Он смотрел на двух существ перед собой. Они сняли капюшоны. Их молодые, почти ангельские лица создавали чудовищный контраст с той бойней, которую они только что устроили, и с той нечеловеческой силой, которую они излучали. Глаза юноши, в которых тлели багровые угли, казалось, прожигали его насквозь, видя не его плоть, а его дрожащую от ужаса душу.

— «Призраки», — повторил Лу Ди, его голос был ровным и лишенным эмоций. Он не кричал, не угрожал. Он просто констатировал факт, и это было страшнее любой пытки. — Мы знаем, что Центральное Око отдал приказ их развернуть. Кто они? Где они? Какова их цель?

Господин Фан попытался сглотнуть, но его горло пересохло. Он был высокопоставленным членом Ордена. Он сам был мастером допроса и внушения страха. Но то, с чем он столкнулся сейчас, было за гранью его понимания. Он чувствовал, как его воля, закаленная годами интриг и насилия, крошится, как сухое печенье.

— Я… я ничего не знаю, — прохрипел он, и это была рефлекторная ложь, первая линия обороны любого шпиона.

Лу Ди слегка наклонил голову. Он не стал усиливать давление. Вместо этого он перевел взгляд на последнего выжившего агента, которого все еще держала Лин Фэн. Агент, худой и невзрачный мужчина по имени Лин, дрожал так сильно, что его зубы выбивали барабанную дробь.

— Ты боишься, — сказал Лу Ди, обращаясь к Лину. Его голос был спокойным, почти участливым. — Ты боишься не нас. Ты боялся еще до того, как мы вошли. Ты боишься своего командира. Ты боишься этого плана. Ты боишься умереть за чужие амбиции. Твоя жизнь для него — не более чем разменная монета.

Каждое слово било точно в цель. Лин посмотрел на своего командира, и в его взгляде была не только паника, но и застарелая обида. Он был аналитиком, не бойцом. Его годами держали на вторых ролях, использовали его ум, но презирали за отсутствие боевой мощи. И теперь его бросили в самое пекло.

— Ты можешь жить, — продолжил Лу Ди. — Для этого нужно немного. Просто расскажи нам то, что знает твой господин. О «Призраках».

— Молчать, Лин! — из последних сил выдавил из себя господин Фан. — Орден…

— Орден далеко, — мягко перебила его Лин Фэн, и ее голос был подобен шепоту падающего снега. Ледяной клинок у горла Лина чуть заметно дрогнул. — А мы здесь. Твой господин не защитит тебя. Он даже себя защитить не может. А мы можем даровать тебе быструю смерть. Или… очень, очень долгую. Выбирай.

Это был идеальный психологический капкан. Угроза и обещание. Давление и надежда. Лин сломался.

— «Призраки»… — зашептал он, его глаза были полны слез ужаса. — Это не отряд. Это… легенда. Никто не знает их имен. Никто не видел их лиц. Говорят, они не из нашего мира. Что они — тени, призванные самим Великим Смотрителем из-за Грани. Они не оставляют следов. Не оставляют тел. Они просто… стирают людей.

— Как они действуют? — спросил Лу Ди.

— Никто не знает! — всхлипнул Лин. — Они приходят, когда цель меньше всего этого ждет. Во сне. Во время еды. Они не нападают. Они просто появляются рядом, и… все. Цель исчезает. Говорят, они атакуют не тело, а саму душу, вырывая ее из потока времени…

[АНАЛИЗ ДАННЫХ. КОНЦЕПЦИЯ: АТАКА НА ЭНЕРГЕТИЧЕСКУЮ СУЩНОСТЬ ("ДУШУ"). ВЕРОЯТНОСТЬ: 67%. ТРЕБУЕТСЯ ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ. ТЕКУЩИЕ ЗАЩИТНЫЕ ПРОТОКОЛЫ МОГУТ БЫТЬ НЕЭФФЕКТИВНЫ.]

Система в их головах выдала тревожное предупреждение. Это была новая, неизвестная угроза, против которой их физическое могущество могло оказаться бесполезным.

— Предатель! Жалкий червь! — проревел господин Фан, его лицо исказилось от ярости. — Я лично сдеру с тебя кожу!

Лу Ди посмотрел на него так, как смотрят на надоедливое насекомое. Он слегка качнул головой.

— Ты больше ничего и ни с кого не сдерешь.

