвестно откуда с идеальными документами. Слишком дерзкий и уверенный в себе. Слишком быстро обзавёлся работниками. Слишком легко и прочно закрепился на проклятой земле, где обычный человек и недели не проживёт без хорошей охраны.

Некромант.

Барон тихо, булькающе рассмеялся, упираясь ладонями в стол.

— Ну ничего себе. Кто бы мог подумать.

Разведчик настороженно замер, не понимая веселья хозяина. Рокотов энергично поднялся из глубокого кресла.

— А я-то, старый дурак, думал, что мне придётся тратить казну, искать способ выдавить его с земли через суды. Подкупать нужных чиновников в столице. Спорить за границы владений. А он мне, оказывается, сам такой шикарный подарок преподнёс на блюдечке.

— Господин? Вы о чем?

— Некромантия строжайше запрещена законами Империи, — радостно напомнил непонятливому слуге Рокотов. — А этот Горд ещё и прямо в Серой зоне целую армию послушных мертвецов разводит на глазах у всех!

Он подошёл к большому напольному зеркалу, с удовольствием поправил кружевной ворот камзола, одёрнул рукава. Настроение стремительно становилось всё лучше и лучше.

— Значит так. Сейчас мы немедленно закладываем экипаж и едем в Сонмище.

— Сразу к городскому коменданту?

— Для начала — к Роджеру. Пусть этот продажный капитан стражи официально подтвердит ваши показания, оформит бумаги как положено, а уж потом мы вместе торжественно пойдём к коменданту. Да и сразу отправим срочное сообщение церковникам. Инквизиция такой кусок мимо рта не пронесет.

Рокотов самодовольно усмехнулся своему отражению, предвкушая грядущий триумф.

— И всё. Господина Горда сожгут к чертям собачьим на городской площади.

Особенно приятно было думать о том, что после публичной казни вся его новенькая, ухоженная земля снова окажется бесхозной. А там уж барон Рокотов своего точно не упустит. Заберет по праву бдительного соседа.

И ещё оставалась девчонка. Кира. Барон видел её не раз. Высокая, статная блондинка с такой роскошной фигурой, что даже простая, пусть и чистая опрятная одежда не могла её испортить.

Рокотов задумчиво, с плотоядной улыбкой провёл указательным пальцем по своим губам.

— А девку эту я заберу себе.

Разведчик деликатно отвёл глаза в сторону.

— Господин барон…

— Что еще?

— Она ведь может быть его сообщницей. Темной ведьмой.

— Тем лучше для нас, — отмахнулся барон. — От пыточной тюрьмы и костра её благородно спасу. В ногах валяться будет, до конца дней останется благодарна за милость.

Рокотов удовлетворённо улыбнулся, глядя на залитые солнцем виноградники за окном. День начинался просто замечательно.

— Поеду немедленно!

До Сонмища барон Рокотов со своей свитой добрались быстро, не жалея лошадей.

Впрочем, «свитой» это назвать было сложно. Рокотов взял с собой только своего личного телохранителя — огромного, совершенно невозмутимого и молчаливого мужика по имени Вацлав. Больше людей для такого дела и не требовалось. В конце концов, они не воевать ехали, а исполнять гражданский долг — торжественно сообщить властям о вопиющем преступлении и забрать свою награду в виде освободившейся земли.

В городской управе Сонмища царила какая-то суета. Кто-то, кряхтя, таскал по коридорам тяжелые деревянные ящики, мелкие писари суетливо носились взад-вперед, перекладывая стопки бумаг и путаясь под ногами.

Рокотов, привыкший к почтительному отношению, брезгливо нахмурился.

— Что здесь вообще происходит?

Один из пробегавших мимо стражников узнал барона, резко затормозил и вытянулся по стойке смирно.

— Передача дел. Капитан Стис увольняется, господин барон.

— Увольняется? — Рокотов удивленно приподнял бровь.

— Ага. Подал официальное прошение. Сегодня последний день службу несет, вот и сдает дела.

Вот даже как. Рокотов только равнодушно пожал плечами, поправляя перевязь. Какая ему, по большому счету, разница? Увольняется этот солдафон или нет — печать на ордере поставить успеет. Барон не стал дожидаться доклада и просто по-хозяйски прошёл внутрь, толкнув нужную дверь. Вацлав неслышной тенью скользнул следом.

Капитан Роджер Стис обнаружился в своём тесном кабинете. На столе уже лежали перевязанные бечевкой пачки документов, возле стены ждала своего часа пухлая дорожная сумка, а сам капитан как раз меланхолично складывал в небольшой деревянный ящик какие-то мелкие личные вещи.

— Барон Рокотов, — без малейшей радости в голосе произнёс Роджер, оторвавшись от упаковки любимой чернильницы. — Какими судьбами в нашу обитель скорби?

— Хорошими, капитан. Очень хорошими, — плотоядно улыбнулся барон.

Роджер со вздохом закрыл крышку ящика.

— Слушаю.

Рокотов уселся в кресло напротив стола, даже не дожидаясь приглашения хозяина кабинета, и закинул ногу на ногу.

— Помнишь нового владельца поместья Нордов?

На небритом лице Роджера не дрогнул ни один мускул.

— Господина дворянина, а нынче еще и святого паладина Артура Горда?

— А⁈ Уже и паладина⁈ — обомлел Рокотов и тут же взял себя в руки. — Что ж, это ничего не меняет. Именно его.

— И что с ним? Налоги не уплатил?

Рокотов подался вперед и довольно, почти ласково улыбнулся.

— Он некромант.

Роджер замер. Совсем ненадолго, буквально на долю секунды, его пальцы, лежащие на крышке ящика, напряглись. Но Рокотов, как опытный интриган, это мгновенное замешательство заметил.