— Ня-я-я… — издала она тихий стон.

Не знаю, зачем она это делает… Отражение не способно испытывать сексуальных эмоций. Ему они по определению не знакомы. У неё даже половых органов нет — ни сосков, ни всего остального. Это ведь энергия в чистом виде, принявшая определенный физический облик.

Может быть, она просто хочет, чтобы я возбудился ещё сильнее?

Кажется, Александр Булгаков был большим фанатом не столько аниме, сколько хентая…

Я сунул пальцы Нейди в трусики — там всё текло водопадом. Избавив нейродевочку от последней детали одежды, я раздвинул её колени и и плавно вошел в неё… Нейди застонала и крепко обхватила мою поясницу ногами, прижавшись ко мне так тесно, насколько это было возможно…

Когда всё было кончено, мы лежали в кровати в обнимку, крепко прижавшись друг к другу обнаженными телами. Мы оба тяжело дышали, наша кожа блестела от пота. Ангел парила над нами, принимая разнообразные соблазнительные позы, словно дразнила.

Хулиганка.

— Как ты, солнце? — я легонько чмокнул Нейди в нос.

— Хорошо, хозяин, — нейродевочка в ответ улыбнулась и взъерошила мне волосы, — Я чувствую такие приятные изменения во всем теле… Тонус мышц повысился, гормоны вырабатываются как бешенные… Отличный день, чтобы наконец накатать на вас в полицию заявление о домогательстве.

Я укоризненно посмотрел на неё. Нади ухмыльнулась, ее глаза озорно блестели.

— Я просто шучу, хозяин. Расслабьтесь. Я приготовлю вам чай… или кофе?

Я выдохнул, пытаясь успокоить свое колотящееся сердце. Всё-таки утренний секс — это и правда что-то с чем-то.

— Хорошо, спасибо, Нейди. Давай сегодня чай.

Когда она встала и подняла с пола трусики, я не мог не бросить взгляд на ее шикарную фигуру. При каждом шаге мышцы её ягодиц упруго перекатывались из стороны в сторону, словно гипнотизируя меня…

Глядя на эти сочные манящие булочки, я внезапно ощутил, что меч самурая снова тверд. Одной заточки было мало, нужен второй раунд.

Не выдержав, я рывком встал с кровати и, в чем мать родила, нагнал Нейди у кресла, где лежала её одежда. Крепко схватил, прижал к себе, даже приподнял над полом чутка. Мои руки жадно шарили по её идеальному телу нейросетевой богини…

— Ай, хозяин, что вы делаете? Стойте… Ой-ой-ой… Хозяин… Ах, хозяи-и-ин… Ох-х-х…

Хорошее начало дня. Знать бы, какие еще сюрпризы ждут меня впереди.

В общем, в столовую мы спустились ещё только через полчаса, позже всех.

После завтрака мне позвонил Гриша. Я переваривал завтрак на диване, все еще ощущая прилив сил от нашей маленькой шалости с Нейди, когда мой телефон внезапно завибрировал. Взглянув на экран, я увидел имя Гриши Омутова. Приподняв брови, я с нетерпением мазнул пальцем по экрану, чтобы ответить на звонок.

— Сашка, братан! — раздался в динамике голос Гриши, как всегда веселый и задорный, — Ты как?

— Как из пушки, — с улыбкой произнес я. Судя по энергичному голосу Гриши, дела у него пошли в гору, — Сам как?

— Отлично, врачи уже поставили на ноги. Что-что, а с одаренными они работать умеют. Знают, как направить наши силы на ускоренное исцеление.

— Ну слава богу. Светка тебе уже рассказала, что было вчера?

— Ага. Я, собственно, по этому поводу и звоню — хотел лично поблагодарить тебя за спасение моего отца. Ты прямо-таки ангел-хранитель нашей семьи.

Я улыбнулся, в груди разлилось приятное теплое чувство.

Было бы неплохо, если князь Омутов по выздоровлении подгонит новых высокотехнологичных ништяков. Я б не отказался. Благо, мне так или иначе придется отправляться в Архидемон.

— Я просто рад, что смог помочь…

Мы болтали о недавних событиях, перекидываясь шутками и смехом. Было приятно делиться опытом и вспоминать захватывающие моменты.

