После того, как танковый ствол повернулся в сторону корпусной развалины, Николай Николаевич спинным мозгом ощутил, что по боевому духу ещё живых людей рядом с ним находившихся, словно проехались катком. Услышал:

– Сейчас стрельнут!

К такому высказыванию из темноты голос Епифана добавился:

– Кажись кирдык нам, хозяин…

На марше, на последнем этапе перехода, двигались по варианту «двойной хвост». Впереди, передовым дозором Санта, Орех и Змеёныш, в замыкании – Цыган, Медоед и Пионер. Ядро команды посередине, движется колонной по двое в шахматном порядке друг от друга. Правая сторона колонны отвечает за правую сторону пути передвижения, левая, соответственно за левую. Если кто нападёт, двойки рассредоточатся, а потом, постепенно по дуге обход сделают. Окружат противника, мало не покажется.

– Старый, Санте. Ответь!

– Старый на связи.

– Вышли к окраине населённого пункта…

По теории разведку населенного пункта городского типа целесообразно вести разбившись на несколько групп, пары или тройки, но здесь, слава богу, даже не станица, как в донских степях, не посёлок городского типа, село, и всё же очень вероятно, что в нём присутствует противник. Значит, что? Следует обращать внимание на кусты, отдельные строения, глубокие канавы, овраги на окраинах, где противник может располагать подразделения охранения, а также на крыши, чердаки, откуда он может вести скрытое наблюдение.

– Всем, стой! Поднимай птичку. – Распорядился майор.

Непоседа напялил спецприбор на голову. В руки контроллер.

«Полетели!»

Поднял дрон выше и начал осматривать округу. Поле и подлесок примыкавший к селу. Дальше. Дрон пролетел над селом. Везде было спокойно и никого из местных не видно. Никаких движений. Село будто вымерло. И это при том, что дома целёхонькие стоят. А-а! Нет! Животина бегает без присмотра. Куры, утки, хрюшки. Пару собак увидел, а вот людей точно нет.

Доложил:

– Командир, в деревне чисто.

– Совсем?

– Ага. Ни своих, ни чужих. Как метлой подмели.

– Аккуратно район молокозавода проверь.

– Есть!

Повёл дрон дальше. FPV-управление, ежели на импортный язык перевести – first person view, в связке с VR-очками давало возможность, так сказать, от первого лица всё детально рассмотреть, будто сам в небе находился. Устроил проводку к объекту, откуда шум даже к месту их расположения доносился. Ещё раз услышал:

– Аккуратно.

Не отвлекаясь от мелькавшей картинки, ответил:

– Сам знаю.

Вот оно! Сверху комплекс зданий за многочисленными провалами бетонного забора, в окружении техники и вражеских подразделений, обсаженный широкой полосой старой посадки, смотрелся стрёмно. Более детально «окучил» картинку и доложился по полученной визуализации:

– Старый, обложили их плотно. Пока, почему-то не стреляют и на штурм не идут. Наши в одном из зданий, остальные здания и прилегающая территория под хохлами.

– Техники много?

– Четыре боевые машины… Нет, пять. О! Танк выкатился. К поваленному забору попёр. Самое интересное, окруженцы два БТРа и танк нашинковать успели. Железки до сих пор горят, а у танка башню сорвало. Скорее всего, нацики наших с разных направлений штурмовать собрались, но точно не торопятся. Либо ждут чего-то, либо хотят до ночи дотянуть, чтоб потери минимизировать. Сомневаюсь, что у местных приборы ночного видения имеются.

– Уводи дрон. Пора и нам с припрятанных в рукав козырей в игру вступить. – Решил Аверин. – По «тройкам» разобрались.

Задача любой группы состоит в том, чтобы максимально эффективно выполнить поставленное перед ней задание и выйти из боя, если таковой неизбежен, победителями и с наименьшими потерями со своей стороны. Малая тактическая группа – «тройка» работает по принципу – один продвигается вперёд, другие в это время прикрывают его движение со всех наиболее опасных сторон. Как только в двухэтажку войдут, на «двойки» поделятся. Преимущества «двоек» в их повышенной маневренности и компактности именно при работе в помещениях.

