Как считало её питерское окружение, делая выводы не на пустом месте, сама Анна Леонидовна Грушевская была женщина со стальным стержнем внутри. Вдова, не имеющая детей, тридцати семи лет от роду, по образованию, как не странно, психолог. После смерти мужа унаследовала поставленное на прочные рельсы дело, выстроенное по лекалам прежнего хозяина. Возглавив компанию, погрузилась в бизнес по самые уши, и потащила его, как ломовая лошадь. Радости жизни ей стали недоступны. Отсюда копились проблемы на личном жизненном фронте: командирский голос она сохраняет даже дома, общаясь с прислугой, что уж там говорить о наёмном персонале не маленьких производственных площадей подвластных ей. Мысль изменить всё хотя бы на один вечер пришла Анне спонтанно.

Ресторан, куда вечерней порой зашла Грушевская, у местных значился дорогим заведением. Семейные рестораны «My Kitchen» и сетевики «Gourmetto» и рядом с ним не стояли. Публика здесь обеспеченная, явно не за пивом на разлив и не за шавермой забежали. Таких людей бесплатные концерты «Пилота», Игоря Растеряева, или того же «Нейромонаха Феофана» не прельстят. Здесь тихая музыка в зале воспринималась фоном. На маленькой сцене музыканты играли её вживую.

Могло показаться, что официанты, подобно эквилибристам на цирковом ковре, в полумраке проплывают между столиками.

– Вас усадить?.. – попытался предложить услуги пожилой мэтр.

– Сама. – Отказалась Анна.

Окинула взглядом ресторанное пространство. Заметила надменные взгляды дам за столами, любопытные – кавалеров.

В углу, как бы наособицу был избирательно выделен стол. За ним сидела пара. Совсем ещё юная особа, но довольно вульгарно накрашенная. Рядом с ней взрослый мужчина. Он гладил девушку по плечу. Анна походя отметила, он кажется, знал, что девица его не любит. Но этот факт не мешал ему ею владеть. Чуть дальше за столом скучал одинокий молодой парень одетый неброско, как командировочный, но имеющий статус выше средней руки. Вот он-то как раз, в это дорогое заведение чисто поесть заглянул. Вошедшую Анну заметил, оторвавшись от неторопливого поглощения пищи, пристально оценил, улыбнулся ей, как бы взглядом сообщая, что он вовсе не будет против её соседства за столиком. Что? Свой свояка видит издалека? Ну!.. Эстрада с того места, как на ладони. Почему нет?

Прошла к столу. Замечая, как молодой человек по мере её приближения, поднимается на ноги. Спросила:

– Вы позволите?..

– Присаживайтесь. – Предложил, отставив для неё стул и подождав пока она займёт место, подмечая при этом. – Сегодня прекрасный вечер. И даже эта ужасная музыка его не испортит. Сделаете заказ?

– Конечно.

Мужчина призывно махнул рукой. И вот уже улыбчивый официант повторяет заказ. Анна Леонидовна не даёт ему сразу убежать, останавливая вопросом:

– Как быстро будет готово?

– Примерно через двадцать минут.

Извинившись перед незнакомцем-соседом по столику, Анна взяв сумочку, удалилась в дамскую комнату. Ещё через пятнадцать минут, когда вернулась на место, они познакомились. Мужчину звали Александр. Да-а! И он не был командировочным, а приехал в город повидать древние достопримечательности, немало удивив этим Анну.

Болтали о пустяках. Сначала… Язык у нового знакомого был подвешен на уровне интеллигента высшей пробы. Александр не напрягаясь особо поддерживал любую тему выбранную нею, незаметно переходил на лёгкий флирт, заставив перейти на «ты». К бутылке лёгкого вина, добавился коньяк. Чуть-чуть! Заставивший Анну раскрепоститься и… сняться с тормозов. Чувствовала она себя с этим незнакомым ей мужчиной полноценной женщиной, но всё же два года жизни в качестве коня в юбке, давали о себе знать. Мгновенного преображения не случилось. Ковырнула, может и не его лично, а всех мужиков одновременно, избрав при этом того, кто сейчас рядом находился:

