— Это был не просто выстрел, — сказал Шань Синь. — Это было приглашение. Они не просто стирают. Они показывают, что могут стереть все, что захотят. Они хотят, чтобы мы испугались. Чтобы мы попытались бежать или спрятаться.

— Они хотят увидеть нашу реакцию, — добавила Лин Фэн. — Как Акари. Для них это тоже игра.

В этот момент в их сознании прозвучал насмешливый голос кицунэ, которая, очевидно, наблюдала за происходящим издалека.

— Ох, милые. Кажется, фейерверки начались раньше, чем я ожидала. Это Жнецы. Они больше не посылают разведчиков. Это был предупредительный выстрел их авангарда. Они стирают несущественные детали с карты, прежде чем приступить к главному блюду — к вашей планете. У вас мало времени.

Голос исчез.

— Она права, — сказал Шань Синь. — Мы не можем прятаться. Мы не можем ждать, пока они придут сюда. Мы должны сами отправиться к ним.

— Но как? — спросила Лин Фэн. — Мы даже не знаем, где они.

— Дракон дал нам ответ, — Шань Синь посмотрел на север. — Кузня Вечности. Место, где можно создать оружие, способное им навредить. Это наш единственный путь.

Их решение было принято. Они снова должны были покинуть свой дом. Но на этот раз они не могли оставить своих учеников одних.

Они вошли в главный зал. Двадцать пар глаз, полных страха и решимости, смотрели на них.

— Дети, — начал Шань Синь. — Наш мир в опасности. Мы с Лин Фэн должны отправиться в долгое и опасное путешествие, чтобы найти способ его защитить. Вы остаетесь здесь. Вы — Хранители этой долины. Защищайте ее. Защищайте друг друга. Живите по закону, которому мы вас учили.

Он посмотрел на своего старшего ученика, юношу по имени Кай.

— Ты главный.

Затем он и Лин Фэн подошли к стене в дальнем конце зала. Они положили на нее руки.

— Мы оставим вам часть нашей силы, — сказала Лин Фэн.

Они влили свою энергию в защитную формацию, усиливая ее тысячекратно. Долина теперь была скрыта под непробиваемым куполом из гармонии и силы, который мог выдержать любую атаку из этого мира. Но против Жнецов он был бесполезен.

Они попрощались. Это было тяжелее, чем любое прощание в их жизни.

Затем они вышли наружу.

— Акари, — позвал Шань Синь в пустоту. — Ты обещала быть проводником. Время платить по счетам.

Перед ними из воздуха соткалась фигура лисицы.

— С радостью, — мурлыкнула она. — Путешествие к краю вселенной? Обожаю приключения! Но предупреждаю, дорога будет… нескучной.

Она щелкнула пальцами. И реальность вокруг них начала распадаться на тысячи сияющих нитей.

— Держитесь крепче, детки, — рассмеялась она. — Первая остановка — межпространственный хаос!

С этими словами мир исчез. Их последнее, самое отчаянное путешествие началось.

Мир исчез.

В одно мгновение тихая, знакомая долина сменилась оглушающим, невообразимым хаосом. Шань Синь и Лин Фэн оказались в месте, которое не было местом, в пространстве между мирами. Вокруг них не было ни верха, ни низа. Лишь бесконечный, бурлящий океан первозданного потенциала.

Мимо них проносились реки из чистой мысли, сверкая, как молнии. Они видели острова, сотканные из забытых снов, которые рождались и тут же рассыпались в пыль. Гравитация здесь была капризной девчонкой — в один миг она прижимала их с силой умирающей звезды, в другой — исчезала вовсе. Время текло вспять, заставляя их на долю секунды видеть себя детьми, а затем — древними стариками.

Это было сердце хаоса. Место, где реальность еще не решила, чем она хочет стать.

— А-а-а-а! — восторженно-испуганно визжала Дафна, кувыркаясь в потоке радужной энергии. — Меня вывернуло наизнанку, а потом снова ввернуло! И я, кажется, на мгновение стала фиолетовой! Давайте еще раз!

Только Акари чувствовала себя здесь как дома. Она легко и грациозно танцевала в этом безумии, ее девять призрачных хвостов развевались, словно паруса в солнечном ветре.

