– Это хорошо. Много раненых привезли? – спросил Хильченков, но медсестра ничего не ответила.

Радость на лице пышечки сменилась грустью. Из её рассказа понял, что ВСУшники ещё вчера полностью заняли Изюм и откатили линию фронта на сорок километров за речку, выбивая наших армейцев из сёл и посёлков. Зубами скрипнул от таких новостей, невольно дрожь по всему телу прошла.

– Но мирных всех, кто хотел, успели вывести… – придержав рукой больного, сказала медсестра и расплакалась.

Странно, чего он это так близко к сердцу принимает? Сам от себя не ожидал. По ходу дела нервы тоже лечить придётся, а тут ещё… сознание уплыло, снова всё во мрак погрузилось…

Господин Великий Новгород, конец осени 2022-го года

Выйдя из вагона на перрон, особого чувства единения с родной землёй, вскормившей его в прежней жизни, не почувствовал. Великий Новгород, в котором княжил Александр Невский, в прежнем качестве не узнавался. Может всё потому, что он сейчас не был тем молодым бояричем Михалко. Сейчас даже по паспорту он никакой не Константин Хильченков. В настоящем он Александр Тихонович Львов, в прошлом воспитанник детского дома, контрактник ВС РФ, участник СВО и доброволец в отряде луганских казаков, но это уже тоже всё в прошлом. Теперь же обычный гражданин страны, решивший после контузии и ранения, пройти реабилитацию здоровья необычным способом – проехаться по западным рубежам России. А, что? Деньги-то есть! Куда их тратить?

Вот он, Господин Великий Новгород. Ноги ступили на полотно привокзальной площади. Ощущения?… Гм! Нда! Основные ощущения такие: Он голоден. Требовалось побриться. Принять ванну.

«Ванна!»

Представив себе тёплую, налитую водой с душистым запахом и пеной, эмалированную лохань, Костя,.. Несмотря на смену личности в документе, он ведь так и остался Константином. …глубоко вдохнул осенний, с примесью отработанных автомобильных газов воздух, поморщился, и направился к привокзальным остановкам. Предстояло ещё в гостиницу устроиться, и только потом!..

Отвлёкся. Ощутил денатуратный перегар, смешанный с потом и застарелой мочой. Престарелый мужчина, по всем признакам и одежде бомж натуральный, элитный и патентованный, выделив из поредевшей толпы приезжих именно Хильченкова, отлип от близкого угла здания нетвёрдо прошаркал к нему и просипел:

– Мол-дой чел-лэк! Не найдётся ли у вас пары монет на чашку чая? Усраться, как трубы горят.

– Нет. – Отказал сразу и резко, чтоб у деклассированного элемента на его счёт даже иллюзий не было.

– Тогда может сигарету?

– Отвали.

Бомж уковылял, не оглядываясь.

«Вот такой он нынче, Новогород! Раньше подобного и представить не смог бы». – Подумал.

А, что ж город? Город, как город! Таких в современной России не один, не десять, даже не сто. Десятки тысяч. На дорогах Новгорода лоснился новый асфальт, а потому, что поздняя осень была тёплая и без затяжных дождей, он ещё и сухой. В общественном транспорте всего три остановки проехал, а уже и вставать пора. Добрые люди подсказали адресок, во всех отношениях приемлемой для командированных гостиницы. Теперь ему нужно лишь на параллельную улицу перебраться и он на месте.

Пока Хильченков на предмет маршрута к спланированной гостинице терзал программу айфона, неторопливо вышагивая в подвернувшийся проход между домами, образовавшими плохо освещённую улицу, навстречу одинокому путнику показались три молодых организма, облачённых в джинсы и чёрные кожаные куртки. Парни уже издали окинули его оценивающими взглядами, соображая: а не избить ли чужака вящей забавы ради? Гоп-стопом от них точно не веяло, а вот жаждой жёсткого поступка и приключения фонило нещадно. Костя взглядом на них покосился, мысленно ответил:

«Простите, мальчишки! В поезде много пустого времени потратил, а потому, считай, с самого утра не сумел замочить ни одного отморозка! Дайте достойно завершить пропадающий попусту денёк, уложить в ягдташ троих подонков! Которым самое место на призывную комиссию загреметь и в зоне СВО оказаться, а не членом груши околачивать. Трое мудаков на сон грядущий – уже приличная добыча!»

