— Возможно ли вообще так виртуозно скрыть энергоканалы?

— Именно. Есть техники маскировки. Есть редкие, древние артефакты. Есть уникальные врожденные способности. Но чтобы настолько хорошо скрыться от меня… Для этого нужно владеть контролем энергии на уровне, недоступном даже высшим магистрам.

Маг недовольно поджал губы. Для профессионала его уровня подобное явно было личным оскорблением.

— Я не могу утверждать, что Горд действительно что-то скрывал. Возможно, его энергетика совершенно обычная, и я просто ищу двойное дно там, где его нет.

Император задумчиво откинулся в кресле. Сканер был слишком хорошим спецом, чтобы просто так игнорировать его сомнения. Если такой ищейка чует подвох, значит, подвох действительно есть.

— То есть, если верить твоей интуиции, он может быть кем угодно.

— В разумных пределах, Ваше Величество.

— Очень обнадеживающе.

Сканер предпочел промолчать.

Император некоторое время смотрел на закрытую дверь, за которой совсем недавно исчез новоиспеченный святой паладин и Имперский Престолоноситель. Этот парень за пару дней спутал все расклады церковников, и теперь правителю приходилось срочно перекраивать всю внутреннюю политику.

— Знаешь, что меня во всей этой истории беспокоит больше всего?

— Герцог Милош?

— Именно.

Император поднялся и неспешно подошел к узкому окну. С высоты второго этажа хорошо просматривалась площадь перед церковью. Там уже толпились экипажи, суетились слуги, выстраивалась охрана и собирались приглашенные дворяне.

— Я не верю, что Милош внезапно оказался поборником темных сил. Он был слишком прагматичен и слишком ценил свои титулы, чтобы рисковать всем ради сомнительных некромантских ритуалов.

Сканер осторожно заметил:

— В его усадьбе действительно обнаружили нежить.

— Обнаружили, — Император холодно усмехнулся. — После штурма церковников.

Он повернулся к магу.

— Очень удобно, не находишь?

Тот промолчал, прекрасно понимая, к чему клонит сюзерен.

— Герцог погиб. Его лучшие люди перебиты. И только потом появляется неопровержимое доказательство связи с нежитью. Примас торжественно объявляет, что раскрыл очередной заговор темных сил. Все виновные мертвы, возражать некому. Святой Престол снова на коне. И снова получает повод требовать у короны увеличение финансирования Инквизиции.

Император снова посмотрел в окно.

— Красиво.

— Вы подозреваете Святой Престол?

— Я подозреваю всех, кто слишком удачно оказывается победителем после чужой смерти.

Он помолчал, разглядывая копошащуюся внизу толпу.

— Возможно, Церковь вела против Милоша какую-то свою игру. Возможно, долго готовила эту операцию. Возможно, хотела за его счет торжественно объявить, что вновь спасла Империю от темных сил и ереси.

Сканер согласно кивнул.

— Но тут появился Артур Горд.

— Вот именно.

Император улыбнулся краешком губ.

— Темная лошадка. Никто его не приглашал. Никто не ставил эту фигуру на доску. Он просто оказался рядом, бесцеремонно влез в чужую партию и одним махом перевернул весь стол. Сломал церковный сценарий и сам забрал славу спасителя.

— Если ваша версия верна, — продолжил мысль маг, — Горд вообще не входил в планы Инквизиции. Он совершенно случайно оказался между Милошем и примасом, а потом превратился в главного победителя и героя всей этой кровавой истории.

— И Святой Престол решил немедленно сделать его своим человеком.

— Немедленно.

Император вернулся к столу и сел.

— Раз уж парень приобрел такую сумасшедшую популярность, лично убил герцога-предателя и оказался в самом центре истории с нежитью, проще всего объявить его святым, чтобы изящно присвоить все его лавры себе.

Он жестко постучал пальцем по столешнице.

— А потом говорить всем: смотрите, это наш, церковный паладин. Наш инструмент.

Сканер слегка улыбнулся.

— Поэтому вы и приехали лично.

