– Тут ярок, пан капитан, – донеслось на противоположном срезе возвышенности. – Можэ обойти? Внизу пусто!

– Я т-те обойду! – откликнулся кто-то на русском языке без акцента. – Вниз пошли!

Вера очень осторожно и очень медленно сместила руку с пистолетом, с навёрнутым на его ствол глушителем. Прямо напротив её лежбища в ложбину спускались двое солдат. Один постарше, чернявый с проявлявшейся сединой в усах, другой явно младше, с полным, пышущим здоровьем лицом, застывшим в дебильном выражении.

Уже на самом конце спуска молодой споткнулся и чуть не чебурахнулся, умудрившись приземлиться на пятую точку организма.

– Что там, москали? – послышался голос в стороне.

Матернулся, употребляя нецензурную лексику великого и могучего:

– Т-твою м-мать!

Старший, не оборачиваясь, прибавив усилий, взбираясь по склону буркнул:

– Мудак!

Тут же сам уже взгромоздившись на верхотуру, споткнулся, кажется зацепив треснувшую ветку, и лёг на живот, роняя автомат. Удивленный «малой» хотел огрызнуться, но не успел. Вера выстрелила, и парень с полдороги заскользил вниз, цепляясь и ломая хлипкие побеги кустарника. Остановился, запрокидывая голову, и больше не дёрнулся. Готов.

– Бойченко! Чё, Вагин снова чудит? – окликнул уже мёртвых военный, в десятке метрах в стороне взобравшийся наверх.

Когда перешагивал препятствие из подгнившей древесины, вдруг заметив затаившегося Серого, отшатнулся, резко прянув в сторону. Старлей, как на старте с упора лёжа, мгновенно поднялся, невероятно выгибаясь, воткнул расторопному вражине нож под нижнюю челюсть. Удар был силен и точен. Облапив его, уложив на траву, и сразу же затащил за куст. Дара, мало того, что сама поучаствовала в отъёме жизни, с близкого расстояния в живого человека стреляя, увидев такое наверное первый раз в жизни, съёжилась, глаза ставшие стеклянными вылупила.

Светофор, казалось бы контролировавший девушку, опекавший её, в момент оказался рядом. Зашептал в самое ухо, скорей всего отключив «внутреннюю связь» по радейке:

– Не бери в голову, дочка. Не тот момент.

Сидел рядом, не шевелясь, покуда Вера не обмякла – самую малость. Медленно и очень спокойно дополнил:

– Теперь, ежели собираешься выблевать, подними предохранитель, сунь наган в кобур, а уж потом отползи вон хоть за куст. Я прикрою, если что. У тебя остались нерастрелянные патроны, и обидно было бы напоследок застрелиться или меня в лучший мир ни за что, ни про что спровадить. Когда облегчишь душу и желудок, возвращайся.

Продышалась.

– Я всё! – тихо ответила. – Со мной всё в порядке. Вы ведь не скажете…

– Не скажу.

Своих подопечных и остальные окучили. Шума никому удалось не поднять. Поисковая цепь, утратив звенья, продвинулась мимо, обтекая разведчиков, а вскоре уходя всё дальше.

– Уходим, – негромко скомандовал Аверин.

Чуть ли не ползком нырнули вниз. Пригибаясь и, как капля ртути, соединяясь в одно целое, через проделанное «окно» тихо полезли на взгорок.

Поднялись. Прячась за стволами деревьев, за кустами, уходили подальше от опасного места. И лишь отойдя на достаточное расстояние, прибавили ходу, оставляя врага за спиной.

– Оторвались вроде, – сказал Светофор, сдерживая подступившие хрипы от быстрой ходьбы.

– Дед, идти можешь? – озабоченно глядя на подчинённого, спросил Аверин.

– Могу. – Ответил тот. – Я если потребуется, ещё и тебя на себе попру.

– Ну-ну! Разобрались. Двигаем!

Часом позже разведчики удалились настолько, что всякие опасения угасли – не догонят. Но группа продолжала топать, выдерживая заданный темп. Вот отойдут ещё километров на пятнадцать, тогда можно будет и привал объявить. Ненадолго, но передохнуть хватит.

