– Захват! – приказал остальным. – Живым брать!

Диверсы проявляя максимум изворотливости сунулись вперёд. На очередь из автомата нарвался майор Салихов. Выглядело это так, будто споткнулся и упал.

«Дурак! – подумал о майоре Вепрь, но состраданья к погибшему не было. – Кто ж таким козлом скачет, когда стреляют!»

Майор Салихов Дилявер Эскандерович, креатура СБУшника Трескунова, вошёл в группу на правах чуть ли не контролёра. А контролёров Вепрь не любил.

Неожиданно пулемёт ожил, вколотил короткую очередь в Сурожа, второго пулемётчика группы, который заходил как раз с его стороны и рассчитывал, что тот зачищен. Ошибся значит и эта ошибка ему дорого обошлась.

Выстрел. Лист доложил:

– Пулемёт в минусе.

Последнего автоматчика на перезарядке взяли. Помяли конечно, но жить будет. Подошедший Вепрь носком ботинка перевернул мёртвого кацапа стрелявшего из пулемёта. Молодой парень, не сказать, что амбал какой-то. Вторую пулю Лист ему точно в правый глаз загнал.

Подошёл к пленённому, которого из-за подгибавшихся ног, двое диверсов под руки держали. Этот не молод. Вон, седина на стриженой голове. Погон под бронежилетом не видно, за то синяком в половину лица светит. Он до сих пор после удара в подвешенном состоянии находится, вряд ли понимает, что с ним.

Плаха протянул документы, пояснил:

– Командир, его.

Кивнув, Вепрь раскрыл удостоверение зелёного цвета, глянул.

– Хум! Полковник. Добро!

Обернувшись, глазами нашёл Осаула. Спросил:

– Что скажешь?

– Двух москалей добили, остальные тоже капут. Наших двое погибло.

– Хорошо. Цель задания частично достигнута. Расходимся. Дальше работаем автономно.

Уже в процессе движения Вепрь ещё раз в уме проиграл весь расклад. То, что придумал, в шахматной партии мог сотворить только гроссмейстер с большим опытом. На своей личной шахматной доске он расставил фигуры так, чтоб и самому не подставиться и русским мат поставить. Короче, основная группа, в составе его самого, пулемётчика Краба, бойцов – Плахи, Сичёвика, Дрозда и радиста Теслы, зайдёт в расположение русских. При проходе за собой наставит растяжек до самой «серой зоны». Хуже не будет. Что касается остальной части группы… Есаул, снайпер Лист с напарником. …то это разменные фигуры, которыми для пользы дела не жалко пожертвовать. Вот как раз за ними пусть русские и побегают. Есаул думает, что место воссоединения группы, квадрат на стыке морпехов с правым соседом. Пусть думает.

«Извини капитан Мальцев, ничего личного! Мне полкана к генералу привести нужно, желательно целым и по возможности здоровым».

По тропинке в жердёльной посадке заметил проход отделения русских. Крепкие, одетые в камуфляж и разгрузки, с оружием в походном положении. Они шли молча, цепкими взглядами прочёсывая окрестности в промежутках между растительностью. Сразу видно, эти достаточно долго повоевать успели.

– Краб, Плаха. В замыкании пойдёте. Торопиться не нужно, мы тоже торопиться не будем. Минируйте след. Связь по надобности. Всё, уходим. Сичёвик, Дрозд, за полковника головой отвечаете.

Оставшись вдвоём, Краб спросил напарника:

– Может кацапов зря пропустили?

– Командиру видней, кому жить, кому умирать. Эти прошли, другие возвращаться будут. – Спокойно сказал пулемётчик. – Поменяются на постах и вернутся. Вечно ты торопишься, брат.

– Жаль!

– Ничего не жаль. Я здесь мину направленного действия выставлю. Всех одним махом сметёт.

– Краб, – зашептал Плаха. – На тропе одиночка. Минусуем?

Ответить не успел, уж быстро шёл кто-то.

Одиночкой как раз и был Хильченков, которого «нелёгкая» пыталась занести в расположение санбата. С тропы где-то ответвление к нужному ему месту должно было быть, но вот пока его нет, можно и по малой нужде сходить, а то ведь в самый неподходящий час приспичит и изворачивайся.

Остановился. Расстегнул ширинку, извлёк лучшего друга наружу, струю пустил, ну и довольное лицо сделал. И тут, как прежде, как в то время, когда под покровительством славянского божества находился, почувствовал. Холодным сквозняком отчётливо потянуло прямо перед ним. Удивился. Понял, что опасность рядом.

