Вот так! Оказалось всё просто, когда жареным запахло и на противной стороне поняли, что сейчас их убивать придут, подумали, по всему фронту началось, и айдаровцы, сидевшие в укреплениях, гнавшие «мясо» на штурмы, за чьими спинами они, в общем-то, и воевали, решили риск свести к минимуму. Отошли.

Ещё когда на первой линии вспыхнул бой, сбежали одни, за ними другие, только с флангов строчили пулеметы. Осмотрев два блиндажа, всё, что можно было взорвать и разрушить, сжечь и сломать, русские исполнили. Взорвали склад боеприпасов, сожгли технику и вооружение. Стационарно на отвоёванных позициях закрепляться смысла не было. Переходить от обороны к наступлению, не было приказа. Всё, что нужно поимели и выводы сделали.

– Отходим! – пришёл приказ.

Батальон унося своих раненых и убитых откатился назад. Разведка боем продолжалась полтора часа. За это время во взводе, к которому временно присоединили Хильченкова было ранено два бойца и один убит.

После боя и отхода стихло всё. На старых позициях Коловрат дал команду провести ротацию и эвакуацию убитых и раненых, вот только Хильченкова, как и некоторых «старожилов» попросил остаться. Ну, остался! Правда, больше масштабных атак укронацистов не было ещё долго…

Прекрасный город. Киев, – не меньше миллиона обитателей. Сейчас больше – понаехали беженцы с востока Украины, но и их не так много. Все, кому ума хватило, рванули в Польшу и дальше, в Германию, Италию, Испанию. В силу своей профессии Сайрус Винк, он же Сергей Кочетков, офицер российской внешней разведки с псевдонимом Краус, любил города, где можно затеряться без особого труда, Киев мог к ним относиться с натяжкой, но небольшой…

Чувствовал, что под пятой точкой подгорает. Что делать! Вычислили после событий под Харьковом. Проверяли, перепроверяли. Тем самым дали время сорваться с места и спрятаться в одной из стран Европы. По-хорошему, ему бы на Родину ретироваться стоило, но начальство из старых связей выжимало всё, что можно. Краус понимал, война идёт не на жизнь, а на смерть. Про себя матерился, но взваленные на него обязанности тащил. Вот и сейчас его приезд в украинскую столицу под видом немецкого предпринимателя Генриха Кляйнмахера, не на пустом месте возник. Информатор из местных, будучи старым кадром разведчика, донёс до Мюнхена информацию особой важности, от которой Краус так просто отмахнуться не мог. Самому нужно проверить достоверность, а уж потом сообщать куратору. Понимал и другое. Если засвеченного агента возьмут на этой территории, то до обмена он точно не доживёт. Случись такое – можно самому смело склеивать ласты и уходить туда, откуда ещё никто не возвращался. Оставалось надеяться, что до эдаких страстей дело не дойдет. Согласно его наблюдениям, «хвоста» за ним пока не было. Закладываясь на возможный пригляд, из Берлина некий господин Шмидт вылетел в Стокгольм. Там пол дня поколесил по городу. Из Стокгольма, сменив паспорт, удалось к аэропорту Арланда выскользнуть незамеченным, а там и Варшава встретила его хоть и не улыбкой, то во всяком случае спокойствием. Если ищейки и были, своими телодвижениями направил их по заведомо ложному следу. Таким образом, Краус получил изрядную фору. Безусловно, на данном отрезке времени весь Мюнхен и половина Берлина уже кишела сотрудниками Риты Кац, вынюхивавшими его не долгое присутствие, но едва ли сотрудники SITE Intelligence Group предполагали, что он напрочь уберётся с немецкой, на худой конец швейцарской или австрийской почвы.

А именно это Краус и проделал. Исчез в Германии, чтоб потом объявиться в Скандинавии, оставив маркеры своего присутствия. Неожиданно? Да. Пусть поищут.

Посадку на скорый поезд до Киева объявили по расписанию. Поездка по железной дороге, конечно, заставляла потерять не менее двенадцати часов, но ему торопиться уже, кажется некуда. Последний аккорд. Дембельский!

Отчаявшись выловить бывшего сотрудника у скандинавов, госпожа Кац не успокоится, безусловно, расставит ловушки в других местах – и пускай расставляет! Планов его это отнюдь не нарушает. Киев, последнее место, в котором ловить начнут. Война!