Инстинкт самосохранения у хищников-двуногих, четвероногих и прочих – развит основательно. Ребятки почуяли неладное, переглянулись, прошагали мимо, наверняка в поисках более податливой жертвы, но это уже заботы местных ментов и никак не Хильченкова.

За Ярославовом дворищем нашлась гостиница «Россия». Перед нею напоролся на защитное ограждение из полиэстера, там что-то строили, потому из-за этого, а так же по причине позднего времени увидеть реку Волхов не смог. На рецепции гостиницы выяснилось, что номера были. Осень – не сезон для отпускников.

Тучная тётя за стойкой, в компьютере разбиралась, как свинья в апельсинах, а потому пришлось подождать девушку, которая разговаривала по телефону с клиенткой. Пока была пауза Костя поинтересовался у дамы: когда построено здание гостиницы? Мадам и тут не удивила, моргала глазами, не издавая звуков открывала рот, но так и не ответила. Стажёр, что ли? Освободившаяся девица в течение трёх минут решила все вопросы и Хильченков, заселившись, наконец-то смог… принять душ, без вожделенной лохани и душистой пены в ней.

Утром, выйдя из гостиницы на свет божий, из чистого интереса спросил у проходивших мимо людей, очень похоже, что местных жителей, где находятся церкви и монастыри. Очень странно услышать ответы было. Они не знали. Спешили. Торопились. Кивали на телефон в руке Константина. Может действительно не ко времени вопрос, а может… Не интересно им это.

Город, как не родной. Ничего общего с прежним. Ориентировался через Яндекс.

Вот и узнавание проявилось. Церковь Спаса Преображения – вся как в прежние времена смотрится. Её строила артель Корова Яковича по заказу князя Ярослава Владимировича. Да-а! Просто так люди в древности не строили столь величественные храмы и не ходили бы постоянно в них на службу. Храмы им помогали как-то жить и выжить. Вера была сильна, просто так люди верить не будут. Новгородцы ставили храм, «как мера и красота скажут». Смотришь на него, и возникает ощущение простора – очарование вида, открывающегося с храмом. Он притягивает внимание в окружающем пространстве. Четырёхстолпный, розового оттенка, одноглавый, кубический с тремя апсидами, живой в окружающем пейзаже.

На то, что времени много на осмотр потратил, не жалел. Обратно к автобусной остановке в 15.20 вышел и вскоре подъехал автобус. Народу в нём было много. Даже удивительно. Люди, которых в городе видел, как бы изолированы. Они не чувствуют связь с постройками города, они идут за продуктами, на работу, пытаются увлечься концертами, они вне истории, она их не увлекает.

Позволил себе прогулку без определённой цели и это ему приглянулось сейчас больше, можно сказать зашло, чем блуждание по церквям.

Волхов делит город на две части. Западная – Софийская. Здесь Кремль и Большой земляной вал. Восточная сторона называется торговой – Ярославово дворище и Торг. Сумерки заставили вспомнить не только о том, что вечер настал, но и о том, что не духом единым сыт человек. Захотелось одеться цивильно и в приличной ресторации поесть сходить.

Лощёный, с гладко выбритым лицом, в тщательно отглаженном костюме, благоухавший туалетной водой «Единственным Мужчиной», Хильченков вошёл в ресторан, с порога окинул взглядом зал…

* * *

Город Новгород уж точно ничем на Москву не походил, разве что слегка на Питер смахивал. По здравому рассуждению, он всего лишь небольшой провинциальный городок с населением около 220-ти тысяч человек. Климат несколько иной, природа – другая, ритм жизни более размеренный, даже люди спокойней. Новгород, тот, который позиционировался отцом городов русских, ныне уменьшился до Новгородской области и мало кто настроен видеть его величие, раз не спешат восстановить вызывающие восхищение старинные постройки культового назначения. Приехавшей бизнес леди осмотр исторических достопримечательностей тоже не нужен был, от слова совсем. Решив большую часть вопросов со здешними партнёрами по бизнесу, Анна в кои-то веки решилась оторваться от дел повседневных.