Меня самого избавила от сна злость. Скорее всего, сильные эмоции могли подавить снотворный эффект. Именно на это я и рассчитывал.

Не прогадал. Сумел всё‑таки поднять Алану за полчаши.

– Ишер?.. Что?.. – она опустила взгляд на изрезанные руки и вскрикнула: – Зачем⁈.. Мне же больно, сволочь ты!..

– Тихо! – прижал я палец к её губам. – Вопросы потом. Я тебя еле добудился. Сначала выведи из себя снотворное, затем вылечи руки. А дальше поднимай наших. Я пока подежурю у двери. Где Элия, кстати?..

– Пошла гулять перед ужином… – нахмурилась Алана, начиная осознавать, во что мы вляпались.

Дверь я укрепил двумя шкафами, которые имелись здесь в гостиной. Повалил один на другой, сложив поперёк входа. Когда занимался этим, очень спешил. Будто чувствовал, что времени почти нет. И оказался полностью прав.

Я только затушил в комнате свет, но не успел нашептать топор. А дверь уже попытались открыть снаружи.

Я ещё надеялся, что это ломится обратно Элия. Но когда в щель просунулась рука с мечом, понял, что девушку ждать пока не стоит. Главное, что она не стала жертвой снотворного.

Алана успела пробудить лишь Ситраниса и Ашкура. Сейчас занималась Деносом. Правда, оба вставших пока ещё были не бойцы. А враг уже активно лез внутрь. И надо было либо встречать его прямо в дверях, либо мешать войти.

Мне остро требовался «язык». И я принял решение держать дверь. А остальные проснутся и помогут. Я навалился на шкафы изнутри, мешая раскрыть дверь. А заодно пытался разобрать, кто это ломится внутрь дома. По руке определить было сложно. Но я определённо не видел такие наручи у храмовой стражи.

Конечно, мои усилия не могли надолго помочь. Всё‑таки, помимо двери, здесь были ещё окна, хоть и закрытые ставнями. Впрочем, ставни – хлипкое препятствие. Так что вскоре враги хлынули через окна.

Правда, встретили их уже не спящие противники. Очень злые и бодрствующие. И занявшие удобную позицию в одной из спален на втором этаже.

– Денос, Тавр, на вас окно! Мы с Ситранисом держим дверь! Тихап, помогаешь нам, бьёшь из‑за спин! – раздавал я приказы.

– Я не смогу помочь, Ишер! – сразу предупредила Алана.

– А я в деле! – пообещал Ашкур.

Сердиться на Алану было бесполезно. Многие шептуны считают своим долгом воевать против демонов и оберегать людей. Они не готовы убивать, не в силах преодолеть барьер. Алана была из таких, и я об этом отлично знал. Она могла вылечить любого моего бойца. А вот сражаться с людьми не стала бы. Ни при каком, вероятно, условии.

– Алана, тогда помоги лечением! – попросил я.

По галерее второго этажа загрохотали шаги нападавших. Враг действовал грамотно. Затушил лампы в гостиной. Не полез напролом через дверь, а закинул внутрь пару шариков, чадивших вонючим дымом. Выждал десять ударов сердца и лишь затем пошёл в атаку.

Не рассчитали наши противники одного. С нами была шептунья воды, которая легко затушила их снаряды. А затем, когда первые фигуры появились в дверном проёме, по ним ударил Ашкур. Кинул в лица ветром и пылью, забивая мелким мусором глаза.

Взмахи меча и топора слились в один двойной удар… И два трупа опустились на пол. Дым быстро рассеивался, и нам удалось разглядеть форму нападавших.

– Да это же воины Основателя! – зарычал Ситранис. – Вот же паскуда…

– Не отвлекаемся! – рявкнул я, с трудом отбив удар копья, прилетевший откуда‑то из‑за двери.

Дым и пыль сильно мешали разглядеть, что происходит снаружи. В то время как мы, в тусклом неровном свете из окна, были видны.

– Я закрою окно! – предупредил я и принялся шептать себе под нос.

– Мы тоже ничего не увидим! – возмутился Ситранис, но было поздно.

Грязь и вода, смешавшись, взмывали в струях воздуха. И тут уже устремлялись к окну, чтобы залепить щели в резной ставне. Вскоре комната погрузилась практически в абсолютную темноту. Для большинства, не для меня.

В черно‑белом зрении я отлично видел, как трое врагов, пригнувшись, лезут в комнату.