Столица Украины встретила не ласково. Сказать, что попал из огня в полымя – точно не скажешь, потому как речь шла исключительно о погоде. Часть улиц в Киеве погрузились под воду из-за мощных ливней. Несколько районов столицы остались без света. Из-за непогоды в некоторых частях города перестал курсировать пассажирский транспорт, в том числе и Метро. «Осмотрелся». Легализовался, как мог. Вышел на подсказанный агентом контакт. Кто больше может знать о женщине, чем другая женщина. О другой половине человечества Краус знал всё. Как рыба в воде растворился в обществе двух подруг, косвенно имеющих отношение к тому делу, которое крутил. Как уж на сковородке изворачивался, чтоб угодить обеим. Надо сказать, деньги они до беспамятства любили, но ещё и его самого в свою добычу определили сразу и бесповоротно.

– О-о, каким вожделенным взглядом ты мерил её на кухне! – Оксана оказалась недопустимо проницательна.

Встретились в центре Киева, на Жилянской, в ресторане GOODMAN, устроившись вдвоём за столиком. Час был неурочный, а потому народу в заведении «заседало» не много, да и цены кусались. По нынешним временам не каждый киевлянин мог позволить себе отбашлять за стейк «Ковбой» 3399 гривен.

Краус отрешённо пожал плечами:

– Н-ну… Быть может, и позволил себе чуток увлечься… Нина весьма пикантная особа.

Девица тряхнула головой, сделала из бокала глоток вина.

– Не думаю. Ты не тот, за кого хочешь себя выдать. Влюбленный или нет – а если бы приспичило, ты пришил бы мерзавку на месте и глазом не моргнул…

О, кладезь премудрости! С этой девицей надлежало держать ухо востро.

– …Весь вечер болтал напропалую, выспрашивал – заметила Оксана. – Нина сама рассказывала… Дозволил ей подумать, будто начинаешь чуять подвох, перестаёшь доверять лепету подвыпившей красотки. Спровоцировал даму на решительные действия. А потом с невинным видом выхлебал стакан виски со снотворным, хотя отлично понимал: напиток небезобиден. И заснул в её постели. Зачем? Признайся, ты не иностранец. Ты из нашей СБУ. Это санкционированная проверка? Да? Зачем?

– Но ведь мой паспорт Нина наверняка видела. Он подлинный. А к названному ведомству я скорее отнесу вас с подругой. А я ведь от чистого сердца решил приударить…

– Ага! Сразу за нами обеими. Не смеши мои тапочки, немец. Мог кого помоложе закадрить.

Ну, то, что обе сотрудницы СБУ, Краус знал доподлинно. Но ведь именно эти две подруги, это прямой выход на Надежду Плетеньчук, сводную сестру Кровавого Пастора, ему и донесли. Вот где сейчас Плетенчук? Именно это нужно узнать и доложить куратору.

Ухмыльнулся.

– Сейчас не утверждай, что без памяти влюбилась в меня ещё там, на вечеринке.

Раздался неудержимый смех.

– На вечеринке, дорогой, ты чуть оплеуху мне не отвесил! Я это ой, как почувствовала.

– Жизнь полна безвозвратно упущенных возможностей, – вздохнул Краус.

Смех оборвался.

– Не ломай голову. – Слегка открыла карты, обозначив тем самым, что раздачу их именно она контролирует. – Ты ворвался куда не следовало, как слон в посудную лавку, вот нам и дали тебя в разработку. Хотя считали, что это тупиковая тропинка. Начальству показалось, что ты просто бабник.

– А это не так?

– Может и так, но двойное дно я почувствовала. Нинка, нет, а я, да.

Краус дорого бы дал, чтоб узнать, какие мысли витают в хорошенькой светловолосой голове Оксаны. Та в свою очередь сотворила умильную рожицу на лице, захлопала глазками, словно бабочка крылышками. Если б не профессия и не знал бы точно, кто она такая, вполне мог на удочку Купидону попасть.

Поморщился. Настало время по второму варианту легенды работать.

– Не притворяйся дурочкой. Соображаешь немногим хуже Альберта Эйнштейна. Тебя зовут Оксана Рябченко, капитан СБУ, вдова подполковника Фёдора Рябченко. Имеешь связи в киевском обществе, потому не бедна, как церковная мышь. Хотя-а!.. Квартира на Малой Наводницкой, машина среднего класса – вот и все активы. Ты не фанатичка, и в этом не похожа на Нину Крапатую.