Вечереет. Солнце на конечной точке заката. Сумерки не позволяют увидеть полной картину действительности дальше, чем в трёх десятках метров. Село удачно пристроилось одной стороной к лесу. Сам лес, раскинувшись на украинском чернозёме, был густым, на европейские лесопарки ничем не похожим. По траве носорожьей походкой прошёл ёжик. Когда живой кактус исчез в соседнем кустарнике, траву мягко прижал тяжёлый армейский ботинок, за ним второй, третий, четвёртый. Аверин, Галл, Аппендицит и Жнец вышли на опушку леса. Перед ними простиралось большое неухоженное поле. В конце, прямо перед лесом шоссейная дорога и начинались заборы частного сектора, вернее околица села – конечного пункта назначения их миссии. Вот она, Журавка, как на ладони. Синельниковского район, Днепропетровской области. В километре от неё ПГТ Цаплино, в 2-х – сёла Сазаново и Петровское. По селу протекает пересыхающий ручей с запрудой. Рядом проходит автомобильная дорога Т0406 и железная дорога. Станция тоже имеется. Маленькая. Дибич при инструктаже акцент делал – населения здесь по переписи 2001-го года, 375 душ значится.

Аверин характерным жестом поднял руку. Все остановились.

– Ну, что? Мы на месте. – Констатировал майор. – Галл, схему поселения.

– Момент, командир.

Извлёк из кармана камуфляжных брюк листок бумаги в тонком пластике. Развернул. В сумеречном свете пришлось использовать фонарик.

– Большой посёлок, однако. – Заглянув через плечо товарища, сказал Аппендицит.

– Село. – Поправил Жнец.

– Я и говорю, большое.

– Так. На схеме названия по-старому значатся. Вот, через весь посёлок длинная улица Советская проходит, сейчас вряд ли название соответствует.

– Нам-то без разницы командир, как они её переименовали. – Молвил Жнец. – Не перестроили же. Перестроить, кишка тонка. Ещё ни один хохол не сказал – мы построим, мы создадим, мы восстановим, мы будем работать. Ни один! Все только блеют – нам помогут, нам дадут, нас накормят, нас примут, нам отменят. Попрошайки. Испортили народ. Всего за тридцать лет испортили. Так, что…

От полемики подчинённого Аверин поморщился, но замечания не сделал. Продолжил:

– Нам по ней до самой станции, а там разберёмся. Проход в переулок и ищем дубовые ворота, за которыми кирпичный дом с мансардным этажом.

– О-о!

– Что?

– Да тут вояки нарисовались! – констатировал Галл.

– Вижу. Откуда они здесь? Полкан же говорил, что село чистое.

– Ошибался, значит.

– Мать его так. Дохрена их. Уводи дрон, а то ведь заметить могут.

– Вот он, дом. И ворота, какие должны быть.

– Засёк?

– Да.

– Как стемнеет, пойдём девицу вызволять.

– Ага, а то она спит и видит, что её кто-то вызволять явится.

– А это уже не наши проблемы…

Что там по ту сторону села творится? Аверин осмотрел в бинокль поле. Над полем сгустились сумерки. Неожиданное движение. Аверин резко дернул бинокль влево и увидел мчащегося зайца.

Выругался.

– Что? Ещё сюрпризы будут?

– Живность распоясалась.

– Ну, это ладно.

Когда совсем стемнело, группа разделилась.

Двойка: Галл – Жнец

Они выполняли роль «засадного полка». Галл ещё до выхода основной группы поднял квадрокоптер и пустил его впереди идущих, по радейке корректировал проход. Смотря в монитор ноутбука, послал дрон высоко в воздух. Прислонившись спиной к стволу старой ивы, от сельской околицы прикрытой камышом, сидел, попутно наблюдал за тем, что происходит в селе. Делал он всё это с высоты птичьего полета. На экране виднелись крыши домов, редко проезжающие машины и люди, которые кое-где ещё бродили по улицам, чем-то даже в саду занимались и у домов копошились. Несмотря на уже густую темноту, видно было все предельно отчетливо. Примерно, как в вечернее время, или в дневное – пасмурное. Четкость картинки была изумительная. Графика, что называется, на высшем уровне.

– Сворачивайте влево. – Передал Старому. – Второй дом. Сейчас ниже опущусь.

– Не нужно. – Ответил тот. – Просто зависни и смотри.

– Понял.

– Как там? – спросил Жнец, он контролировал подступы.

– Пока норм.

Какое-то время Галл сидел, вглядываясь в монитор в надежде хоть кого-то увидеть во дворе интересовавшей всех усадьбы. Пусто, лишь тройка Аверина подобралась к воротам, ясно, что закрытым изнутри на засов. Уже собирался сворачивать своё обозрение там и пролететь к двойке Серого, как продвинув дрон за тыльную сторону дома, увидел какие-то движения. Эти движения происходили в двух местах. Разросшийся вокруг дома сад, высокими кронами деревьев мешал обзору. Опустить дрон ниже было затруднительно и стрёмно. Имелась высокая опасность зацепиться за ветки. Ещё не хватало, чтобы дрон потерял управление и упал, но и мельтешение внизу присутствовало.