Он щелкнул пальцами. Гравитационное поле вокруг господина Фана сжалось в одной точке — в районе его гортани. Раздался тихий, влажный хруст. Глаза Смотрителя выкатились из орбит, и он обмяк, безвольно повиснув в невидимых тисках, прежде чем тяжело рухнуть на пол. Мгновенная, беззвучная казнь.

Лин в ужасе смотрел на тело своего бывшего начальника. Он ожидал чего угодно, но не такой обыденной, быстрой расправы.

— Ты был полезен, — сказал Лу Ди, поворачиваясь к нему. — Твоя информация ценна. Мы сдержим свое слово. Ты будешь жить.

Лин неверяще поднял на него глаза.

— П-правда?

— Правда, — подтвердила Лин Фэн. Ее ледяной клинок исчез, растаяв в воздухе. — Но твоя старая жизнь окончена. Орден будет считать тебя предателем и мертвецом. Беги. Беги далеко. Забудь свое имя, забудь свое прошлое. Стань никем. И никогда не попадайся нам на глаза.

Она сделала шаг назад, давая ему пространство.

Лин, не веря своему счастью, спотыкаясь, бросился к двери. Он выбежал в коридор, и его шаги, полные панического облегчения, застучали по лестнице.

Когда он исчез, Лин Фэн посмотрела на Лу Ди.

Он предупредит Орден, — передала она мысль.

Я знаю, — ответил Лу Ди. — Он — наше сообщение Центральному Оку. Сообщение о том, что мы знаем о «Призраках». Пусть они думают, что мы боимся. Пусть они считают, что мы в панике бежим от этой новой угрозы. Страх — это тоже оружие. И иногда полезно позволить врагу думать, что он держит его в руках.

Он подошел к столу, на котором лежала карта Ланьчжоу и план провалившейся операции «Ловушка для Омеги». Он не стал ее забирать. Вместо этого он положил на нее руку. Под его ладонью дерево начало темнеть, обугливаясь, но не от огня, а от концентрированной гравитации, которая разрушала его структуру на молекулярном уровне. Через несколько секунд на карте, прямо в центре, появился выжженный символ. Два переплетенных кольца. Знак, которого не знал никто в этом мире. Их личный знак.

— Пора уходить, — сказал он.

Они не пошли через дверь. Лин Фэн открыла окно, выходившее в темный переулок. Ночь окутала их, приняв как своих детей. Они спрыгнули со второго этажа, приземлившись на землю без единого звука, и растворились в лабиринте городских улиц.

Через десять минут в чайный дом «Тихий Лотос» ворвалась городская стража, поднятая на ноги перепуганным владельцем. Они обнаружили комнату, полную трупов элиты Ордена, и странный, выжженный символ на столе.

В ту ночь имя Ордена Безмолвного Ока в Ланьчжоу было втоптано в грязь. А в тени родилась новая, куда более страшная легенда. Легенда о двух призраках, которые приходят в ночи не убивать, а судить. И их суд неотвратим.

Ночь в Ланьчжоу еще не успела сдать свои права рассвету, а новость о бойне в «Тихом Лотосе» уже неслась по невидимым каналам связи, достигая самых потаенных уголков Империи. Она распространялась не как слух, а как шоковая волна, как системный сбой в отлаженном механизме Ордена Безмолвного Ока.

В своей подземной цитадели под Ланьчжоу, в комнате, защищенной от любого вида прослушивания, спасшийся агент Лин дрожал перед голографическим изображением Великого Смотрителя. Он уже рассказал все: о внезапной темноте, о беззвучной резне, о двух демонических фигурах, о том, как его пощадили. Он рассказал и о символе, который оставили на столе.

Серебряные сферы, заменявшие Великому Смотрителю глаза, безмолвно взирали на него. В них не было ни гнева, ни сочувствия. Лишь холодный, всепроникающий анализ.

— Ты говоришь, они отпустили тебя, — произнес Центральное Око, и его голос был глух, как удар в колокол на дне океана. — Они убили семерых элитных бойцов и одного Смотрителя Сектора, но пощадили единственного свидетеля. Почему?

— Я… я не знаю! — лепетал Лин. — Я рассказал им о «Призраках»… может, они испугались? Может, они хотели, чтобы я передал вам, что они знают?

— Возможно, — безразлично согласился Великий Смотритель. — А возможно, они просто использовали тебя. Ты был их пером, а твоя паника — их чернилами. Они написали нам послание, Лин. И ты его доставил.

Голограмма моргнула.

— Твоя полезность для Ордена исчерпана. Твоя жизнь с этого момента принадлежит тебе. Исчезни. Если кто-то из моих людей увидит тебя снова, ты умрешь.