…По магистралям Киева они ехали уже с полчаса, если не больше. Тем временем машина выбралась из городского центра на окраину, автомобильный трафик был средним, тормозили лишь на светофорах. Исходя из своего оперативного опыта, в душе агента разведки всё сильнее крепла уверенность, что везут его совсем не на допрос и уж тем более не в центральное здание СБУ. Водитель, словно подтверждая догадку Крауса, выбрался на трассу за городской чертой. Машина теперь неслась прочь от Киева. Нужно было что-то срочно предпринимать. Но что? Его сопровождают двое вооружённых и здоровенных битюга. Этого, слева, можно локтем двинуть в челюсть, а затем перехватить за шею цепочкой от наручников водителя… Нет, так не пойдет. Того, что слева, одним ударом не вырубишь, тем более, что размаха-то не будет, значит, и удар получится слабым. А если даже и получится его хотя бы на полминуты отключить, то водитель, почувствовав хватку на шее, непременно выпустит руль из рук… После удара в дерево или в столб на скорости более ста километров в час от них троих мало кто в сознании останется. Краус решил немного подождать, в душе всё же костеря Оксану.

Промелькнувший указатель на магистральном шоссе, дал понять, что движутся они в сторону Василькова. Дорожное покрытие даже близко не напоминало европейские автобаны. Колдобина на колдобине. Ездить по такой трассе предпочтительно разве только в лендровере или джипе, но эти уродцы сильно не заморачивались состоянием подвески, а потому трясло неимоверно. Куда так торопятся?

Но не всё было так просто. Краус заметил «хвост». Он непрерывно виднелся в боковом зеркальце, держась на благоразумном расстоянии от их «Камри».

Синего цвета «седан», по европейским меркам весьма внушительный, содержал экипаж из двух человек. Под капотом у догоняющей машины было достаточно лошадей, чтобы легко и просто боднуть задний бампер их «японки» прежде, чем автоматическая передача успеет переключиться. Впрочем, не исключено, что ребята пользуются обычным старомодным рычагом скорости.

Время от времени синий автомобиль отставал, дабы не делаться чрезмерно заметным, но через минуту или две появлялся опять. Наивный трюк. Преследовать подопечных в одной и той же колымаге и оставаться при этом незамеченным просто нельзя.

Странно, но оба его сопровождающих не очень-то отвлекаются на погоню. Не замечают по причине любой своей безнаказанности или свои провожают? И всё же, куда его?

Конвоир изредка перебрасывался короткими фразами с водителем, курил и глазел в окно. Однако готов был в любой момент отреагировать, если бы их пленник рискнул дёрнуться. А водитель смотрел на дорогу перед собой, колдобины всё же доставали. Он, возможно, имел приличный стаж вождения и был неплохим водителем, но неухоженная дорога, десятка два лет точно не видавшая ремонта, мешала расслабиться и получать удовольствие от процесса вождения. Поэтому он не заметил, а после попросту не обратил внимания на лендровер и тянувшуюся следом за ними в отдалении старенькую машину.

Водитель свернул на просёлочную дорогу, больше похожую на стиральную доску отработавшую свой срок. Машина затряслась ещё сильнее. Широкая трасса, по которой периодически проносились автомобили, осталась позади. Проехав небольшую рощицу, машина выбралась уже на грунтовку. Проехав с пару километров, сидевший слева конвоир достал из кармана мобильный телефон, нажал на кнопку. Невидимый собеседник сразу же ответил, словно держал трубку возле уха, ожидая звонка.

– Это я. Мы на подъезде… Хорошо, понял… – он посмотрел на водителя, кивнул. – Всё нормально.

Водитель не ответил, также уверенно катил по грунтовой дороге. Через пару километров он остановил машину, заглушил двигатель. Краус напрягся. Момент истины? Но конвоир был не промах – словно что-то почувствовав, он отодвинулся на край сиденья, повернулся полубоком. На любое движение подопечного был готов немедленно отреагировать. Через несколько минут из-за деревьев показалась машина. Подъехав, остановилась за десяток метров. Конвоир и водитель встрепенулись, конвоир вышел из машины, направился к ней. Из подъехавшей машины тоже вышли двое парней, медленно пошли вперед.