Прямо перед ним, опёршись на одно колено, в кустах сидел вояка, направив автомат в область паха. По многим признакам явно диверс. Он шёпотом объявил Хильченкову:

– Давай прячь хозяйство, а то обоссышь меня ненароком, придётся тебя пристрелить.

Ответил тоже шёпотом:

– Не вопрос. Пописать я успел.

Заправился.

Чужак на лице улыбку изобразил:

– Да ты шутник, я смотрю. Автомат на землю сбросил. Быстро! Руки за голову и спиной ко мне повернись.

Потянувшись, ремень с плеча скинул, сбросил под ноги автомат. Медленно поднял руки к затылку. Повернулся – пуля быстрее любого телодвижения будет. Появившийся второй чужак «освободил от ножа в чехле на поясе, быстро обыскал и, достав из-за пояса пистолет, мягко подтолкнул с тропы. А вот дальше пошло всё не по плану диверсантов.

– Привет, крестник!

Услышал знакомый голос. Повёл головой в его сторону. Взгляд наткнулся на узнаваемые черты лица мужчины одетого в камуфляж, стоявшего в трёх шагах от их троицы.

– Велес? – удивился.

– Кто ж ещё?

– Мы же вроде договорились, что каждый сам по себе и никто друг другу не должен?

– Так ведь тебя спасаю! – расплылся в доброй-доброй усмешке славянский бог. – Вон, какие два лба тебя окучить собрались.

Хильченков глянул на диверсантов, застывших в безвременьи. Уж чего-чего, а обездвижить товарищ мог без напряга. Чувство противоречия у Кости взыграло:

– Да мы, – ухмыльнулся, – вроде как и сами с усами. Что, думаешь не справлюсь?

– Справишься, базара нет, но если помочь можно. Почему нет?

– Обычно помощь твоя пахнет новой проблемой. Так!.. А ведь сейчас ещё не ночь на дворе. Как же ты?..

– А сам ничего не ощущаешь?

– Вроде нет.

– И-эх, молодёжь! Место Силы. Можно сказать, уникальное природное образование, обладающее особыми энергетическими свойствами. Находясь здесь, ты должен ощущать необыкновенную гармонию и внутренний покой. Только в таких местах можно найти ответы на самые глубокие вопросы, почувствовать себя частью большой вселенской энергии. – Ухмыльнулся. – Не чувствуешь?

– Нет. – Помотал головой.

– Ну вот так, как-то! Потому могу здесь и днём поработать. Так как? Благодарить за выручку будешь или неблагодарным останешься?

– Спасибо конечно…

– Во-от! Ты снова мне должен!

– Да, что ж такое! – возмутился Константин.

– Ну, так уж получилось.

– И что делать прикажешь?

– Да, дело то пустячное! Двух твоих знакомцев выручить нужно. Оба в смертельной опасности. Один-то ладно, чисто попутно помочь можешь. Он для меня не столь уж и важен.

– Кто?

– Полковник Дибич. Его ДРГешники украинские полтора часа назад захомутали, ну и к своим тащут.

– Не знаю такого.

– Х-хе! Ты его по событиям под Харьковом в 22-м, как неизвестного майора помнить должен.

– Ага! Помню. Бросил нас, сволочь!

– Что поделать, так карточный расклад лёг. Так-то сам по себе он мужик не плохой. Может слегка службой испорченный. Ну, не хочешь, то и хрен на него.

– Второй?

– О-о! Этот тебе знаком получше. Аверин. Позывной Старый. Его с группой… – чисто по-людски глянул на циферблат своих наручных часов, будто и вправду так нужно было. – …его через пять часов двадцать три минуты украинцы в посёлке, который здесь совсем неподалёку,.. Двадцать километров каких-то. …в клещи возьмут и как шакалы рвать станут, если не поможешь. Ладно бы только люди, так ведь он ценных языков вывести пытается, к тому же документацию на современное оружие супостатов спёр и несёт. Берёшься?

– Куда денусь? Я ж у тебя теперь, вроде как должник. Как вот только мне на ДРГшников выходить? Сам знаешь, я больше по городу специалист, на пленере любитель. Учили так.

– Не проблема. Подправлю. Подскажу. Выведу. Как знал, захватил. Вот, держи!