— Правил нет, милые, — прозвучал ее смеющийся голос в их головах. — Кроме одного: не верьте своим глазам. И особенно — своим чувствам. Здесь все — ложь, сотканная из возможностей. Кроме меня, конечно. Я — ваша единственная правда.

Она вела их по невидимым тропам, которые называла «Лисьими». Это были узкие, едва заметные нити стабильной реальности, которые ее Клан тысячелетиями прокладывал в этом хаосе.

Вскоре они подошли к первому настоящему испытанию. Перед ними разверзлась бездна абсолютной пустоты, наполненная тихим, сводящим с ума шепотом парадоксов. На другом ее краю виднелась их тропа. Моста не было.

— Мост есть. Вы просто его не видите, — лукаво улыбнулась Акари. — Чтобы пройти по моим тропам, нужна не сила, а вера. Вера в своего проводника. Просто сделайте шаг.

Это был тест. Тест на доверие к ней, к существу, которое было воплощением обмана.

Шань Синь посмотрел на Лин Фэн. Он видел в ее глазах то же самое сомнение. Они не доверяли Акари. Но они абсолютно доверяли друг другу.

Он протянул ей руку. Она, не колеблясь, вложила свою ладонь в его. Вместе. Как и всегда.

Они закрыли глаза и, не обращая внимания на хихикающую лисицу, шагнули в пустоту.

На одно короткое мгновение они почувствовали падение. А затем их ноги коснулись твердой поверхности. Они открыли глаза. Под их ногами сиял мост из чистого, лунного света, которого секунду назад не было.

Акари встретила их на той стороне, и в ее глазах было неподдельное восхищение.

— А вы интереснее, чем я думала. Вы доверились не мне. Вы доверились друг другу. Это… очень редкое качество.

Она привела их в «тихую гавань» — небольшой островок стабильности, который выглядел как идеальный японский сад с журчащим ручьем и цветущей сакурой, парящий посреди бушующего космоса.

— Здесь мы можем отдохнуть, — сказала она. — Путь впереди долог.

Пока Акари и Дафна затеяли азартную, но совершенно непонятную игру с лепестками сакуры, Шань Синь и Лин Фэн отошли к краю острова, глядя на проносящиеся мимо вихри хаоса.

Двадцать лет мира сделали их мягче. Но эта новая, вселенская угроза снова обнажила их чувства, сделав их острее.

— Мы сражаемся за ту долину, — тихо сказал Шань Синь. — За наших учеников. За тот покой, что мы построили.

— Нет, — так же тихо ответила Лин Фэн, глядя на него. — Мы сражаемся за это.

Она взяла его руку.

— За то, чтобы у нас было «завтра». Вместе.

В ее глазах, обычно таких холодных, плескалась такая глубина чувств, которую он не видел никогда. Все эти годы их любовь была тихой, спокойной, само собой разумеющейся. Но сейчас, на пороге возможного конца света, она вспыхнула с новой, отчаянной силой.

Он притянул ее к себе, и их губы встретились. Это был не нежный поцелуй, который они знали. Это был страстный, почти яростный поцелуй двух существ, которые нашли друг в друге единственную точку опоры в рушащейся вселенной. В нем была горечь всех их потерь и сладкое обещание будущего, за которое они готовы были умереть. Это был их безмолвный обет, скрепленный не словами, а дыханием.

Их прервал пронзительный, полный ужаса визг.

— ОСТОРОЖНО! — закричала Акари.

Они обернулись. Их тихую гавань атаковали. Из бурлящего хаоса вынырнули три твари. Они были похожи на гигантских гончих, но их тела были сотканы не из плоти, а из живого парадокса. Их шкура переливалась цветами, которых не существует, а их вой искажал пространство. Это были Гончие Парадокса, охотники, которые питались самой реальностью.

Акари мгновенно преобразилась. Ее игривость исчезла, сменившись холодной яростью древней богини. Девять огненных хвостов развернулись за ее спиной.

— Они охотятся на мои тропы! — прошипела она. — Разберемся с ними!

Это была битва, не похожая на другие. Шань Синь пытался атаковать их гравитацией, но они, казалось, существовали вне ее законов. Лин Фэн замораживала их, но они через мгновение собирались снова из осколков застывшего времени.