Водитель напрягся, внимательно следя за происходящим впереди. Вместе с водителем напрягся и Краус. На ведущих переговоры не смотрел. А тем временем позади светонул фарами ближнего света преследовавший их от самого Киева лендровер. Конвоир дёрнулся в сторону, рука его метнулась к кобуре, висящей на поясе, «встречающие» тоже.

«Местные разборки?» – подумал Краус.

Дальше думать и сопоставлять чужие расклады времени уже не было. Экипаж лендровера оказался быстрым и тренированным – выскочил наружу. Почти одновременно прозвучали выстрелы. Конвоир и один из «встречавших» неуклюже завалились на грунт дороги. Водитель дернулся за пистолетом, другой рукой пытаясь провернуть ключи в замке зажигания. Но вдруг захрипел. Стальная цепочка наручников, накинутая на шею, душила его, не давая возможности вдохнуть. Он попытался вырваться из смертельной хватки, но Краус крепко его держал. И сжимал хватку на шее все сильнее, упершись ногами в водительское кресло.

Машина «встречавших» дала задний ход, не разворачиваясь, не просто пятилась, а рысачила, сбегая от места разборки. С пистолетами наизготовку, направленными в салон, к «Тойоте» шли прибывшие на лендровере. Шли, но не дошли. Спинами поймали пули из длинной очереди, выпущенной из автомата. Когда уже лежали, скользящей походкой к мертвецам подошёл молодой человек, выбросивший цветочный букет у гостиницы. Тем временем Краусу не до него было, решал проблемы по мере поступления. Водитель уже бился в предсмертных конвульсиях. Через полминуты он обмяк и затих, а сам Краус притворился мёртвым, но ствол пистолета, реквизированного у водителя, направил в сторону закрытой двери. Что-либо иное придумать он попросту не успел.

Что бы случилось дальше, одному богу известно, но где-то совсем неподалёку послышались звуки приближающегося транспорта и звуки эти мог издавать не простой автомобиль, а что-то навроде БТРа.

Автоматчик тоже понял это и потому не стал медлить и разбираться с трофеями, а бросился к своей машине, заскочил в неё, но не уехал, а подогнал к «Камри». Из багажника извлёк канистру. Торопливо открыв на ней горловину, из неё полил на крышу и капот «Тоёты» бензином. Чиркнул зажигалкой и метнул её в машину. Вспыхнувшее пламя взметнулось к серому, ночному небу. Машина автоматчика сорвалась прочь по грунтовке, а Краус в полыхавшем авто, закованный в наручники шарил по карманам мёртвого водителя. Достал телефон, пакет со своими документами. Рискуя обжечься выскочил в дверь и нырнул в кусты. Вовремя. Свет фар броневика не смог выловить из темноты беглеца, а вскоре за спиной, за порослью деревьев и кустарника раздался взрыв.

Пробежавшись, остановился. Отдышался. Из потайного кармашка извлёк отмычку, снял с рук «браслеты» наручников. На трофейном телефоне набрал номер и дождавшись ответа, только и сказал:

– Советую сменить место жительства в самое короткое время.

После этого бросил телефон на землю и каблуком растоптал экран…

Средина августа в донецкие степи особой жары не принесла, хорошо хоть дожди закончились. Подсохло и не нужно таскать на ногах комья грязи, по колено в воде стоять в траншеях, плюхаться в лужи при звуках летящего квадрокоптера. По всей линии фронта идут жестокие траншейные стычки в лесополосах. В населённых пунктах дела обстоят не лучше. Странами Запада укры снабжаются боеприпасами и вооружением по первой категории, а потому снарядов и ракет бывшие братья не жалеют, засыпают города и сёла Донетчины ковровым покрытием. Мирных жителей свидомым и щирым украинцам не жалко, для них они люди второго сорта.

С верхнего этажа весь прилегающий к городской серой зоне район, благодаря тому, что домовые высотки напротив были разрушены, Бекас видел как на ладони. Когда началась следующая атака противника, он уже сбился со счета, какая именно, спустился вниз.