– Выходим!

Во время передвижения, каждый должен помнить, что лично его не всегда смогут уведомить о совершаемых манёврах. Поэтому надо всегда следить за обстановкой и быть готовым прикрыть огнём своих.

Из-за полосы деревьев, обильно росших и вставших стеной метрах в пятистах от околицы села, может чуть побольше, в которую ныряла грунтовая дорога, усиленная щебнем, слышались звуки стрельбы и взрывов, по интенсивности не походившие на полноценный бой. Создавалось впечатление, что в противостоянии сошлись стороны, одна из которых не торопится всей своей мощью подниматься в атаку и яростно проштурмовать позиции врага, а вторая отбивается, экономя силы и боеприпас. Значит время на детальное рассмотрение обстановки ещё было. Не нужно жилы рвать, вызывая огонь на приманку в одном месте, чтоб спокойно просочиться в другом.

Застопорились. Аверин понаблюдав за обстановкой и с подачи подчинённых выявив места скрытых наблюдателей, решил особо не заморачиваться с каким либо хитроумным планом. Против них находились не элитные бойцы. Скорей всего мужики, что называется, оторванные от сохи, экипированные, получившие оружие в руки и направленные туда, куда начальство послать решило. На такой вывод указывали ряд факторов. В бинокль отлично видно было, что в поросли деревьев, от дороги правее 100 метров, демаскируют себя двое бойцов. О чём-то спорят, по жестам, кажется ругаются, периодически синими полосками изоленты на рукавах камуфляжа выпадая из фона растительности. Про огневую точку у дороги даже говорить ничего не стоило. Нет, организовано всё по делу и нерусей там четверо выставлено. Но ребята расслабились. Радуются наверное, что сейчас не в гуще боя, а тылы пасут.

– Старый, правее 300 снайперская пара.

Безэмоционально сообщил Жнец по радейке. Он с напарником расположились где-то рядом с постройкой электрощитовой, выстроенной из силикатного кирпича у дороги, в непосредственной близости при выезде из села.

Аверин попытался рассмотреть наводку, но увидеть не получилось. Спросил:

– Жнец, как ты их заметил?

– Не профессионалы, потому что. – Объяснил снайпер. – Слишком много движений. Ко всему прочему, устроили лёжки рядом, чтоб потрепаться. Один из них курильщик.

Спрашивать, заметил ли ещё какие либо отклонения в фоне леса, не нужно было. Жнец профи.

– Жнец, отработать времянку можешь?

– Сразу всех, нет. После первых двух выстрелов могут кипиж поднять.

– Понял тебя.

Галл, находившийся рядом, высказался:

– Командир, дальше тянуть не стоит.

– Знаю, дружище. – Приказал. – Тихий, Змеёныш, Орех. Ваша времянка. Бухгалтер, олухов, которые в разборке, видишь?

– На пять балов.

– Зачистишь, как только Тихий отмашку даст.

– Понял.

– Жнец, снайпер на тебе.

– Принял. Есть.

– Остальным быть готовыми бодро пробежаться…

Тройка разведчиков стороной плавно смещается в тень невысоких кустов, плямами разбросанных по открытому пространству перед посадкой, начинает уверенно двигаться в сторону огневой точки. Их задача проста до безобразия. Последняя сотня метров – возможность просочиться в створ между скрытным постом и огневой точкой. Уже слышна хохляцкая речь. Действительно ругаются. Что-то поделить не могут. Нежно… не слышно подобрались к деревьям. Притаились. Теперь бы не шумнуть. Под сенью листвы темнота египетская, наступишь на сухую ветку и ку-ку всей скрытности.

– Интервал! – напомнил Костя.

Шагнул к цели. Парни за ним. Их фигуры, из-за мутной вечерней зорьки чуть различимы в темени.

Вот и цель. Первым, словно приведение, Хильченков чуть ли не перетёк во времянку укрепления националистов, составлявшую полноценную придорожную огневую точку на въезде в лесомассив. В два движения оказался за спиной, скорее всего старшего выставленного заграждения. Змиёныш за спиной. Глухие шумы стрельбы и разрывы сейчас им в помощь.