– Хочешь сказать, что ты по натуре своей отличаешься от моего предыдущего мужчины? Да, он другой! Во всяком случае, он хотя бы вид делал, что его прельщают детали моего тела. Тебя они ещё совсем недавно не трогали. Откуда знаю? Всё банально просто, даже примитивно. Ещё в начале знакомства, ты помимо воли, на чистом автомате, впервые увидав незнакомую тебе женщину. Скажешь не так? Угадала. По глазам вижу! Оценил мою фигуру: глазами раздел, примерил отдельные детали. Я сразу поняла, грудь тебя не впечатлила. Разве что ноги. Мимолётного взгляда тогда было достаточно, чтобы по глазам определить полный список моих недостатков. Пресыщенный вниманием противоположного пола молодой самец не выразил слюнотечения, про похоть я уж и вообще промолчу. А ведь будь на моём месте чуть посмазливее самка, попроще, доступнее, что ли. Похоть в тебе обязательно проявилась…

– Это с чего ты так решила?

– Все вы одинаковые, включая моего прежнего мужа. Он точно такой же искатель приключений был. Но с тобой и прямо сейчас я готова рискнуть. В определённых пределах.

– В каких?

Чувствовала, что опьянела, что мысли впереди паровоза скачут, но остановиться никакой охоты не было.

– Без всяких обязательств.

Александр потянувшись, своей ладонью накрыл её руку на столе, серьёзно и совершенно трезво ответил:

– Со своей стороны не вижу препятствий. Я холост. У меня давно не было женщины. Мне действительно до ужаса хочется близости. На откровенность отвечаю взаимной искренностью. Здесь и сейчас ты мне до чёртиков нравишься, а после подобного выяснения взаимных претензий друг к другу мои симпатии к тебе многократно возросли. Внушать, что влюблён, не буду. Это не так. Да ты и не поверишь.

– Конечно, не поверю.

– Ну, вот! В нашем с тобой случае, если сумеем не внушить друг другу чувство отвращения, для этого, кажется, нет предпосылок, обещаю, что буду предельно чистосердечен и нежен.

– Не могу сказать, что ты мне неприятен. Только не понимаю,.. может такое быть, что на моих губах сохранились следы прикосновения губ другого мужчины. Неужели, тебя совсем не трогает, что целовалась с другим? Должно же возникнуть чувство брезгливости. Мне, например, противно, что давала целовать себя. Надо же быть настолько наивной дурой!..

– Извини, Аня, его ты воспринимала другим, не таким, как на самом деле, разве можно требовать от тебя… или от меня, обнуления всего, что происходило раньше?.. – Предложил. – Кажется, мы всё выяснили и теперь самое время уходить.

Три пятитысячных купюры радужным веером легли между столовыми приборами. Поднявшись, практически извлёк её из-за столика, привлёкая к себе.

– Уходим.

Усмехнулась ему в лицо, но вырываться даже не думала.

– Настойчивый, нагловатый, упёртый… Почему меня это не бесит? – согнутыми в локтях руками упёрлась мужчине в грудь, остановила позыв его похоти. – Подожди секунду, посмотри в глаза. Я тебе хоть чуточку интересна?

– Интересна.

Вечер не только для них двоих подходил к своему логическому завершению. От ресторана разъезжались дорогие и красивые машины. В свете фонарей они нагло выблескивали своими округлыми боками. Им даже такси вызывать не нужно было, гостиница Анны в двух шагах находилась.

Уже в номере сломил сопротивление протрезвевшей Анны, приблизил к женщине лицо, вдохнул запах волос. Ужасно не хотелось сравнивать, но с запахом боярышни Млавы или той же Рогнеды, ничего общего не было. Не вдохновила. О-хо-хо! Нда! А ведь отработать мужское начало,.. Гм! …предстоит в полном объёме.

Поцелуем пригасил ненужные сейчас воспоминания. Ощутил ответную реакцию Аниных губ. И эти губы, позволили ему отведать вкус чувственности женщины. Тряхнуло! Каких к чёрту чувств? Чувства бередить не стоит. Нужен хороший, здоровый секс, так чтоб девочке, от переживаний и оплакиваний прошлой жизни, окончательно башню не снесло и сознание на место встало.

Женщина, безучастная вначале, вдруг обхватила его голову, прижалась теснее, позволяя, нет, требуя, чтобы поцелуй стал по-настоящему интимным.

По щеке Анны скатилась слеза, попала Хильченкову в рот, смешалась со слюной.

«Что за чертовщина творится?» – подумал.