– Ситранис, слева! – предостерёг я друга, а сам рубанул по ближайшему противнику.

Тот шёл первым, помогая своим. Тоже, видимо, мог видеть в темноте. Топор пробил воротник кожаного поддоспешника и с хрустом разрубил позвонки.

– Тайсин убит! – вскрикнул один из врагов, прежде чем меч Ситраниса прошёлся ему поперек спины.

Доспех уберег от мгновенной смерти, но рана вышла глубокая. Враг заорал, рванул обратно и, ожидаемо, налетел на товарища.

– Мне нужен язык! – сообщил я, кидаясь к этим двум, валяющимся на полу.

Не успел. В коридоре показался их товарищ с копьём. Два точных удара, и он добил приглянувшихся мне двоих. Я метнулся в атаку, но копейщик, легко уйдя в сторону, скрылся за стеной. Опытный, зараза. Будет сложно.

– Демоны… – зло сплюнул я. – Идём за ними. Ашкур, прикрой!

В дверной проём рвануло облако пыли, но когда я и Ситранис выскочили из комнаты, врагов в доме уже не было.

– Догоним! – азартно крикнул регой.

– Никого мы не догоним! Стой! – тряхнул я его за плечо.

– Тебе ведь нужен был язык! – удивился Ситранис.

– Зажигайте лампы. Сейчас соображу, что делать… – предложил я.

После снотворного и горячки боя голова работала плохо. Мне понадобилось пара десятков ударов сердца, чтобы понять: я – глупец. Языка можно будет взять у меня в комнате. Если, конечно, прямо сейчас поспешить…

Меня ведь тоже хотели погрузить в сон. Значит, планировали убивать.

– Денос, Тавр, Тихап! Охраняйте дом и Алану! – приказал я. – Ситранис и Ашкур, пошли. Найдём источник сведений.

Нет, так‑то выглядело прозрачно. Основатель как‑то узнал про мой разговор с Верховной. Никогда не поверю, что у него здесь, в Священном Храме, шпионов нет… Узнал, вот и решил действовать на опережение.

Правда, слишком топорно вышло. Можно было нас другим способом убить. К тому же, будь я на месте Основателя, обязательно переодел бы убийц в броню храмовой стражи. И оставил бы среди нас, гостей Священного Храма, одного выжившего. Чтобы донёс моему войску весть о том, что Верховная не держит слово и не соблюдает закон гостеприимства.

Но если я такое предположил, то… Значит, и Основатель должен был. И в обратную сторону это тоже наверняка работает. Верховная сама могла организовать наше убийство, переодев своих в форму Основателя. Благо, поводы у этой безумной были. Так ведь?

Хотелось бы узнать наверняка. Уверен, пленники не станут долго покрывать начальство. Главное, вовремя перехватить тех убийц, которые пошли по мою душу. Если действовали они одновременно, то сейчас или ждут подельников поблизости… Или вскрывают тяжёлую дверь моих покоев. Я их на ключ закрыл, когда уходил. А времени прошло не так много.

– Ситранис! Зайди со стороны окон! – приказал я. – Моё шестое слева. А мы коридор проверим.

Я боялся, что мы опоздаем. Однако эти убийцы оказались медлительнее, чем напавшие на гостевой домик.

Да и потупее, честно говоря.

Когда мы с Ашкуром, потушив ближайшую лампу в коридоре, подошли к моей комнате, они как раз из неё выходили, продолжая болтать между собой. Нас эти двое не заметили из‑за темноты, стоявшей теперь в коридоре.

– Прехет, похоже, задержится… – сказал один из них.

– Зато этот даже не пикнул! – ответил второй.

– Стой, а где свет⁈ – вскинувшись, воскликнул первый.

«Даже не пикнул?» – молча удивился я.

«Нет! Только не это!» – заорал, забившись о стенки мозга, внутренний голос.

Но мы с Ашкуром уже действовали, чтобы не упустить и этих убийц. Молодой шептун без затей поднял пыль и забил ею глаза одного из противников. А я просто сделал шаг вперёд и отвесил второму удар в челюсть, отчего тот вырубился.

Из комнаты выглянул Ситранис. Он как‑то странно посмотрел на меня, на Ашкура. А потом тихо, очень виновато проговорил:

– Тут такое дело, брат…

Отстранив Ситраниса, я вбежал в покои. Я и так знал, какое там дело. Не верил только. Как она нашла мою комнату? Как смогла пробраться внутрь?