— Разумеется, — Император спокойно и аккуратно поправил кружевной манжет. — Сегодня я показал всем присутствующим одну очень простую вещь. Церковь может раздавать титулы паладинов, но реальная власть в этой стране принадлежит Императорскому Престолу.

Он поднял властный, цепкий взгляд.

— Артур Горд — в первую очередь подданный Империи. Мой Престолоноситель. И только потом — какой-то там паладин Святого Престола.

Сканер понимающе и глубоко склонил голову.

— Умно, Ваше Величество. Вы перехватили у примаса главный козырь.

Император снова посмотрел на дверь. Где-то там сейчас этот свежеиспеченный святой паладин, награжденный лично императором Престолоноситель, наверняка думал только о том, как бы побыстрее закончить всю эту пафосную церемонию и вернуться к своим грядкам в Серой зоне.

От этой мысли правителю становилось почему-то особенно неспокойно. Человек, которому не нужны ни деньги, ни власть, ни титулы, практически неуправляем.

— Наблюдай за ним, — наконец произнес император.

— Постоянно?

— Нет. Не нужно его раздражать. Жесткое давление только заставит его огрызнуться.

Он немного подумал.

— Просто пусть мне докладывают, если Горд снова где-нибудь засветит себя.

Сканер едва заметно усмехнулся.

— Понял, Ваше Величество.

— И еще.

— Да?

Император задумчиво посмотрел на лежащий перед ним пустой бархатный орденский футляр.

— Узнай всё, что только можно, о его ферме.

Я вышел обратно в главный зал церкви и почти сразу наткнулся на знакомую компанию. Забавно было наблюдать за этой элитой: они привыкли измерять статус близостью к телу монарха, и сейчас в их глазах я стремительно взлетал по их невидимой иерархической лестнице.

Брисман стоял возле одной из массивных колонн и о чем-то вполголоса переговаривался с графом Шпилем. Судя по их озабоченным лицам, они уже вовсю просчитывали, как мой новый статус изменит расклад сил в столице. Виктория держалась рядом, а Роджер крутился чуть поодаль, то и дело поглядывая на присутствующих с таким невероятно гордым видом, будто император только что лично повесил орден именно на него.

Стоило мне появиться, как все разом повернули головы.

— Мой друг господин Артур! — первым подскочил Роджер. — Чего Его Величество сказал?

Я многозначительно поправил на груди свежеобретенный орден.

— Меня отпустили на ферму.

Виктория удивленно моргнула.

— Вот как?

— Ага. Так что, если больше никто не решит меня сегодня куда-нибудь торжественно посвятить, наградить или допросить, то я скоро, наконец-то, поеду домой.

— Прямо на ферму? — переспросил Шпиль с легкой усмешкой. — После личного разговора с самим императором? Многие аристократы годами вымаливают хотя бы пятиминутную аудиенцию, а вы просто берете и уезжаете копать грядки?

— Именно.

— Интересный вы человек, господин Артур.

— Мне уже говорили.

Брисман только веско хмыкнул.

— Я бы на вашем месте не торопился радоваться. После сегодняшнего дня о вас будет говорить половина столицы. Святой Престол и Императорский совет такой финт ушами точно без внимания не оставят.

— Вот поэтому я и хочу уехать туда, где этой половины столицы нет.

Виктория тихо рассмеялась.

— А я думала, святой паладин теперь должен жить при храме, самоотверженно сражаться со злом и красиво появляться перед восторженной толпой.

— Сражаться со злом можно и не выходя с моей фермы. Она как раз в Серой зоне находится, — резонно заметил я.

— А красиво появляться?

— А это мы капитану Роджеру поручим.

Капитан тут же приосанился и расправил плечи.

— Я, между прочим, справлюсь. Шляпу с пером только обновлю.

— Даже не сомневаюсь.

Я уже начал прикидывать в уме, сколько времени мне понадобится, чтобы выбраться отсюда, добраться до усадьбы Брисмана, забрать свои вещи и наконец-то отправиться в Серую зону — на помощь Кире с посевной кампанией. Но тут рядом бесшумно возник отец Стефан.