Гриша рассказал мне подробнее про Светку и отца. Оба чувствовали себя хорошо. Омутов так вообще, игнорируя предписания врачей, уже начал активно тренироваться.

Тоже самое делала и Светка. Причем княжна тренировалась так усердно, что у всей семьи Омутовых глаза на лоб лезли. Даже у самого князя.

— Ума не приложу, что на нее нашло, — вздохнул Гриша, — Она теперь уделяет тренировкам вдвое больше времени, чем обычно.

А я, кажется, догадывался, в чем была причина. Но вслух озвучивать не стал. Думаю, Гриша неправильно поймет.

Пока мы разговаривали, я не мог не спросить о Маше, маленькой девочке, которую мы спасли во время последней общей миссии.

— К слову, Гриша, а как дела у Маши? — поинтересовался я, — Хорошо ли она адаптируется?

Про Катю я тоже не стал ничего говорить. Пусть недофейка официально числится погибшей или без вести пропавшей.

Слишком большие на ней висят грехи. Тут впору новую жизнь начинать.

Тон Гриши сразу смягчился.

— А, Маша! У нее все отлично. Она как лучик солнца в нашем доме. Видел бы ты ее — она постоянно бегает, играет с другими детьми, исследует каждый уголок особняка. Как будто она была с нами всю свою жизнь.

— Другими детьми?

— Да, у нас на территории поместья проживают слуги с семьями. Для них обустроено всё необходимое, в том числе и для их детей.

Узнав, что у Маши все хорошо, я невольно улыбнулся. Надо будет рассказать об этом Кате и успокоить ее.

— Приятно слышать, Гриша. Я рад, что она нашла новый дом под крылом рода Омутовых.

Мы продолжили наш разговор, обсуждая все — от учебы и тренировок до самых тяжелых схваток с Аномалиями. Когда список тем начал иссякать, Гриша неожиданно приглушил голос, он приобрел таинственный оттенок.

— К слову, Саш, — сказал он, его голос упал до заговорщицкого шепота, — У меня есть кое-что, что, думаю, тебя заинтересует. Некоторая инсайдерская информация от тётушки Черновой, если хочешь.

Мои брови взлетели на лоб. Моя горячая милфа Чернова… как-то я даже в последние дни позабыл о ней. Она же обидеться может. Дескать, не пишет мой виконт, совсем обо мне забыл…

— Так-так, я весь внимание, — я тоже приглушил голос и быстренько огляделся по сторонам. В гостиной я был один. Только от прихожей доносились голоса Нейди и Наташи. Сестра собиралась в училище, нейродевочка помогала ей.

— В общем, для тебя интересный инсайд подъехал, — негромко произнес Гриша, — Касательно твоего наследства и титула графа. Тётя Ира, как ты помнишь, член комитета дворянской этики… И у нее, как ты знаешь, есть доступ к процессам, протекающим внутри бюрократических структур…

Мое любопытство разгорелось, и я даже придал телефон поплотнее к уху..

— О? А почему она сама не позвонила?

— Говорит, что пыталась, но ты не отвечал…

Мысленно я чертыхнулся. Видимо, Чернова попала в неудачное время. Например, на битву с одной из Аномалий. А я провтыкал, и не глянул пропущенные входящие.

Как бы она не обиделась. Надо будет купить ей чего-нибудь, какой-нибудь милый подарок-безделушку.

— Короче говоря, — сказал Гриша, — Ты, когда твой отец умер, подавал заявление о признании тебя главой рода, как старшего наследника?

— Подавал, — сказал я. Это была почти правда — подавал заявление ещё Александр Булгаков, когда был жив. Но не суть важно. Я за него.

— Такие дела обычно разбираются в комитете дворянской этики, — сказал Гриша, — Они там проходят миллион бюрократических процедур, обрастают постановлениями, печатями, их вылизывают, перетряхивают и так далее по списку…

— Как хорошо, что я не бюрократ, — хмыкнул я.

— Так вот… Тётя говорит, что твое дело как раз дошло до кондиции, — сказал Гриша, — На днях определятся с датой заседания. Может быть уже даже завтра проведут. Ты должен будешь прийти и показать свой благородный фейс комитету по делам дворянской этики. Ну сам, понимаешь, им надо проверить, что такой аристо, как Александр Николаевич Булгаков, существует.

— А то вдруг я не я.